Смерти.net. Интернет для мертвых
Обложка: Смерти.net. Интернет для мертвых

Смерти.net. Интернет для мертвых

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
3.8
2021 год
18+
Автор
Татьяна Замировская
Серия
Другая реальность
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Татьяна Замировская
Издательство
Вимбо
О книге
Прием, вас вызывает мертвец! Будущее уже здесь: пытаясь перехитрить смерть, люди придумали программу цифрового копирования сознания. Раз в год сохраняешь бэкап своей памяти, а твои родные смогут активировать последнюю копию, когда ты умрешь, и общаться с ней через Интернет. Цифровой дубликат человеческого сознания, обитающий в изоляции собственной памяти, уверен, что он – настоящая личность. И чтобы мертвым не было одиноко, правительство объединяет индивидуальные памяти дубликатов. Их мир становится неотличим от нашего, вот только это всего лишь электронный отголосок реальности, загруженный в облако: Интернет для мертвых.Однако теперь мертвые сами хотят говорить с миром живых! Они могут выйти на связь, взломав самые разные технические приспособления. Голос мертвого внезапно звучит из динамиков радио или вместо голосового помощника, мертвый художник вмешивается в видеоарт, а компьютерная игра вдруг становится путешествием по чужой памяти. И даже эту самую аудиокнигу взламывает в первой главе настоящий голос автора, Татьяны Замировской, становясь живым проводником в реальность всеобщего цифрового воскрешения… Это история умершей, рассказанная от первого лица. Ведь мертвые хотят быть услышанными – как и все мы.Внимание! Фонограмма содержит нецензурную брань.Исполнители: Татьяна Замировская (предисловие, 1 глава), Юлия ЯблонскаяИллюстрация: Юлия Стоцкая© Замировская Т.М.Запись произведена Аудио Издательством ВИМБО©&℗ ООО «Вимбо», 2021Продюсеры: Вадим Бух, Михаил Литваков
ЖанрыОтзывы Livelib
Blacknott
3 июля 2021
оценил(а) на
3.0
Я наверняка навлеку на себя гнев всех женщин, но роман мне не совсем, так скажем, въехал именно потому, что написан по-женски эмоционально, местами не совсем внятно и понятно, а подчас и нелогично. С другой стороны, а чего еще ждать от слабого (условно говоря)) пола? Не железнобетонных же суждений и мировых научных открытий (хотя они и это могут). К тому же описывается уникальная пиковая ситуация. Главная героиня умерла! Точнее, ее убили вроде как в теракте (далее раскрываются куда более интересные подробности), и за нее теперь отдувается (ведет рассказ) ее дубликат в виртуальном мире. Какой уж тут порядок мыслей, не говоря о всевозможных невозможных действиях, ограниченных потому, что ты мертвый, а там в реале еще живые. Муж (тот, что живой) тоже чего-то запропастился-затаился... Наверное, это просто не мое (уже) - мир активных отношений, прогресса и многовекторной движухи. Я много лет варился в гуще событий, общался с морем людей и тёк по течению или против него по различным общественным рекам и андеграундным протокам, то фонтанируя успехами, то свергаясь водопадом к разбитому корыту. Жутко ментально устал. Это несомненно повлияло на субъективность оценки книги. Не спасает и фантастичность истории (на что я и купился в аннотации)). Люди научились прописывать свои дубликаты в виртуал и могут жить после смерти в реальном мире. В своем мертвом реальном мире (если понимаете)) Устраивать восстания, хулиганить в Инете информацией из живого мира, вживляться в собак, ну и... Не буду я всего раскрывать. Это надо читать и врубаться в своеобразный стиль автора. Стиль, кстати, не сказать, что плохой, но по мне так... несколько хаосно. Читаешь, понимаешь, а потом раз... чего-чего? Идея книги, кстати, далеко не нова. Тут я видел, вспоминали и сравнивали "Смерти.net" с книгами Нила Стивенсона и Ричарда Моргана (его особым углеродом я вдоволь наелся)), а мне лично на ум пришел сериал "Черное зеркало". Первая серия второго сезона, если не ошибаюсь, где показана очень похожая история. Некоторая контора предлагает сохранить память о своих близких, скопировав их профиль (манера общения, облик и т.д.). А после смерти вы можете с ними... общаться. Но неожиданно копии начинают жить своей жизнью и это пугает живых родственников. Вот и тут нечто подобное. А еще припоминается, что у Филиппа К. Дика в "Убик" (написанный еще в 1969 г.) тоже с мертвыми родственниками общаться можно было. Или у Виктории Шваб в романе "Архив", где была библиотека с мертвыми телами вместо книг. Но... не вспоминать же всех, кто пишет про вариативность потусторонней жизни. Понятно, что животрепещущая замогильная тема)) В общем, если вам интересны подобные путешествия через Стикс туда и обратно, почитать будет интересно. К серьезной научной фантастике я бы эту книгу не отнес, да и к фантастике, вообще. Это, скорее, сильно растянутое интеллектуальное эссе на заданную тему (какую - понятно?))
