Песнь моряка Обложка: Песнь моряка

Песнь моряка

Скачайте приложение:
Описание
4.0
1394 стр.
1992 год
16+
Автор
Кен Кизи
Серия
Большой роман
Издательство
Азбука-Аттикус
О книге
Кен Кизи – «веселый проказник», глашатай новой реальности и психоделический гуру, автор эпического романа «Порою блажь великая» и одной из наиболее знаковых книг XX века «Над кукушкиным гнездом». Его третьего полномасштабного романа пришлось ждать почти тридцать лет – но «голос Кена Кизи узнаваем сразу, и время над ним не властно» (San Jose Mercury News). Итак, добро пожаловать на Аляску, в рыбацкий городок Куинак. Здесь ходят за тунцом и лососем, не решаются прогнать с городской свалки стадо одичавших после землетрясения свиней, а в бывшей скотобойне устроили кегельбан. Бежать с Аляски некуда – «это конец, финал, Последний Рубеж Мечты Пионеров». Но однажды в Куинак приходит плавучая студия «Чернобурка»: всемирно известный режиссер Герхардт Стюбинс собрался сделать голливудский блокбастер по мотивам классической детской повести «Шула и морской лев», основанной на эскимосских мифах. Куинакцы только рады – но Орден Битых Псов, «состоящий из отборной элиты рыбаков, разбойников, докеров, водил, пилотов кукурузников, торговых матросов, хоккейных фанатов, тусовщиков, разуверившихся иисусиков и выбракованных ангелов ада», подозревает что-то неладное… «Изумительная, масштабная, с безумными сюжетными зигзагами и отменно выписанная работа. Да возрадуемся» (Chicago Sun-Times Book Week). Роман публикуется в новом переводе.
ЖанрыИнформация
Переводчик
Фаина Гуревич
ISBN
978-5-389-19051-1
Отзывы Livelib
TibetanFox
20 марта 2017
оценил(а) на
5.0
Ходят слухи, что эту памятку привязывают медвежьей жилой к ножке каждого младенца, родившегося в Квинаке (для справки: это маленький прибрежный городок на Аляске), а также выдают в муниципалитете городским новичкам, лелеющим надежды не только прописаться в этом чудном городке, но и стать своими.1. Квинакец-младенец кормится не грудным молоком, а морской водой пополам с суровостью, впрочем, настоящие квинакские матери сразу выдают из своих прекрасных обветренных персей именно этот коктейль. 2. Квинакцы рождаются сразу с бородами (даже девочки), чтобы нежности не холодили лицо.3. Квинакцы всегда знают, где берег, даже если выходят в море глубоко.4. Квинакцы могут полгода прожить на океанской ярости, криках чаек и соленом ветре, закусывая собственной бородой.5. Квинакцы должны обладать странностью, которая будет отличать их от обычных бренных человечков: огромное пузо, живущее своей жизнью, свирепость, экзотичность, фриковатость, упоротость, шаманизм, экотерроризм, эпичность или, на худой конец, алкоголизм, от которого сотрясаются небеса и волны.6. Квинакцы должны посвящать большую часть своей жизни созданию комедии положений.7. Квинакцы должны быть настоящи и искренни до мозга костей. Так что все фальшивки вокруг них будут рассыпаться в прах, даже если они колдовские.8. Квинакцы не могут умирать просто так, их почти ничего не может угробить.9. Квинакцы должны быть готовы спасти ближнего и умеренно дальнего своего от любой опасности и неприятности, хоть вытащить из пасти белого медведя, хоть с другого конца планеты, хоть из чрева библейского кита, хоть из стеклянной банки из-под майонеза.10. Квинакцы должны растить и лелеять глубоко внутри себя вулкан страстей, который в холодную погоду согреет их среди льдов, а в остальное время будет готов извергнуться прямо в лицо соперника.11. Квинакцы должны всеми силами сопротивляться консюмеризму, филистерству, обывательщине и не продаваться капиталистам за морковку с блёстками. Поправка: объедать и разорять врага разрешается.12. Квинакцы должны чтить собакенов так же, как человечьих сородичей, а кто пса обидит, тому кишки вон.13. Квинакцы должны никогда не бросать своих, а уж эти «свои» всегда найдут передряги для реализации этого пункта памятки.14. Квинакцы должны всегда чувствовать себя главным персонажем (и вести себя соответствующе) любого романа, даже если на деле о них упоминается на полутора строчках в шестисотстраничной книге.15. Квинакцы не должны задаваться вопросами жизни и смерти, потому что в Квинаке и так ясно, где бог, а где — пирог. 16. Квинакцы должны всегда быть моряками, даже если они рыбаки или никогда не покидали сушу.17. Квинакцы должны петь без слов и текста, потому что именно так поёт море.18. Квинакцы должны умирать в море, даже если они останутся живы.19. Квинакцы в любой непонятной ситуации должны е...ать карася©.Если вы согласны со всем вышеуказанным, то идите в бар и выпейте стакашку за то, чтобы Квинак вечно стоял, скрипел, вонял — и ничего ему не делалось, даже если вы не песенник, не моряк и не можете отличить шпинат от шпангоута. Добро пожаловать на конец света! «Вот вам подарочек, а остальных в геенну огненную и на х...й, на х...й, на х...й».
