Оправдание Острова Обложка: Оправдание Острова

Оправдание Острова

Скачайте приложение:
Описание
4.0
583 стр.
2020 год
16+
Автор
Евгений Водолазкин
Серия
Новая русская классика
Издательство
АСТ
О книге
Евгений Водолазкин – автор романов «Лавр», «Авиатор», «Соловьёв и Ларионов», «Брисбен», сборников короткой прозы «Идти бестрепетно» и «Инструмент языка», лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна» и «Книга года». Его книги переведены на многие языки. Действие нового романа разворачивается на Острове, которого нет на карте, но существование его не вызывает сомнений. Его не найти в учебниках по истории, а события – узнаваемы до боли. Средневековье переплетается с современностью, всеобщее – с личным, а трагизм – с гротеском. Здесь легко соседствуют светлейшие князья и председатели Острова, хронисты и пророки, повелитель пчел и говорящий кот. Согласно древнему предсказанию, Остров ждут большие испытания. Сможет ли он пройти их, когда земля начинает уходить из-под ног?..
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-134423-8
Отзывы Livelib
Kseniya_Ustinova
4 мая 2021
оценил(а) на
5.0
Евгений Водолазкин крайне религиозный, верующий человек, поэтому роман, проговаривающий библию, был вопросом времени. В самом начале я удивилась, неужели это еще один Каин - Жозе Сарамаго , хотя такое невозможно, Каин во много сатира на происходящее, он ругает поведение «героев библии», что Евгению Германовичу уж точно не свойственно, он скорее будет библию защищать (как, к примеру, в Брисбене ). Но вскоре все прояснилось.Все книги Водолазкина выглядят совершенно разными по сюжетам, эпохам, жанрам. Но, на самом деле, абсолютно все они об одном и том же – о времени. Наверное, странно в этом моменте вспомнить фильм «Прибытие» или же оригинал - Тед Чан - История твоей жизни (хотя ситуация с ножом вполне в духе этой истории), но они достаточно доходчиво передают ощущение четвертого измерения – плоскость времени. Именно плоскость, когда нахождение в любой точке, это нахождение во всех точках одномоментно. И, дело даже не в том, что «нет ничего нового под солнцем», а в том, что с возрастом, с жизненным опытом, с огромным читательским опытом, который есть суть концентрированного вида бесконечного числа человеческих жизней, вполне вероятно к 56 годам увидеть эту плоскость, ее закономерности, ее волны. «Некоторые вещи прекращают свое существование не потому, что они плохи: просто их время вышло. И начинают свое существование не потому, что хороши: их время, наоборот, пришло. Время собирать камни, и время разбрасывать их. Может быть, ответ - время? Время и ритм.»В своих предыдущих книга чувство времени автор пытался изобразить исходя из срока человеческой жизни, но «Чему учит долголетие? Поверх его ладони Ксения кладет свою. Три уровня взаимной симпатии. – Учит тому, что всё повторяется – в том или ином виде. – Она задумывается на минуту. – Учит ждать бед – их так много… В юности этого не понимаешь. А в какой-то момент становится страшно жить. – И чем дальше, – замечаю, – тем страшнее. Старческое слабоумие – не защита ли это? Не милость ли?»Для изображения нового пространства понадобилась протяженность. Поэтому сюжет истории начинается от сотворения мира и приходит к нашим дням. Но, поколения забывчивы, сменяясь они не перенимают опыт своих предков, а вновь и вновь повторяют его. Для того, чтобы бы это «увидеть» в сюжет вплетаются двое бессмертных, что живут уже несколько сотен лет и их глазами мы наконец начинаем разглядывать новое для нас пространство.Помимо времени, есть еще один важный момент - человек всегда поступает исходя из обстоятельств. Все мы отражение нашего окружения. Мы не придумываем ничего с нуля, мы потребляем информацию извне и выдаем ее обратно, соотнеся с уже имеющейся информацией. Поэтому мы все такие одинаковые и такие разные, и нет в этом противоречия. «Я не собираюсь ни с кем спорить, ибо в споре рождается не истина, но гнев и томление духа.» «– У меня очень простой вопрос. В Средневековье комету принимали за змея? Принимали ведь? Вы же не будете этого отрицать? – Я не могу отрицать очевидное. – А сейчас? – А сейчас змея принимают за комету.»Начиная с революции начала двадцатого века и доходя до наших дней, аллюзии на нашу страну считываются все точнее, сатира становится все зубастее. Мне нравится, что в правители были назначены и праведные люди, и реакция на их правление более чем узнаваема.Неудивительно, что книга вошла в Длинный список восьмого сезона Литературной премии имени Александра Пятигорского (2020-2021). Премия учреждена с целью поддержки интереса к философствованию за пределами профессионального философского сообщества, присуждается за лучшее философическое сочинение. И, на мой взгляд, «Оправдание острова», действительно будоражит, привлекает внимание к темам не простым, располагающим к философствованию. «...выборы определяют имя Президента, но не его решения».Отдельное «браво» хочу сказать главам про пчел. Это было мистически прекрасно и поражающе. Впрочем, мистического, сатирического, поражающего и цепляющего здесь и без пчел много. Во многом благодаря стилистике языка произведения: "В первое лето Евстафия некие мореходы привезли в подарок князю невиданных рыб. Евстафий, желая на них посмотреть, пришел к мраморному водоему у Дворца, упал в воду и утонул. Общее же время его правления – три дня."