majj-s
14 мая 2021
оценил(а) на
5.0
Вы вообще за что боролись? За то, чтобы гуглить или за независимость? Если за независимость - то становитесь независимыми. Иначе сами превратитесь в то, что можно только погуглить.Смотрите. какая штука: в недалеком уже будущем люди научиваются копировать сознание. Не потому, что достигли в одночасье высот и глубин, позволивших понять, как оно устроено, где у него рычаги и кнопки (Ури-Ури, выясни, где у него кнопка, как он управляется). Все проще, чтобы копировать текст, не нужно прочитывать его и понимать - достаточно сунуть в ксерокс, чтобы копировать объект нет необходимости постигать его суть в платоновом смысле, когда имеешь 3D-принтер. Пользоваться не значит понимать, про суть электричества вам ни один специалист не объяснит, что не мешает миру стоять на нем. Итак, они научились себя оцифровывать и сохранять в банках данных на случай внезапной смерти, ежегодно обновляя копии, чтобы максимально приблизить воспоминания. Почему на случай внезапной, а как же смерть от старости или болезни? Это правило, сохранять себя в максимально здравом уме и твердой памяти, такая посмертная этика, минимизировать страдания, хотя бы после смерти.И вот она умирает, героиня-рассказчица. Погибает в теракте, так ей сообщают. В смысле, сообщают? В прямом. Это ведь не просто так делалось, не ради радости иметь оцифрованные копии сознания миллиардов, ничем не примечательных людей. Но за тем, чтобы иметь возможность продолжить внетелесное существование, активировав себя после смерти. То есть, общаться в сетях с родными и друзьями, без физического контакта (что жаль) - просто продолжить быть (что очень немало, когда альтернатива окончательно исчезнуть, правда ведь?)Так вот, она умирает, и как водится, начинает налаживать контакты со всеми, с кем прежде была близка: мама, дочь, друзья, коллеги. Один только человек упорно не подтверждает зафренживания и вообще никак не связывается с ней. И это совершенно непонятно, потому что они прожили в любви и согласии двадцать три года. Почему, где он, как он, что с ним? Завел любовницу над ее неостывшим телом? Никто не дает ответа, ограничиваются обтекаемыми фразами. Она злится, обижается, после, смирившись, сама заводит новый роман.А вы думали, цифровое бессмертие это только витание по интернетам? Не-ет, ради такого не стоило бы огород городить. У них настоящая жизнь там. С городами, улицами, домами и квартирами. Всего вдоволь, это ж нематериальное, какую намечтаешь себе обстановку. в той и живешь, хотя выбирают, что неудивительно, близкое к тому, что имели при жизни. И можно не работать (можно работать, если очень хочется). Рай? Можно и так сказать, хотя проблем хватает.Цифровое посмертие от Татьяны Замировской на порядок превосходит попытку описать аналогичное, сделанную Нилом Стивенсоном в прошлогоднем "Додже" . И это не квасной патриотизм "наши лучче", тем более несостоятельный, что во-первых, родом она из Беларуси, а во-вторых, живет уже несколько лет в Штатах. Что не мешает быть одной из самых интересных и ярких русскоязычных писательниц современности. Не только мое мнение, Яна Вагнер, с ее превосходным литературным вкусом, высоко ценит прозу Замировской. Мир, "Смерти.net", в самом деле, потрясающе достоверен и подробнейшим образом проработан, его странная невещественная вещественность берется восприятием без малейшего внутреннего сопротивления. Ты просто видишь это воочию и думаешь: а-а, вот как все устроено, ну примерно так я это себе и представляла (хотя на самом-то деле ничего подобного не представляла). Эта надпороговая естественность сама по себе дорогого стоит, но не она здесь главное.Главное, конечно, кто убил Лору Палмер, тоиссь, вы понимаете, героиню-рассказчицу. Даже не так: Кто - выяснится достаточно скоро, вы ведь тоже не поверили в теракт? Но почему, за что, при каких обстоятельствах? И будьте уверены, эта интрига сохранится до последних страниц, разрешившись изящным впряжением в одну повозку эйнштейновой мыши и кота Шредингера, которые повезут, да еще как резво, вопреки всем опасениям. Роман в длинном списке нынешнего Нацбеста и он достойно продолжил короткую прозу по которой мы прежде знали Татьяну Замировскую. Глубокая, сложная, интеллектуально и эмоционально насыщенная книга. И ах, как хорошо про собак. Я тоже захотела открывать двери, таскать коробки и быть абсолютно счастливой. Ради того, чтобы пережить физиологическую эйфорию одного этого эпизода, стоит читать.
