На маяк
Обложка: На маяк

На маяк

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
3.7
1927 год
16+
Автор
Вирджиния Вулф
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Юлия Тархова
Издательство
АРДИС
О книге
Изысканный роман, в котором смешиваются и переплетаются времена действия, а лето, проведенное состоятельным семейством Рэмзи на острове Скай, оказывается своеобразной британской «хроникой утраченного времени» – хрупкого, почти идиллического времени, обреченного на скорое разрушение Первой мировой войной.Вырастут дети – кто-то уцелеет и повзрослеет, кто-то сложит голову на полях сражений. Забудутся мелкие неудачи и обиды. Будет заброшен старый дом, зарастет сад. Но воплотится ли в жизнь хоть для кого-то из детей Рэмзи мечта о поездке на далекий маяк?..Часть 1. У окнаЧасть 2. Проходит времяЧасть 3. Маяк© Е. Суриц, перевод
ЖанрыИнформация
Переводчик
Елена Суриц
Отзывы Livelib
ShiDa
3 декабря 2021
оценил(а) на
2.0
Я скажу честно. У меня нет никакого желания строить из себя интеллектуалку вопреки собственным чувствам. Допускаю, что я деградировала умственно за последние месяцы, разучилась читать сложную литературу (и вообще во всем виноват коронавирус, если что, это он сжег остаток моих мозгов). Допускаю так же, что всегда была необразованным быдлом, гены у меня плохие, оттого я не могу влиться в строй прекрасных людей, которыми любима подобная проза. Но таков факт, и он неоспорим, – мне эта книга решительно не нравится. Она не моя. Быть может, я ошиблась с выбором, и с Вулф нужно было знакомиться иначе (но KillWish неумолим). Но отныне я еще больше боюсь г-жу Вирджинию с ее фирменными приемами. Она озлобленно сожрала мой разум и ничего не дала взамен, увы.Мои настроения за чтением сменялись приблизительно так:1) Хм, какой интересный стиль, мне нравится! 2) О, тут даже есть сюжет, неужели? Это любопытно! 3) Эм, а что все такое монотонное-то? Разве т.н. «поток сознания» обязан быть скучным? 4) Кто, черт возьми, все эти люди? 5) Зачем я, спрашивается, это читаю? 6) И финалочка: кончится это хоть чем-то или нет??????«На маяк», при всей своей необычности, так и осталась для меня книгой одного приема. Мне интересен «поток сознания», но не в такой концентрации, плюс никто не отменял эмоциональной вовлеченности. «На маяк» написана в единственной стилистике, и, если поначалу стиль увлекает и впечатляет, то уже через 40 стр. лично у меня он начал вязнуть в зубах, мне захотелось разнообразия, свежего воздуха, ибо книга стала невообразимо душной, словно знакомый, который в ответ на вопрос «Как у тебя дела?» на час затянул жалобу на скучную жену, непослушных детей, отвратительного начальника, идиотов на дороге и т.д. Через полчаса чтения я поймала себя на мысли, что слежу за движением языка, но совершенно не вникаю в написанное, так как оно (сюжет, герои) меня не волнует. У персонажей время от времени что-то происходит, они даже иногда говорят. Но для меня они – картонки, функции, заслоненные авторским приемом, в них нет жизни и самостоятельности, они полностью марионетки писателя. Возможно, сумевшие привыкнуть к стилю Вулф и заглянувшие глубже нашли тонну невероятных смыслов в «Маяке». О чем эта книга? О мимолетности жизни? О том, как мельчайшие детали меняют картину этой жизни? Или нечто иное? Честно признаюсь: к смыслам книги я так же равнодушна, как ко всему остальному. Не отрицаю талант писательницы; возможно, и у нее есть книга, которая может мне понравиться. Но эта принесла мне лишь негатив, и я счастлива, что избавилась от нее. Dixi.
SALNIKOF
27 октября 2010
оценил(а) на
5.0