jonny_c
25 декабря 2013
оценил(а) на
5.0
«Ну, держись, приятель, я заставлю тебя полюбить море и рыбалку» - прорычал мне в ухо капитан Кизи, а потом швырнул меня на борт рыболовецкой шхуны под названием «Песня моряка». И ведь действительно так оно и вышло. Этот старый пройдоха все-таки принудил меня проникнуться симпатией к морю, несмотря на то, что я всю свою сознательную жизнь избегаю обширных водных пространств так же, как алиментщик избегает встреч с судебными приставами и, самое главное, несмотря на то, что я совершенно не умею плавать, и уж тем более управлять какими-либо судами.Но теперь, я уверен, все будет иначе. Я обязательно научусь плавать и вязать морские узлы, отличать осетра от севрюги, а траулер от дрифтера. Я вызубрю, что означают все эти форштевни, юферсы, шпангоуты и брашпили. Я полюблю запах свежевыловленного тунца и вкус соли на губах. Я выработаю иммунитет к морской болезни, привыкну разговаривать матом и каждый день глушить ром. Я уеду на Аляску, поселюсь в старом трейлере в каком-нибудь маленьком замызганном городке под названием Квинак и каждый раз с нетерпением и тоской буду ждать очередного выхода в море. И я непременно прихвачу с собой книгу старины Кена «Песня моряка», как напоминание о том, что именно с нее началось мое морское приключение.Ну а пока я собираюсь с мыслями, набиваю всяким барахлом свой походный рюкзак и готовлюсь к путешествию на Аляску, капитан Кизи споет вам ту же самую песню, которую он спел и мне. Эта песня окажется долгой, как жизнь Николы Теслы, острой, как меч самурая, пронзительной, как взгляд Моны Лизы, глубокой, как Марианская впадина, лиричной, как фольклор народов Крайнего Севера и в то же время бесшабашной, как джазовые импровизации Рэя Чарльза. В ней пойдет речь о пропахшем рыбными потрохами и кромешной безнадегой городке, выброшенном вместе со своими несчастными жителями на обочину жизни, но неожиданно получившем шанс на преображение и перемену к лучшему; о забытых героях, сложивших свои героические полномочия и смирившихся со своим безрадостным существованием; о самозванцах и коварных мстителях, пользующихся гостеприимством и скудоумием недалекого народца, населяющего этот захолустный рыбацкий городок; о бесстрашных и лихих рыбаках, живущих только морем и его богатыми дарами; о том, в конце концов, что в любых переменах, кроме обещанных благ, может скрываться опасность и подвох.Капитан Кизи будет петь долго и протяжно, частенько прерываясь на то, чтобы смочить свое пересохшее горло старым добрым бурбоном, затянуться сигареткой, отпустить пару-тройку сальных шуток и издать резкий хриплый смешок. Он поведает вам историю о парне по имени Айк Соллес, бывшем отважном Мстителе и экотеррористе, когда-то пережившем свою личную трагедию, а ныне живущем в старом тесном, но уютном трейлере на окраине Квинака и вынужденном спасать колорит и уникальность этого северного, необлагороженного цивилизацией городка от нашествия голливудских крыс. Кен Кизи также расскажет вам о Свирепой Алеутке по имени Алиса Кармоди-Левертова. Эта эксцентричная, взрывная, экспрессивная женщина, любящая приложиться к бутылке и не упускающая возможности устроить на пустом месте скандал, не оставит вас равнодушным и вызовет у вас, как минимум улыбку, а как максимум безудержный восторг.В общем, если вас привлекают необычные, оригинальные и немного сумасбродные сюжеты, под завязку наполненные юмором, сарказмом и колоритными персонажами, если вы являетесь любителем моря, рыболовных судов и рыбацких городков, если вас влечет жажда приключений или, наоборот, желание найти тихий уголок, то тогда… Отдать швартовы! Поднять паруса! Полный вперед! Мы отплываем в Квинак, ребятки!
marina_moynihan