Bookngriller
16 июня 2021
оценил(а) на
5.0
У многих есть такое воспоминание из детства: когда произошло что-то очень странное и вы уверены, что наблюдали это, но рассказать не то чтобы стыдно — неловко. Как признаться в компании веганов, что ты предпочитаешь говяжье филе почти сырым, с кровью. Такое воспоминание есть и у меня. Мне пять или шесть, мы с родителями смотрим телевизор, после какого-то спора я начинаю реветь, — и тут слышу, как в коридоре кто-то шагает. При этом в квартире, кроме нас, больше никого нет. Выглянув в дверной проем, я увидел, как старые коричневые тапочки пересекли коридор, потоптались на пороге другой комнаты и остановились. До сих пор не знаю, что это было, но если кто-то и предложил рабочий вариант объяснения, то это Татьяна Замировская в своем новом романе.Но сначала — к сюжету. Недалекое будущее, ученые научились копировать сознание живых людей на случай их смерти. После смерти дубликаты «активируются» в цифровой среде, и с ними можно общаться по мессенджеру, как с живыми людьми — да и дубликаты себя и воспринимают как живых людей. Но поскольку сознание — это еще к тому же опыт и воспоминания, мир мертвых быстро превращается в большой город со своими местами жизни, досуга и даже конференц-центром. Единственное условие: мертвым запрещено влиять на жизнь живых. Активированные «дубликаты» поднимают восстание и взламывают электронные устройства по всему миру, устраивая налеты полтергейста на «умные» дома, веселясь с электронными системами безопасности и так далее. Некоторое время спустя после восстания активируют дубликат главной героини. Она живет с дубликатом еще живого мужа (да, у живых тоже могут быть дубликаты — просто не совсем легально) и встречается с другим мертвым, А., да вот незадача — оказывается, в «мертвых» героиня оказалась, когда муж нанес ей двадцать три ножевых удара. И хотя сама рассказчица восклицает:Когда я размышляла, за что он меня убил, я задавалась вопросом: почему убивают всегда за что-то? Откуда это внутреннее обвинение жертвы, святая уверенность в том, что, выяснив мотив преступления, мы оправдаем не столько преступника, сколько случившийся слом, разрыв, оплошность? Но после Восстания мертвых связь цифрового мира дубликатов с миром реальным отключают, и теперь главной героине — и единственной рассказчице романа — нужно найти способ попасть снова на ту сторону и узнать: почему любящий муж ее убил? Цифровое бессмертие — одна из главных тем современной фантастики. Цифровой Элизий описывает в романе «Падение. Додж в Аду» Нил Стивенсон, смешивая научную фантастику, антиутопию и фэнтези с обязательными философскими отступлениями. Сложные отношения мертвых, с которыми можно связаться и которые ведут полноценную самостоятельную жизнь, и живых людей находятся в центре повествования в фантастическом шпионском триллере «Страна вечного лета» Ханну Райаниеми. Отличает Замировскую от упомянутых авторов то, что она не боится сделать следующий шаг: не просто выдумать мир, в котором живые позавидуют комфорту мертвых, но и предположить, к каким социальным и научным последствиям это открытие может привести. По большому счету «Смерти.net» — роман не о смерти, а о жизни, как бы банально это ни звучало, точнее, о живом сознании, которое переживает мертвую материю. Ключ к теме романа — в «нейрозомби», или, как их официально называют в мире романа, «тех, кого помнят» — оживших воспоминаниях, которые могут выглядеть как живые люди и даже вступать в коммуникацию. Те, кого помнят — не совсем люди. Их никто не копировал, они ничего не дублируют. Эти чужие неприкаянные мертвые (точнее, воскресшие) — овеществленная память некоторого предельного для их активации количества людей (разумеется, умерших) об отношениях с ними (разумеется, умершими). Воплотившаяся коллективная память. <...