"СТРАННАЯ,СТРАННАЯ ЖЕНЩИНА". У меня в руках книга "На маяк"этой странной,странной женщины Вирджинии Вулф. Голова идёт кругом.Я не знаю,я правда не знаю,что написать.Какие слова способны выразить,ВЫРАЗИТЬ-вот чёрт!Что за... Какие слова подобрать? Может быть просто переписать с обложки -"Она создала неповторимый стиль письма,способный передать тончайшие оттенки и обертоны психологических состояний и чувств". Но это не то!Всё не то! Вычеркнуть,вычеркнуть немедленно,сейчас же-все эти чёртовы"обертоны","тончайшие"-всю эту филологическую чушь.Это не идёт Вирджинии.Она-ВИРДЖИНИЯ! Я нервничаю. У меня ничего не выходит. Стоп! На обложке её фотография. Да,всё же она очень странная! На что она смотрит? Пристальный взгляд. Тёмные волосы небрежно собраны в пучок на затылке.Прямой нос.Тяжёлый подбородок. На что она смотрит? "На маяк" она написала в двадцать седьмом году.Ей было сорок пять.На фотографии лет тридцать,не больше. Что я могу написать? Не знаю,не знаю,не знаю! Читаю с обложки:-"Её имя ставят в один ряд с именами Джеймса Джойса,Томаса Стерна Элиота,Олдаса Хаксли,Дэвида Герберта Лоуренса". Заачеем?! Ряд и место-это в кинотеатре!!! Джойс-это Джойс,и никакого ряда для него не существует! Элиот-точка,без запятых и рядов,Хаксли-точка.Лоуренс! О,его божественные "Сыновья и любовники"!!! Построить в ряд и выдать каждому по штампу,тупому изношенному штампу. Держи,Джойс.Держи,Элиот.Где Хаксли?Куда делся Хаксли?Здесь должен стоять Хаксли! К чёрту!К чёрту! Ничего не могу написать! Но я очень люблю её!Эту странную,странную женщину ВИРДЖИНИЮ ВУЛФ.
kittymara
5 апреля 2021
оценил(а) на
3.0
Кое-кто пишет в отзывах, что книга, мол, знатное снотворное. Я не знаю. Я не знаю, как тут вообще можно засыпать, когда буквально от каждого предложения натурально корежит. Перевод уровня: иди в первый класс, деточка, и не выходи оттудова. Никогда не выходи. Не травмируй общественность. Я, грешным делом, подумала, что это новодел. Но нет! Оказывается, в сссрах бывали мастера, которые не дружили с элементарной расстановкой слов в русских предложениях (то, что увлекались норагальщиной - неудивительно). И вот эти заслуженные, со всякими там регалиями, товарищи, брались и похабили тексты вулф. Которые сами по себе непростые, тем более, что эта книга уже из серии ее знаменитого потока сознания. Пошла и глянула, что еще переводила "мастерица" худ. перевода, и ужаснулась масштабу кладбища изуродованных книг. Нда. То есть ни стиля, ни слога, слова сложены так, что я не то, что не клевала носом. Я переделывала в уме практически каждое предложение, приводя фразы в удобоваривамый вид, чтобы не терялся, емое, элементарный смысл. А ведь у вулф богатый, сочный, роскошный язык. В общем, все, что напереводила у нее "мастерица", теперь для меня закрыто, пока кто-нибудь не возьмется и не исправит убийство этих книг. Фух, выговорилась. Но легче мне не стало! Ха. Нда. Ну, теперь о книге. Занудство, наверное. Но это мой сорт занудства, так что ежели бы не некие мастера перевода... И снова вулф вынесла меня напрочь, когда так это, походя, как бы невзначай, взяла да и пришибла одного из центральных персов. Причем, я делала ставку на смерть, но на смерть совсем другого. А потом меня осенило, что тут и не могло быть иначе. Здесь же выведен прообраз ее собственной семейной истории. Мать, которая и в пятьдесят лет - идеал красоты и женственности, повезло им не жить в наше антицеллюлитное и безморщинистое время. И отец - законченный эгоист, перед которым все должны расстилаться. И очень разные дети в количестве аж восьми штук. Семейство рэмзи. И какой-то там всяческий народ всех сортов, что крутится рядом с семейством в летнем домике возле моря. Но вот художница