Записки о Пушкине (Отрывки)
Обложка: Записки о Пушкине (Отрывки)

Записки о Пушкине (Отрывки)

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
4.5
6+
Автор
Иван Пущин
Серия
Русская литература XIX века
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Евгения Швец
Издательство
Евгения Швец
О книге
«Я гляжу на Пушкина не как литератор, а как друг и товарищ…Я слышу: Александр Пушкин! – выступает живой мальчик, курчавый, быстроглазый, тоже несколько сконфуженный. По сходству ли фамилий, или по чему другому, несознательно сближающему, только я его заметил с первого взгляда…»
ЖанрыОтзывы Livelib
vitaitly
9 июля 2016
оценил(а) на
5.0
Книга была прочитана в период моего увлечения Александром Сергеевичем и на этой волне вызвала настоящий восторг. В своих записках Иван Иванович Пущин рассказывает о Пушкине, как о простом мальчишке, союзнике своих детских забав, но вместе с тем преклоняется перед гением поэта. Дружбой и любовью пропитаны эти воспоминания. Если вы любите Пушкина так же, как люблю его я, то прочесть эту небольшую книжку вы просто обязаны.Тесней, о милые друзья, Тесней наш верный круг составим, Почившим песнь окончил я, Живых надеждою поздравим, Надеждой некогда опять В пиру лицейском очутиться, Всех остальных еще обнять И новых жертв уж не страшиться.
fleur-r
20 октября 2012
оценил(а) на
5.0
Какая же теплая книга, душевная, нежная. Она всецело пропитана дружбой, взаимной симпатией, уважением. Все факты, о которых в ней идет речь, или большая их часть известны со школьной скамьи. Я лично не помню, как нам это рассказывали и откуда я это узнала, но я доставала с полочек своих воспоминаний эти эпизоды. Первое знакомство, первые шалости и забавы, первые стихи, первые шаги во взрослую жизнь, встреча в Михайловском, расставание навсегда. В этих воспоминаниях два героя, два друга, прошедшие такой разный путь, но оказавшиеся душевно близкими.Семь лет пролетело, но дружба, Ты та же у старых друзей: Всё любишь лицейские песни, Всё сердцу твердишь про Лицей. Останься ж век нашей хозяйкой И долго в сей день собирай Друзей, не стареющих сердцем, И им старину вспоминай.
Umari_Kokuma
30 марта 2016
Мой первый друг, мой друг бесценный! И я судьбу благословил, Когда мой двор уединенный, Печальным снегом занесенный, Твой колокольчик огласил. Молю святое провиденье: Да голос мой душе твоей Дарует то же утешенье, Да озарит он заточенье Лучом лицейских ясных дней! Как много дал мне труд И.И.Пущина, близкого товарища любимого нами поэта! Благодаря прочтению его я стала чуть ближе к этому времени. Как и к самим центральным фигурам воспоминаний.Меня поразило возвышенное чувство товарищества и дружбы лицеистов, которая благословлена Господом! Этого не описать словами, но об этом каждый, бесспорно, знает, а благодаря "Запискам" и прольет слезу в память и уважение тем временам. Вскоре потом со вздохом проговорил: "Как жаль, что нет теперь здесь ни Пущина, ни Малиновского!" Вот последний вздох Пушкина обо мне. Этот предсмертный голос друга дошел до меня с лишком через двадцать лет! Им кончаю и рассказ мой.
Ernst_Keller
30 мая 2016
оценил(а) на
4.0
«Мы, грешные люди, стояли как поверстные столбы на большой дороге: иные путники, может быть, иногда и взглядывали, но продолжали путь тем же шагом и в том же направлении…» Маленькая, но удивительно душевная книга. Каждая ее строка излучает тепло, нежность, ностальгию, тоску по ушедшим друзьям и несбывшимся планам. Иван Иванович Пущин впервые встретился с Пушкиным на вступительных экзаменах при поступлении в Лицей. Оба сразу же прониклись друг к другу симпатией, которая постепенно переросла в дружбу. Пущин вспоминает годы учебы в Лецее, маленькие беды и радости, разговоры с Пушкиным через перегородку между их комнатками, знаковые встречи, которые окажут влияние на их жизни. Он пишет о ссылке Пушкина и очень трогательно описывает их встречу:«Я оглядываюсь: вижу на крыльце Пушкина, босиком, в одной рубашке, с поднятыми вверх руками. Не нужно говорить, что тогда во мне происходило. Выскакиваю из саней, беру его в охапку и тащу в комнату. На дворе страшный холод, но в иные минуты человек не простужается. Смотрим друг на друга, целуемся, молчим!» Иван Иванович упоминает о своих злоключениях. Описывает свои переживания, связанные с новостью о ранении и смерти Пушкина. Пущин в своих Записках вспоминает Пушкина, которого он знал и любил. Он пишет: «Я гляжу на Пушкина не как литератор, а как друг и товарищ». Пущин пишет просто и искренне. Мне кажется, что в этом самая большая ценность его записок. После прочтения записок меня не покидает вопрос: «Ну почему мы не проходили этого в школе???» Лично у меня формальный подход к изучению литературы в школе на 10 лет отбил всякое желание читать нашу классику! Я только начинаю заново ее для себя открывать, учусь понимать ее и любить. Ведь чем для большинства из нас является Пушкин? Памятником, десятком зазубренных стихотворений преимущественно про «мороз и солнце», из которых в памяти всплывает несколько разрозненных строк, бесконечными школьными сочинениями, сухим остатком безликих фактов из школьного учебника. Может, лучше было бы не зубрить стихотворения, а прочитать эту маленькую книжечку и узнать, что Пушкин был не только великим поэтом, но и живым человеком и мечтателем, что у него были друзья, которым он был дорог, что он тоже хулиганил в детстве и попадал в нелепые ситуации? Может, тогда появится желание понять его, его творчество и его эпоху, а слово «классика» не будет вызывать вздох скуки и уныния?
secret6
9 ноября 2014
оценил(а) на
3.0
Что-то с возрастом я все сильнее стал любить Пушкина, не как поэта, конечно, а вот просто как человека. И еще мемуары стал любить: никогда историки не напишут так живо о времени, как современники, да и обязательно пропустят какие-то детали, незначительные по их мнению, но интересные нам. Пущин, например, как в программе "Максимум", не стесняется писать ни об общении с сильными мира, ни о грязном белье.Старик, не видя появления министра, начинал сердиться. Подозвал дежурного чиновника и объявил ему, что андреевскому кавалеру не приходится ждать, что ему нужен Алексей Кириллович, а не туалет его. Чиновник исчез, и тотчас старика нашего с вами повели во внутренние комнаты, где он нас поручил благосклонному вниманию министра, рассыпавшегося между тем в извинениях. Белье содержалось в порядке особою кастеляншею; в наше время была m-me Скалон. У каждого была своя печатная метка: нумер и фамилия. Белье переменялось на теле два раза, а столовое и на постели раз в неделю.
С этой книгой слушают