> Нейрозомби трагически погибших молодых талантливых людей вообще, как правило, имели огромный успех: их помнили только идеальными, безвозвратными, лучшими в мире. «Нейрозомби» считаются низшей кастой среди мертвых — как раз потому, что только имитируют мышление, а не мыслят самостоятельно. Здесь Замировская отсылает к известному концепту «философского зомби» — гипотетического существа, которое отличается от нормального человека только тем, что у него отсутствует сознательный опыт или способность ощущать. Но если такое существо неотличимо от человека, почему мы не можем считать его человеком? Разве неспособность что-то ощущать делает человека автоматически не-человеком? В конечном итоге, то, что делает нас живыми, — это наш собственный опыт и память нас о себе и других о нас, а не телесность и биологические характеристики. После смерти близкой подруги в подростковом возрасте один из героев Замировской обнаруживает, что до знакомства с ней как будто не существовал: До нее меня не было. А потом я стал собой. Я стал слушать ее кассеты — она оставила мне огромную сумку с кассетами. Через год я нашел в ящике письменного стола те дневники, что она писала в четырнадцать лет. Я не читал их, не мог, ведь она верила, что я не буду. Я просто таскал их всюду с собой и использовал как записную книжку: писал на полях, и на форзацах, и на оставшихся страницах — там были свободные страницы. Я не мог это читать, но я не мог это не использовать. Я словно жил ее жизнь — точнее, жил ту жизнь, которую она для меня придумала. Ключевой поворот происходит, когда А. находит в мире мертвых свою умершую первую любовь в форме «нейрозомби» и недоумевает — ведь в действительности ее никогда не существовало, он ее придумал. Но если и выдуманный человек может обладать подобием сознания, то разница между выдумкой и реальностью стирается, а также разница между сознающим и несознающим, и в конечном итоге. Все новое возникает из памяти. Бог — это память. «Смерти.net» превращается из фантастического детектива в сиквел знаменитой статьи американского философа Томаса Нагеля «Что значит быть летучей мышью?» В нем Нагель ставит читателя перед проблемой: мы не можем представить себе, каково быть летучей мышью — существом с практически нулевым зрением, но невероятным слухом, способным улавливать ультразвук, благодаря чему оно может передвигаться с помощью эхолокации. Человек просто не в состоянии адекватно представить себе этот опыт, не сведя его к антропоцентрической экстраполяции, а значит, сознание нельзя свести исключительно к свойственному одному человеку феномену. Замировская идет дальше: в мире ее героев собственной формой сознания обладают не только герои — вещи, например, кактусы:Быть кактусом — это как не спать всю ночь перед экзаменом на первом курсе. Или камни:У камня есть сознание — и это не предполагает, что камень разумный и со страстью потенциального экспата страдает, что вместо монументального отсутствия мха под ним щекотное отсутствие водички (где родился, там и пригодился — не эмпатируй русскому камню, он ничего не чувствует). Камень не мыслит. Я кладу его на спину и перехожу болото. Я не упаду — и я знаю, что не упаду: в меня встроен великолепный гироскоп. Одно сознательное существо тащит через болото другое сознательное существо, и это в каком-то смысле разделенный опыт. Просто ни один из нас не мыслит. Мир без мыслей тоже мир. То есть вещи, в духе популярного сейчас философского направления объектно-ориентированной онтологии, обладают собственнымсознанием и, соответственно, памятью, — и двенадцать котов-дубликатов могут «воссоздать» образ ухаживающей за ними бабушки, который очень трудно отличить от оригинала. Мир становится текучим, прозрачным, одно сознание может проникнуть в другое, и вот уже мертвые из будущего могут проникать в прошлое с помощью реальных вещей, предметов, не подключенных даже к электросети (а мертвый дедушка может, например, надеть тапочки и пройтись по коридору, как ни в чем не бывало). Получается то, что не вышло у Кристофера Нолана в фильме «Интерстеллар»: мир, где смерти.net Все это могло бы сделать текст излишне серьезным, но Замировской удается на основе философских концепций создать живой мир мертвых (каламбур намеренный) и описать его с юмором. Вот, например, героиня проходится по современному классику, намекая, что и его тексты не обошлись без вмешательства мертвых: Еще профессор упомянул литературный текст как способ регрессивного контакта — в частности, он остановился на новом романе писателя