лили - старая дева. Почему-то я увидела в ней саму вулф. Ее отношение к этой матери дружественного семейства, к творчеству, вообще к жизни. И что я вдруг поняла. Вулф ведь была уже своего рода потомком, наследницей самых первых английских писательниц, поднявших вопросы женской независимости; тех, что являлись предтечами суфражисток. Но в ней совершенно нет их агрессивности. Нет их желания загнать мужчин в угол, подавить, стать хозяйкой положения, принизить каким-либо образом (искалечить, как в "джейн эйр"; лишить денег, как в "севере и юге"). А у нее ничего подобного совершенно нет. У нее женщина так или иначе склоняется, подчиняется мужскому самодурству, даже признает и не обижается, что она - дурочка в его глазах. Но. Но это такой тихий, солевой бунт по ганди. Такое пассивное, но необычайно сильное сопротивление. Когда в один момент женщина разворачивается и уходит. Далеко не всегда физически, а любым способом - в свои мысли, в свои мечты, в свой мир, а мужчина болтается где-то сбоку-припеку и недоумевает: и где же она? Ушла и нет ее. Потому что мир не вертится вокруг него. Ну, и по концовке. Одна из самых сильных сцен, когда папаша рэмзи молча, но оглушительно громко, буквально требует, чтобы художница пожалела, прониклась, выполнила свой женский долг и расстелилась перед ним, позволив по-вампирски выжрать ее жизненную энергию, подкормиться, подзарядиться от нее (это не чувства и не секс). Но она... не имея сил оказать активное сопротивление, просто стоит, смотрит на мольберт, кисти, краски, окружающий пейзаж и упорно ждет, когда кто-нибудь выйдет из дома, и не дает сожрать себя. Потому что у нее есть дело, которое для нее важно и интересно. Она должна дописать свою картину, даже не ради признания и успеха. Просто чувствует, что должна, ей нужно это. И нечего тут делать всяким рэмзи. Она не батарейка для мужчин.
zdalrovjezh
16 июля 2018
оценил(а) на
4.0
Вечно (то ли у нее характер такой, то ли женская природа такая) прежде чем текучесть жизни застынет сосредоточенностью работы, на минуты какие-то она себя ощущает голой, как душа нерожденная, как с телом расставшаяся душа, беззащитно дрожащая на юру, под ветрами сомнений. В.Вулф Удивительно, как Вулф умеет заставить читателя проникнуть в головы абсолютно других людей и думать так, как они. Тем более невероятно, как всесторонне она умеет заставить читателя понять сущность/личность/характер того или иного персонажа. В романе описывается три дня из жизни семьи Рэмзи, и в эти три дня читатель познает самою суть Миссис Рэмзи.Тут - миссис Рэмзи.Ее аура проникнута романтикой, запахом моря и какой-то дымкой. Это все внутри. Снаружи - невероятно красивая для своих пятидесяти лет, властная (некоторые утверждают, что абсолютная тиранша) женщина, мать восьми детей, жена ученого-писателя-философа-самовлюбленного кретина. Она познает мир через саму себя. Она рассуждает о смысле жизни, читая сыну сказку о рыбаке и рыбке. Она жаждет попасть на маяк. Лили БрискоОна любит миссис Рэмзи и всю ее семью. Любит все, что с ней связано. Она познает миссис Рэмзи стоя в саду и рисуя картины. Она познает смысл жизни через миссис Рэмзи.В чем смысл жизни? Вот и все. Вопрос простой; вопрос, который все больше тебя одолевает с годами. А великое откровение не приходит. Великое откровение, наверное, и не может прийти. Оно вместо себя высылает маленькие вседневные чудеса, озаренья, вспышки спичек во тьме; как тогда, например. То, се, другое; они с Чарльзом и набегающая волна; миссис Рэмзи, их примирившая; миссис Рэмзи, сказавшая: "Жизнь, остановись, постой"; миссис Рэмзи, нечто вечное сделавшая из мгновенья (как, в иной сфере, Лили сама пытается сделать нечто вечное из мгновенья). И вдруг, посреди хаоса - явленный образ; плывучесть, текучесть (она глянула на ток облаков, на трепет листвы) вдруг застывает. "Жизнь, остановись, постой!" - говорила миссис Рэмзи.
