Спать хочется
Обложка: Спать хочется

Спать хочется

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
4.5
12+
Автор
Антон Чехов
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Василий Дегунин
Издательство
Василий Дегунин
ЖанрыОтзывы Livelib
Kristina_Kuk
9 октября 2020
оценил(а) на
5.0
Наверное, это один из самых страшных рассказов, которые я читала в последнее время. Не подумайте, что в нём происходят какие-то ужасы, просто девочка не может нормально поспать. Чехов, как никто другой, умеет всего несколькими скупыми штрихами проникнуть в душу читателя. Начинается всё, казалось, спокойно: «Нянька Варька, девочка лет тринадцати, качает колыбель, в которой лежит ребенок» Но сразу мы начинаем предугадывать, что очутились в эпицентре человеческой драмы: «Ребенок плачет. Он давно уже осип и изнемог от плача, но всё еще кричит и неизвестно, когда он уймется. А Варьке хочется спать. Глаза ее слипаются, голову тянет вниз, шея болит».Девочка не может хотя бы немного отдохнуть, и этот ад повторяется изо дня в день. Она должна убирать комнату, мыть лестницу, топить печь, ставить самовар, чистить калоши. Но тяжелее всего ей приходится из-за маленького ребёнка хозяев, за которым она должна смотреть. Он очень плохо спит по ночам, плачет и не даёт Варе уснуть. Хозяева предпочитают не замечать страданий Варьки, а может и правда не понимают, что происходит с девочкой. В этом особенный ужас. Духовная глухота во много раз страшнее физической. А здесь в центре оказалась девочка тринадцати лет. Хотела написать, что всё заканчивается трагедией, но всё описанное в этом рассказе есть одна сплошная трагедия. Жизнь не оставляет Варьке выбора. Она должна либо погибнуть сама, причём в физическом смысле, либо погубить другого, того, кто пока ещё ни в чём не провинился. спойлерЕй приятно и щекотно от мысли, что она сейчас избавится от ребенка, сковывающего ее по рукам и ногам... Убить ребенка, а потом спать, спать, спать... Смеясь, подмигивая и грозя зеленому пятну пальцами, Варька подкрадывается к колыбели и наклоняется к ребенку. Задушив его, она быстро ложится на пол, смеется от радости, что ей можно спать, и через минуту спит уже крепко, как мертвая.свернуть
Zhenya_1981
12 июня 2020
оценил(а) на
5.0
Мастерская. Запах красок. Много знаменитых бородатых художников. Конкурс. Написать девочку, доведенную плохим отношением, непосильным трудом и хроническим недосыпанием до крайности. . В первом ряду, как всегда, сидит Гюго. Он тщательно вырисовывает избу. Каждое бревно имеет значение, каждая половица важна. Девочка написана давно. Вон Козетта мертвая лежит в луже крови, в правом нижнем углу картины под замечательными резными ставнями. Они-то получились как живые. Один полуоткрыт. Гюго особенно доволен этим ставнем. Он наполнен мыслями о неравенстве, бедности, несправедливости. . Рядом Диккенс. Вот он рисует хозяина-сапожника кусочком угля. Лицо страшное, злое, ни капли человечности нет в нём. Да и человек ли? Рога какие-то торчат. Девочка вся в белом будет отправлена в детский работный дом. Куда же больше крайность? Поработили детей жестокие эксплуататоры! Много картин написал уже об этом Диккенс. Просматривает старые эскизы, копирует понравившиеся детали на новую работу. В основном, нравоучения. Подумав немного, просит у Гюго желтую краску (сам давно уже только белой и черной пользуется) и дорисовывает девочке нимб. . За их спинами Толстой. Его палитра очень богата. Несмотря на размеры картины, Толстой пишет маленькой кистью, чтобы все детали были четко различимы. Вот в Красном Углу избы икона, лампадка давно не зажигалась. Детали скрупулезно выверены, ведь они отражают отношение хозяина избы с Богом. Как и когда потерял его? Толстой пишет быстрыми резкими движениями. С особой тщательностью прорисовывает Л.