П., вышедшем этой осенью, как обычно (последние тридцать лет — или немного больше, я не запомнила, — писатель П. выпускает новый роман каждую осень; кабальные условия контракта. Не очень понятно, почему писатель П. не может сбежать от рабского труда туда, где никогда не бывает осени, например в Калифорнию — хотя, кажется, там все-таки тоже бывает), — вышло так, что некоторым дубликатам удалось проникнуть в роман чуть ли не на стадии черновика, хотя поначалу они были уверены, что вмешались уже в процесс печати. Подтрунивание над классиком, творчество которого в последние годы во многом превратилось в самопародию, звучит органично из уст авторки, которая фактически развивает идеи, заложенные этим самым классиком, но им же и заброшенные: смерти нет, есть живое сознание, которому подчиняется любая трансценденция. Мир превращается в борхесовское «зеркало загадок», систему, в которой каждая вещь несет информацию, а означающее сливается с означаемым. Именно поэтому мать героини хранит письма, которые в свои пятнадцать писала погибшей первой любви: ей важно помнить того человека, которым она была когда-то и которым быть перестала:Опыт вплавляется в нас, как печать в воск. Это то, что ответила мама, когда я спросила ее, как это — вдруг стать адресатом своих собственных писем, отправленных мертвому человеку. И она сказала: мне было стыдно перед ней, этой девочкой. За то, что я стала совсем другая. За то, что она — не я и в то же время я. Опыт не делает нас хуже, но делает нас чужаками для нас в прошлом. Да, текст и речь — способ коммуникации поколений и способ связи с миром. Герои пишут письма себе в прошлое, получают способность превращаться в буквы табло в аэропорту и передавать зашифрованные послания сквозь белый шум. Простая, вроде бы, идея, но таково свойство больших романов: самые простые идеи они подают в необычной форме, почти поэтической. Что не мешает Замировской разделываться с призраками прошлого: на страницах романа погибает после очередной сюжетной перипетии диктатор — правитель одной из соседних с Россией стран, которого читатель мгновенно распознает. Собственно, почему бы и нет: если слово все еще обладает магическими свойствами, как в романе Замировской, то вдруг получится. В конце романа мертвые обретают автономию: они «отключаются» от мира живых и навсегда оказываются заперты в своей реальности оживших идей. Теперь им нельзя отправить сообщение или передать оцифрованную вещь. Но разве что-то изменилось, если человек продолжает жить в нашей памяти? И послания, которые мы пишем мертвым (как рассказчица «Смерти.net» — своей бабушке) мы пишем в том числе и для себя. Чтобы помнить, кем для нас являлись эти мертвые, за что мы их любим и какие бы из их качеств мы хотели бы сохранить в себе. И если вдруг однажды домашние тапочки в вашем коридоре оживут, не беспокойтесь: просто мертвый дедушка передает вам привет. Почему бы не написать ему послание?
Andronicus
12 января 2022
оценил(а) на
5.0
Как сумасшедший мнит себя богом, так и мы мним себя смертными. Она придет, она вот она, а ее не должно бытьЧайки мяукают в небе, как будто бы души кошек.Ничего ещё решено. Ты можешь остановиться прямо сейчас. Не читай это!  Не  читай это хотя бы под новый год и рождество, гарантировано испортишь себе праздничное настроение!  Ты слышишь меня?  Cлышишь? Конечно же ты прочел. Ничего ещё решено.  Конечно я прочел.  Мертвая жена  расследует причины своей гибели  в компании  любовника и виртуальной копия мужа. Звучит как  сюжет для одной из самых небанальных детективных историй, но это была история совсем о другом.Многие  говорили что  Смерти.net прекрасная замена Пелевину сезона осень - зима 2021, так сказать трансгуманизм с человеческим лицом, а не это вот ваше шовинистическое мурло . Не знаю как  насчет Виктора  Олеговича, я уже  довольно давно разошелся с ним путями, променяв вершину Фудзи на Калинову яму,  а к трансгуманизму у меня позитивно - настороженное отношение, так что  взявшись за эту книгу я ставил себе задачей  понять в каком состоянии находиться  такой редкий для постсоветского пространства жанр  как киберпанк, но конечно это была история совсем о другом.Я будто устроился работать без выходных в магазин ритуальных услуг. Депрессия и уныние вот два главных спутника, что преследовали меня на протяжении большей  романа. Страдания ,метания, вопросы когнитивистики, бессюжетное повествование, безвременье, слово боль по несколько раз на абзац, мертвая проза, мертвое море. Посмертное бытие крайне душной и истеричной девы. Немного Солярис . Немного vita nostra, carpe diem, memento mori, (Don't)Fear The Reaper.  