Kate_Lindstrom
27 ноября 2014
оценил(а) на
4.0
Если бы я познакомилась с Вирджинией Вулф... мы бы друг друга поняли. Но она далеко от меня - за гранитной плитой книжного переплета. Каждый сам за себя, и некому задать вопрос. Она нанизывает реальность, как стеклянные бусинки на детское ожерелье. Воздушно-манящая, неприступно холодная, болезненно красивая.Увидев друг друга, мы бы вынесли две не пересекающихся линии. Допустим, шел бы дождь. Я вижу женщину с печатью отчаянной грусти на лице, с острым, уверенным профилем. Идет дождь. Вот и все, что мне под силу сказать. Она бы увидела мерцание мириад капель, превращенных по прихоти ветра в маленькие, игрушечные торнадо, которые никому не навредят, а впрочем, это как посмотреть. И молодую женщину, у глаз которой каскадами льется вода, рисует вихри, смешные маленькие вихри, но та женщина их почему-то не замечает. Возможно, она думает о грозе. А возможно, ей сейчас припоминается давно упрятанное в мешок ненужного во взрослой жизни воспоминание о том, как будучи девочкой, она промокла насквозь июльским ливнем. И что-то блеснет в ее лице, когда она пройдет мимо.В Вирджинии - громадная сила, которую она сама в себе не может объяснить, как не сможет и всякий читатель. Мне стоило больших трудов пропускать через себя ее всестороннесть, обычные слова в ее устах превращались в загадки сфинксов, в расплывчатые силуэты на картинах Моне. Мы по разные стороны баррикад: она созидает, а я, блеклая тень, так же точно пытаюсь анализировать. Это попытка анализировать воздух. Но нет, она не пуста, вовсе не в этом смысле. Ею дышишь, настолько она целостна. От нее перенимаешь почти невыносимую для плеч тяжесть - чувстововать все, не фильтруя. Честно скажу вам, в мои грани восприятия не укладывается, как можно жить, позволяя всем мыслимым микро и макрокосмам вливаться в недра сознания.На той стороне она опять мучительно отбрасывает перо. Я, здесь, сейчас, в попытках сделать ее понятной для себя - тоже перо отбрасываю. (Фигурально, конечно. Могу отбросить клавиатуру, что будет эффектно, но непрактично.) Если бы не леса условностей, если бы не моря десятков лет меж нами. Уверена, она была примечательным собеседником, но увы, на ее паутинных монологах лежит печать безмолвия.У меня столько вопросов к ней... но мы никогда не встретимся. Поэтому я складываю оружие и остаюсь как есть: вопрошающая, покоренная, смотрящая на профиль писательницы, за которой мне не угнаться. То, что чувствуешь, - невозможно словами сказать.*** Луч срезал с крыши солнце, поблескивал утомленный дождь. Почему-то Петербург. Тротуары проплывают людьми. И вдруг - она. Вот что будет сниться мне, когда я захочу узнать ответы на свои вопросы.
С этой книгой слушают Все
Обложка: Повелитель мух
4.4
Повелитель мух

Уильям Голдинг

Обложка: Матильда
4.3
Матильда

Роальд Даль

Обложка: Доводы рассудка
Доводы рассудка

Джейн Остин

4.3
Обложка: Ведьмы
4.1
Ведьмы

Роальд Даль

Обложка: Миссис Дэллоуэй
3.8
Миссис Дэллоуэй

Вирджиния Вулф

Обложка: Повелитель мух (сборник)
4.1
Повелитель мух (сборник)

Уильям Голдинг

Обложка: На маяк
3.7
На маяк

Вирджиния Вулф

Обложка: Миссис Дэллоуэй
Миссис Дэллоуэй

Вирджиния Вулф

3.8
Обложка: Виллет
4.1
Виллет

Шарлотта Бронте

Обложка: На маяк
На маяк

Вирджиния Вулф

3.7
Обложка: Жирафа, и Пелли, и я
4.2
Жирафа, и Пелли, и я

Роальд Даль

Обложка: Орландо
4.0
Орландо

Вирджиния Вулф