Н. висящий на стене ятаган - трофей, захваченный хозяином с турецкой войны. Что с человеком делает война? Этому посвящается вся левая часть картины. Там ли были посеяны в сапожнике семена будущей трагедии? Ах да, трагедия. Девочку ещё надо. "Доведенная до крайности". Хм.. Под поезд что ли или на панель? Живо идет работа. Слой за слоем кладет граф. Не жалеет красок, не экономит. Хорошо получается девочка, как живая. Да и вообще все детали прописаны четко, никакой двусмысленности. Доволен собой Толстой, почесывает босую ногу, закапанную красками. . Все трое ходят в мастерскую писать эту картину уже год. Огромные холсты перед ними. Каждый на двух мольбертах. . Сзади сидят рядышком Тургенев и Гончаров. Друг у друга высматривают интересные детали. Гончаров встал, прошелся немного. От долгого сидения на месте затекли ноги. . Забегают Чехов и Бунин. Места особо нет, мольбертов, больших холстов, раскладных стульчиков тоже не осталось. Пишут на коленках на небольших холстах. Выходят через десять минут. Живописцы подходят к месту, где просыхают две маленькие картины. . Палитра Бунина хороша, создает атмосферу тоски. Девочки нет, только силуэт, хозяин размыт, вместо младенца клякса. Вернется ещё Бунин, чтобы доделать? Говорят, нет, торопился куда-то, ругался. Кого-то "окаянными" называл. . Подходят к работе Чехова . . Вот несколько серо-зеленых мазков. Это лампадка и развешенное бельё порождающие причудливые светотени. Они качаются перед глазами, чтобы создать тревожную атмосферу. Вот тут тонюсенькая линия. Пахнет щами и сапожным товаром. Обоняние художников улавливает обстановку бедности. Еще два штриха. Девочка мурлычет, а ребёнок плачет. Слух ловит диссонанс, тревога нарастает. Здесь несколько мазков для осязания. Глаза ее слипаются, голову тянет вниз, шея болит. Она не может шевельнуть ни веками, ни губами, и ей кажется, что лицо ее высохло и одеревенело Зрителям тоже становится тяжело, Гюго садится. Что там ещё осталось? Вкус? Девочка мурлычет про кашку. Толстой судорожно глотает слюну. Уже картина действует на все пять чувств восприятия. И это только после первого брошенного взгляда. . Художники, сраженные первым впечатлением, начинают присматриваться к деталям. Диккенс прищуривается, ему тяжело различать оттенки. Поговаривают, что он дальтоник. Краски сгущаются, становятся более насыщенными. Звуки, видения, запахи, ощущения продолжают излучаться из маленькой картины, переплетаясь друг с другом. Вот яркие желтые пятна - это воспоминания девочки о смерти отца и попрошайничестве вместе с матерью. Они появляются из синих кругов, физического истощения и в них же исчезают. Всё перемешано. Телесные и душевные муки переплетены в едином танце. Каждый штрих, точка, мазок гармонично взаимодействует с остальными. Ничего лишнего. Темно-синие пятно калоши, бело-голубая селедка. Пар из самовара распространяется по всей комнате. Всё расплывается и движется. "Сфумато, - говорит Тургенев тихо, - я такое в Лувре видел". Толстой недоброжелательно сопит. Картина имеет и четвертое измерение - время. Как у Гоголя, Уайлда, Хеллера. Мазки вихрями возвращается в исходную точку. Ночь, улица, фонарь, аптека. В смысле: ночь, люлька, зеленая лампада, полусонный бред. . И вдруг, из всех этих кругов ада вырастает быстрая, черная и острая как шпиль церкви мысль. Художники обхватывают бороды, посматривая на свои картины. Гюго завистливо задумывается в позе роденовского мыслителя. Вот это развязка! Вот что значит "доведена до крайности". . Долго молча смотрят на шедевр. "А где автор?" - очнулся Диккенс. "Вернулся в степь - бурчит Толстой, - он только отдыхать приходил" Диккенс недоуменно поднимает бровь. Трудности перевода. Толстой изрекает - "Правдив до иллюзии" Как не согласиться ? . Эпилог Ко мне подходит А.П., читает эту рецензию. Улыбается. "Понравилось", - думаю я. Набираюсь наглости и немножечко смелости. "Антон Павлович, я знаю Вы занятой человек, но хотя бы одно слово" - тараторю я дрожащим голосом. "Ведь краткость - сестра таланта" - мой голос крепнет после удачной шутки. - "Как Вам моя рецензия?" "Потрясающая" - мягко отвечает Чехов. Тщеславие теплой волной доходит до замерзших от волнения конечностей. Хочется добавки. "А если двумя словами?" - с надеждой спрашиваю я. "Потрясающая пошлость" Пальцы застывают над клавиатурой. Хочется всё стереть и забыть. Но тут Мастер снова улыбается своей доброй, снисходительной, понимающей улыбкой.
ksu12
16 апреля 2014
оценил(а) на
5.0