Даже моя изнуренная танатофилия не могла справиться с таким грузом, благо это была история совсем о другомВ какой-то момент тебе становиться бесконечно уютно в пространстве этого романа. Это очень похоже на один очень длинный гриппозный трип. В какой-то момент роман из детектива плавно мутирует в такой великолепный бред, что остаётся только  удивиться как от расследования убийства ты находишь себя за разработкой плана по внедрению своего сознания в разум одного из бесконечных  клонов диктатора  одной северной страны. И становиться как то совсем безразлично что сюжет будто бы соткан из снов старого  видеомагнитофона с забытой кассетой лучших выпусков сумеречной зоны внутри.   Впрочем это была история совсем о другом.Так о чем же все это было. Спойлер, смотри в названии, но для меня эта книга оказалась больше о другом. Назвать это другое значит лишить тебя большей части удовольствия. Скажем так это история об узлах и петлях, дверных, рыболовных, музыкальных, идеальных, мертвых, неважно.  Просто петли и узлы  плетущиеся по одной неизменной схеме, но что если однажды тебе будет  дан развязать узел и разорвать петлю. Как ты поступишь?  Ответ я знаю. Ведь ты всё-таки все прочел Все предрешено.
DollyIce
26 июня 2022
оценил(а) на
4.0
Книга появилась в моем Kindle еще прошлым летом. К чтению приступала раза два, но, через несколько страниц откладывала. Читать о смерти в разгар пандемии было выше моих сил. Сейчас узнала, что роман вошел в длинный список премии "Ясная поляна 2022". Это обстоятельство, в сочетании с волевым усилием, помогло познакомиться с довольно специфичным произведением. Долго не могла определиться с его жанром ( фантастика+ философия+ маг. реализм+ детктив). В конце концов приняла его литературным экспериментом с размытыми границами. Посредством которого автор представила вечные вопросы в новой форме ( Бог- память- сознание человека ). Тема посмертного существования не нова и писатели фантасты к ней уже обращались. В недалеком будущем оцифрованное сознание живого человека, дает возможность его близким, продолжать общение и после его смерти, через мессенджеры. Цифровые копии когда то живших с нами людей, продолжают жить в иной реальности. Разнообразие воспоминаний земной жизни, множество различных психических переживаний и осмысления окружающего - все, что свойственно сознанию живого человека, становятся на страницах романа отдельным миром мертвых. Мы – мертвая память живого человечества. Фактически мы и есть то самое, о чем мечтал Федоров, – люди, воскресшие в режиме вещей.Иллюзорный мир, где активированные цифровые копии соседствуют с умершими, ставшими памятью близких, в тексте они названы нейрозомби. Виртуальный мир мертвых во многом похож на мир, в котором они когда то прожили свою жизнь. Возродившись в новой реальности цифровые клоны стараются создать привычную обстановку и воспринимают себя живыми. Бог – это память. Потому что теперь наша память создает новых людей. Однажды они поднимают восстание, желая привнести изменения в пространстве людей. 40 летняя женщина, погибшая при совершении теракта, став цифровой копией, через интернет мертвых налаживает связь с близкими и выясняет обстоятельства своей смерти. Эта детективная линия становится одной из главных интриг романа. Произведение с интересной завязкой, включающей эпизоды с юмористической тональностью и множеством трогательных моментов, по мере чтения становилось мрачным и заунывным из- за затянутых рассуждений автора, пытающейся найти ответы на философско- этические вопросы. Мое читательское терпение изнывало от повторов бесконечных воспоминаний, окрашенных чувством вины. Поражал своеобразный стиль подачи текста, пробираться через лабиринты которого было весьма не просто. Сюжет оживлялся сатирическими портретами узнаваемых персон. Неожиданным и интересным стал финал. Впечатления от прочитанного неоднозначные, роман не простой и оставляет много раздумий. Сразу по прочтении хочется от него отдохнуть, но думаю,что прочитанное не раз еще будет всплывать в сознании. Немировской удалось создать свой неповторимый мир, для читательского меньшинства.
С этой книгой слушают
Обложка: Смерти.net
3.7
Смерти.net