ElenaSeredavina
16 декабря 2020
оценил(а) на
4.0
Скажу так, Евгений Германович меня очаровал уже давно и с каждой прочитанной книгой любовь к нему только крепнет. Это была уже четвертая, долгожданная, новая.Скажу честно, я испытала наслаждение, пока читала. Плотный, сложный на размышления текст, сначала с трудом поддается пониманию, зато потом... Как это говорят, - пленит!? Да, действительно пленит, окутывает и отправляет тебя в путешествие на Остров которого вроде как и нет. А читаешь, и понимаешь, что есть. И вот тут мне одной показалось, что Водолазкин переписал ход истории на свой лад? Очень стилизовано, с сарказмом, иронией и плавно уводя в антиутопию.Перед нами хроника того самого Острова, начало своё берёт аж 350 лет назад, описывая правления каждого за это время, при этом показывая, что менялось, как, чему верили и поклонялись люди, чем были недовольны, чего хотели, что получили и тд. Соответственно, вы представляете каким языком ведётся повествование.И ещё,  очень красиво древнерусский текст перемешивается с современным, да и не только текст, но и события, что позволяет видеть картинку словно в эффекте "3D".Тут как в Лавре, много рассуждений относительно веры, свободы, жизни, силы времени. Можно смело растащить на цитаты.Очень советую поклонникам творчества автора. Это эстетическое литературное наслаждение.
majj-s
8 января 2021
оценил(а) на
5.0
В конце концов, от жизни остается только история.Автор, впечатления от очередной книги которого не стоит и пытаться предсказать, покуда не прочтешь - таков мой Евгений Водолазкин. Признанный шедевр "Лавр" не только оставил равнодушной, но до сих пор потряхивает при воспоминании о разлагающемся трупе возлюбленной, с которым герой два месяца делил комнату. В "Авиатора" влюбилась с первых строк, а на сцене пресс-конференции разрыдалась прямо на улице (слушала аудиокнигой). "Брисбен" возненавидела, поспешив исправить впечатление "Соловьевым и Ларионовым", а с "Сестрой четырех" полюбила снова.И опять "да". Не щенячья восторженность "Авиатором", но сдержанно-уважительное признание: "Таки да, он Мастер". Писатель Водолазкин в первую очередь историк, и всякий его текст - роман с историей (даже когда речь идет о пьесе). "Оправдание острова" в этом смысле превосходит все, читаное прежде. Концентрированная история в количествах, почти несовместимых с жизнью: древнего мира, средних веков, новая, новейшая. Всякая часть изящно стилизована лексическими конструкциями, которые ассоциируются у читателя с описываемым временем: от "Повести временных лет" до новояза новостной ленты интернет-агентств.Еще несколько слов о языке и стиле книги, прежде, чем начать говорить о содержании. Он роскошен и словно бы специально создан для разбора на цитаты. И освещен сдержанным умным юмором, который у нас зовут английским, на самом деле, более интернациональным, чем одноименный гимн, хотя сильно не для всех. Так смешно все время, что с определенного момента просто перестаешь реагировать, принимая как должное потоковый режим того, крохам чего при других обстоятельствах радовалась бы."Оправдание острова"- это история части суши (да-да, со всех сторон окруженной водой), по которой можно составить представление об истории человечества, как по капле воды об океане. Разумеется, наиболее четкая привязка к родине, да ведь и у других все это не сильно отличалось. Что касается литературных источников, кто-то отметит несомненную связь с "Историей одного города" Салтыкова-Щедрина , кто-то с "Историей мира в 10 1/2 главах" Барнса, "Островом пингвинов" Франса еще кто-то из особо продвинутых - с "Возможностью острова" Уэльбека (даром ли такое название?) И всякий будет прав, мир стоит на плечах гигантов. И всякий неправ, потому что такого еще не было.