12 марта 2011
оценил(а) на
5.0
Если бы Кен Кизи не был автором величайших притч столетия («Эксмо» о «Порою блажь великая») и удивительных сказаний о добре и зле («Таймс» о «Над кукушкиным гнездом»), а ограничился старыми добрыми производственными романами — соответственно о быте общины лесорубов и психушке — всё равно было бы за что его полюбить. Вот «Песня моряка» сделана из изящнейших деталей, которые пригнаны друг к другу крайне топорным образом. Более того, сюжетные линии расходятся, что дорожки в борхесовском саду, и убегают куда-то в гиперпространство. Но я смотрю на это чудище Франкенштейна, сшитое из типажей бывших подопечных Кизи — «Веселых Проказников», и запредельных идей о zurück zur natur, — и понимаю, что это очень симпатичное чудище.Герои — сплошь супермены-раздолбаи и деревенские валькирии, рассекающие с голой грудью на мотороллерах. И если о некоторых книгах говорят, что в них аппетитно едят, то здесь аппетитно квасят, давят газ и просто нажираются. Да, Кизи променял эпичность своих ранних героев на этот паноптикум героических деревенщин; вместо Моби Дика у него — вялый дрессированный морской лев (еще имеется мстительный альбинос, впрочем, тоже не дотягивающий до Белого Кита), вместо Ахава — какой-то невнятный режиссер. Именно Ахава, такого гордого солёного-стреляного старика может не хватать подобной истории. В «Блажи» был Стэмпер, который «не уступать ни дюйма». В «Песне» жители городка готовы уступить и последний дюйм — один из героев даже интересуется у коллаборационистов, не выдали ли им еще по раскидистому каштану. Плюс к тому, роман богато вышит красной ниткой заботы об экологии — но к концу так и не становится понятно, стоит ли лить масло на волны, если кто-то уже облил их нефтью.Чего еще не хватило лично мне — танцев с бубном, говорящих медведей, короче, национального колорита. Тотемный столб с Авраамом Линкольном на верхушке — это круто. Сказка Шулы о «и тогда я оторвала свою правую ногу» — это круто. Свирепая Алеутка Алиса, идейная наследница Дженни из «Блажи великой» — очень круто. Коренное население, сплошь состоящее из дегенератов — не очень. А напоследок я скажу то же, с чего начала — волшебная корова Кена Кизи никогда не доилась тухлым молоком, и пусть в случае с «Песней моряка» напиток этот разит джином и иногда клонит сон вместо того, чтобы бодрить — невермайнд. Я готова уступать Кизи каждый дюйм на книжной полке и не один час своего времени — за его юмор, за неоднократно доказанную им любовь к водной стихии, которую я, как азовская русалка, полностью разделяю, за все эти «буруны... похожие на мокрые волосы ирландской рыбачки, остающиеся на гребне». Короче, о лесорубах и моряках почитали, остались ковбои.А совсем-совсем напоследок вот вам оптимистичная юкагирская сказка о росомахе, в чем-то конгениальная «Песне моряка»:Большая росомаха неслась прыжками по озеру. Прыгая, поскользнулась, упала без чувств. Поднявшись, говорит: — Эй, лёд, ты сильный? — Совсем нет, когда теплеет, я таю. Росомаха стала слушать солнце. — Ну, ты-то уж сильное? — Совсем нет, меня закрывает туча. Росомаха стала искать тучу, говорит: — Ты сильная? — Совсем нет, меня несет ветер. Тогда росомаха стала слушать ветер. — Ты, что ли, сильный? — Совсем нет, попав в лес, я затихаю. Росомаха пошла к лесу. Говорит: — Ты сильный? — Совсем нет, человек сильный, рубит меня без конца. После этого стала искать человека. Ходила, ходила, насилу нашла. Говорит: — Ты всех сильней? Человек сказал: «Я!» — и стал колотить её. Росомаха и загнулась.
varvarra
2 декабря 2017
оценил(а) на
4.0
Денечки, славные деньки, Когда все тяготы легки, От рыбы плещется вода — Я думал — будет так всегда…Так почему же Квинак? Потому что если Аляска является последним рубежом американской мечты, то Квинак представляет собой последний бастион этого рубежа.