Какая страшная , короткая вещь! Как и жизни в ней. Страшные и короткие. Тринадцатилетняя девочка , которая нянька в барском доме, но не только , она делает в нем все. Она практически не спит, ей не дают спать. А спать так хочется! Она ведь ребенок. Ей всего 13 лет. Она держится и крепится до последнего. Силы ее на исходе . Глаза слипаются. Веки тяжелые, голова тяжелая. Девочка ищет врага , которого надо устранить, чтобы можно было поспать . И находит... Во всем здесь вина взрослых , и только их. Конечно, девочка совершила страшный поступок. Но она ребенок , который оказался на пределе сил и возможностей, она не выдержала. Выход нашла... Но уж, какой нашла. Не обессудьте, взрослые! Вы жестоки! Жестокость тоже порождает в ответ немую жестокость! Сильный очень, страшный рассказ. Сколько читала в свое время А. П .Чехова , никогда не встречала этот рассказ. Пробирает до мурашек, до боли в сердце , до скрежета зубов. С этим миром давно что- то не то. Он вывернут наизнанку. Он болен, его надо даже не лечить, а спасать . Спасать добротой, душевной красотой , нежностью, любовью, заботой, прощением......
KATbKA
21 сентября 2021
оценил(а) на
5.0
Прибежала мышка-мать, поглядела на кровать, Ищет глупого мышонка, а мышонка не видать… /Самуил Маршак/ Для меня досуг с чеховской прозой - это время, проведенное с пользой. Ну, нравится как он пишет, ничего не могу с этим поделать. Что интересно, сюжет не обязательно должен быть уморительно смешным и развлекательным. Потому что у Антона Павловича, даже если трагедия, то в самую душу с болезненным послевкусием. Так получилось здесь, в рассказе "Спать хочется". Как мастерски автор умудрился на нескольких страницах текста выразить столь разные состояния, эмоции, чувства. О девочке Варе, находящейся в услужении у семьи сапожника. Наколоть дров, вскипятить самовар, вымыть пол, обслужить гостей, всё это ещё можно терпеть. Но вот чистить картошку, с которой длинной лентой серпантина сползает кожура, медленно, монотонно, пока нож не выпадет из рук.... Нет, это не для неё, потому что СПАТЬ ХОЧЕТСЯ. А ещё дитя хозяйское в люльке колыхать. Как? Как выдержать, когда сама ещё ребенок? Как не уснуть, если глаза закрываются сами собой, слипаются до головной боли и стука в висках?Кто-то сказал, что выход есть всегда. Варька нашла его. Спутанное сознание, разбитость после кратковременного сна, такое ненавистное серое утро за окном, а крик младенца ещё больше раздражает и без того оголённые нервы. Мучительные описания, на мой взгляд. Люблю поспать, а поспать любит меня, потому и заостряются ощущения от прочитанного.Детей безумно жаль. Маленького, конечно, в первую очередь, но для меня и главная героиня - несмышленыш, ставший заложником ситуации. Ведь у каждого организма есть предел возможностей, за который или нельзя, или случается беда.В общем, картина жуткая, но художник бесспорно гениален.
russian_cat
2 апреля 2019
оценил(а) на
4.0
Короткий, жуткий и неожиданный рассказ. Чехов просто берет и без предупреждения "погружает" тебя в голову героини. И ты чувствуешь все то же, что и она. Ей 13 лет, она прислуга в доме сапожника, и она очень хочет спать. Сильно, безумно, до полной потери рассудка. Она не спит уже, вероятно, не первую ночь. Ребенок хозяев плачет и его надо укачивать. Чуть прикорнет - "Спишь, подлая? А ребенок плачет?!" А утром - печь затопить, самовар поставить, за столом прислужить, полы подмести, дела-дела-дела. Можно заснуть даже стоя, если не двигаться достаточно быстро. А следующей ночью снова - "Варька, укачай ребенка". Она уже ничего не соображает, одно желание - спать, спать, спать... Но кто позволит? И она находит выход... Такой, какой может в своем кратком помутнении разума. Можно ли осуждать? Она ли виновата в случившемся? Или те, что были рядом, равнодушные, эгоистичные, выжимающие последние соки из той, что сама еще ребенок? Кратко о том, как можно сломать человека. И попутно сломать еще чью-то жизнь.
С этой книгой слушают Все
Обложка: Повести и рассказы
Повести и рассказы

Антон Чехов

4.5
Обложка: 33 лучших юмористических рассказа
3.4
33 лучших юмористических рассказа

Аркадий Аверченко, Джером Джером, Влас Дорошевич, Ефим Зозуля, Александр Куприн, О. Генри, Саша Чёрный, Антон Чехов, Семен Юшкевич

Обложка: Рассказы и повести
4.5
Рассказы и повести

Антон Чехов

Обложка: Сущая правда
4.9
Сущая правда

Антон Чехов

Обложка: Большая Новогодняя книга. Русская классика
4.3
Большая Новогодняя книга. Русская классика

Аркадий Аверченко, Леонид Андреев, Аркадий Гайдар, Николай Гоголь, Максим Горький, Федор Достоевский, Александр Куприн, Николай Лесков, Лидия Чарская, Антон Чехов

Обложка: Повести и рассказы
4.5
Повести и рассказы

Антон Чехов