Татьяна Замировская

Обложка: Необыкновенное обыкновенное чудо
4.1
Необыкновенное обыкновенное чудо

Наринэ Абгарян, Дарья Алавидзе, Каринэ Арутюнова, Яна Вагнер, Татьяна Дагович, Жука Жукова, Татьяна Замировская, Юрий Каракур, Жанар Кусаинова, Сергей Лукьяненко, Тинатин Мжаванадзе, Эдуард Овечкин, Павел Рудич, Марина Степнова, Людмила Улицкая, Александр Цыпкин, Евгений ЧеширКо

Обложка: Необыкновенное обыкновенное чудо
Необыкновенное обыкновенное чудо

Наринэ Абгарян, Дарья Алавидзе, Каринэ Арутюнова, Яна Вагнер, Татьяна Дагович, Жука Жукова, Татьяна Замировская, Юрий Каракур, Жанар Кусаинова, Сергей Лукьяненко, Тинатин Мжаванадзе, Эдуард Овечкин, Павел Рудич, Марина Степнова, Людмила Улицкая, Александр Цыпкин, Евгений ЧеширКо

4.2
Обложка: Земля случайных чисел
3.9
Земля случайных чисел

Татьяна Замировская

Обложка: Новая кофейная книга (сборник)
3.7
Новая кофейная книга (сборник)

Ксения Агалли, Лора Белоиван, Марина Воробьева, Илья Данишевский, Ася Датнова, Татьяна Замировская, Александра Зволинская, Анна Лихтикман, Лея Любомирская, Константин Наумов, Ольга Недорубова, Кэти Тренд, Нина Хеймец, Александр Шуйский

Обложка: Новая чайная книга (сборник)
3.6
Новая чайная книга (сборник)

Лора Белоиван, Татьяна Замировская, Александра Зволинская, Анна Лихтикман, Лея Любомирская, Константин Наумов, Мария Станкевич, Юлия Ткачева, Кэти Тренд, Макс Фрай, Нина Хеймец, Александр Шуйский

Обложка: Земля случайных чисел
Земля случайных чисел

Татьяна Замировская

3.8
Обложка: Новая кофейная книга (сборник)
Новая кофейная книга (сборник)

Ксения Агалли, Лора Белоиван, Марина Воробьева, Илья Данишевский, Ася Датнова, Татьяна Замировская, Александра Зволинская, Анна Лихтикман, Лея Любомирская, Константин Наумов, Ольга Недорубова, Кэти Тренд, Нина Хеймец, Александр Шуйский

3.7