Квинак - небольшой городок на побережье Аляски, раскинувшийся пятипалыми улицами в окружении свалки. Горящая не одно десятилетие, она стала местом пропитания стада одичавших свиней, диких кошек, лис, енотов и даже медведей. Городок тоже имеет соответствующий вид. Нет-нет, когда-то у него были все шансы на процветание, а у съехавшихся в это место из разных концов земли были свои планы и амбиции. Но цунами 1994 года внесло свои разрушительные коррективы. Население городка представляется застрявшими здесь по той или иной причине неудачниками и коренными ПАПА (потомки американских первобытных аборигенов). Лишь познакомившись ближе, начинаем симпатизировать тем или иным героям, выделяя среди всех мстителя и красавчика - неподкупного Исаака Соллеса, или просто Айка. Кен Кизи в этом романе не акцентирует внимание на одном герое, он поселяет нас в Квинаке, обходит каждую хижину, мотель, трейлер, судно. Читатель не только знакомится с климатом, историей Аляски, его жителями, он проникается самим духом, сказками и легендами этих мест. И это всё мне очень понравилось. Но есть в произведении и другая сторона, я бы назвала её апокалиптической. Кен Кизи всячески пытается привлечь общественность к вопросу защиты окружающей среды. Именно поэтому делает Айка мстителем. Но таких как Соллес мало и в книге и в реальной жизни. И тогда в действие вступает "неизведанное": для кого-то в виде серебристо-голубого клинка, для кого-то в виде огромного шипящего куска бекона. Приход апокалипсиса предваряет вторжение в город кинокомпании под эгидой "Чернобурки" и предводительством Николая Левертова. И пусть никого не вводит в заблуждение его прозвище Святой Ник, ведь он носит тавро Ионы. И ждать от этого знака можно только неприятности и беды. Описать свои эмоции и впечатления от чтения "Песни моряка" довольно сложно. Мне было интересно знакомство с Аляской. Я почувствовала беспокойство автора за судьбу коренного населения края, за его богатства, которые так бесконтрольно уничтожаются (леса, рыба, звери). Крепкое словцо, не раз встречающееся на страницах лишь подчеркивает накипевшее в душе Кена Кизи. Задела меня и некоторая эксцентричность сюжета, но иногда она мешала реалистичной части. Думаю, это одна из книг, о которых сложно высказаться однозначно, она довольно многоуровневая, где каждый уровень - новая тема. Как в жизни нас окружают житейские проблемы (со скандалами соседей, встречами в клубах, помощью друзьям) и духовные, заставляющие задуматься о Боге, конце света, и эмоциональные с всплесками любви, изменами, местью и прощением, плюс к этому ещё и глобальные - и уже чувствуешь переполненность. Так и вышло с этой книгой.
AzbukaMorze
14 августа 2018
оценил(а) на
5.0
Мне показалось очень похоже на Джона Ирвинга, ну очень. Черноватый юмор, странноватые персонажи, некоторая доля абсурда, мата, спиртного и неаппетитных деталей, разве что секса маловато (по сравнению, а так-то вполне достаточно). Всё это в декорациях Аляски - суровые мужики, рыбная ловля и легенды аборигенов (одна сказочка просто феерична, это восторг!). А Ирвинга я как раз люблю, так что всё было замечательно вплоть до финала. В финале автор устроил мне подлянку, по-другому я никак не могу это назвать. Он, конечно, честно предупредил, что сейчас появится "бог из машины", и я была не против, почему бы и нет - но чтобы таких масштабов, вплоть до смены жанра? Гротеск гротеском, но для меня оказалось чересчур. В общем, я не оценила широты (или глубины) авторского замысла, хотя в остальном финал меня порадовал. Пришлось пойти почитать другие рецензии, из которых я выловила мысль, что случившееся - это возмездие за наплевательское отношение людей к экологии. В таком ракурсе ситуация выглядит более приемлемо, но всё равно у меня ощущение, словно играли-играли в шахматы, а потом вдруг опрокинули доску и пошли гонять в футбол.
С этой книгой читают Все
Обложка: Самопознание
4.2
Самопознание

Николай Бердяев

Обложка: Под куполом стальных небес
Под куполом стальных небес

Юрий Корочков

Бесплатно
Обложка: Дьяволиада
4.8
Дьяволиада

Михаил Булгаков

Бесплатно
Обложка: Погоня
4.8
Погоня

Джеймс Оливер Кервуд

Бесплатно
Обложка: Тревожные люди
4.4
Тревожные люди

Фредрик Бакман

Обложка: Яма
4.8
Яма

Александр Куприн

Бесплатно
Обложка: Мартин Иден
4.7
Мартин Иден

Джек Лондон

Бесплатно
Обложка: Казан
4.6
Казан

Джеймс Оливер Кервуд

Бесплатно
Обложка: Вторая жизнь Уве
4.9
Вторая жизнь Уве

Фредрик Бакман

Обложка: Королевство
4.0
Королевство

Ю Несбё

Обложка: Ход королевы
4.4
Ход королевы

Уолтер Тевис

Обложка: Мы
4.4
Мы

Евгений Замятин

Бесплатно
Обложка: Юпитер поверженный
4.4
Юпитер поверженный

Валерий Брюсов

Бесплатно
Обложка: Заповедник
4.8
Заповедник

Сергей Довлатов