Смотрите, в чем дело: здесь исторические хроники в изложении череды летописцев перемежаются комментариями светлейшей княжеской четы Парфения и Ксении, которым триста сорок восемь лет, а потому были они непосредственными свидетелями значительной части описываемы событий. То есть, как треть тысячелетия? Столько не живут. То есть, так. А в Библии такой возраст для патриархов и праведников вполне себе норма. Они и есть праведники, для которых время течет иначе, чем для остальных.Одна из основных мыслей романа, его красная нить - предание о Содоме и Гоморре, в которых не сыскалось ни одного праведника, чтобы уберечь от огненного дождя. Так вот, у Острова их двое, светлых святых стариков, несущих на хрупких плечах груз мировых грехов. Фрагменты романа от лица Парфения и Ксении - чистое читательское наслаждение и то, за что обожаю Водолазкина стилиста. Понимаю, будь таким языком написан весь роман, это вскоре пресытило бы, но боже, как хорошо!И да, это о людях, в которых при любых обстоятельствах остается что-то человеческое. Надо читать, это хорошо. Или слушать, потому что есть аудиокнига в исполнении Ивана Литвинова и Геннадия Смирнова: первый в представлении не нуждается, второй составляет ему достойную партию. Завершая, не могу удержаться от цитаты об одном из хронистов, совершенно меня очаровавшей: В ту часть потустороннего мира (здесь возможны варианты), где он сейчас находится, посылаю ему мой искренний привет.
Pani_Vydumlani
15 декабря 2020
оценил(а) на
4.0
Читая книгу, вспомнила разговор Водолазкина с Познером в 2016-ом году, где Водолазкин высказывался против революций (позиция смелая своей непопулярностью, но при этом, конечно, удобная и безопасная). Мне кажется важным предварительно этот разговор послушать, потому что в интервью приводятся аргументы не бесспорные, но разумные, в то время как в книге глупый народ традиционно сам не знает чего хочет и всё, на что способен, так это сменить плохую власть на ещё худшую. Я к Водолазкину-писателю отношусь хорошо (возможно, потому что читала его «Лавр» и «Авиатор», а «Брисбен», на волне гневных рецензий, благоразумно отложила), и книга мне понравилась. В некотором роде «Оправдание острова» похоже на руководство для подготовки к экзамену по истории Беларуси (подставь свою страну): сжатый пересказ событий со времен князей и льющейся с крепости смолы через короткий период величия к упадку-социализму-репрессиям-капитализму, и в этом смысле ничего нового в книге нет (и так известно больше, чем нужно, для здорового сна). Но были две вещи для меня заманчивые. Первое – авторское интеллигентное,но беспощадное чувство юмора, зашитое в невинных выражениях вроде «Народный Совет обладал неограниченными правами одобрять указы Председателя Острова». Таких формулировок в книге полк, так что я не очень понимаю, почему книгу продают как продолжение традиций «Лавра» (на который она, по-моему, совсем не похожа), а не как политическую сатиру. Второе – размышления двух жителей Острова, по непонятной причине не умирающих столетиями, когда остальные жители проживают обычный свой человеческий срок. Веками наблюдая историческую вакханалию, эти двое долгожителей нет-нет да выдают любопытные замечания, вроде: - Основной вопрос только один, - Парфений поднес чашку к губам, - и касается обстоятельств создания мира. Средневековье отвечало: мир создан Богом. Что говорит об этом современность? - Ну, во-первых... - Современность говорит: не знаю, - подсказал Парфений. – И отчего-то мне кажется, что другого объяснения у науки никогда не будет. Отдельно стоит отметить язык, состаренный не за счет выбывших из употребления, непонятных слов, но за счет конструкций, и от того воздушный, лёгкий и плавный. Не хочется лишаться Водолазкина-писателя, но миру определённо не помешал бы Водолазкин-переводчик: с удовольствием почитала б, например, его переводы Эко («Имя Розы» лежит в отложенном уже который год, но тяжеловесность языка продолжает пугать).
natalie_book_review
8 декабря 2020
оценил(а) на
5.0
«Разум существовал всегда. Только не всегда в разумной форме».Новый роман - это хроника выдуманного автором Острова, описывающая, казалось бы, совершенно понятную историю его существования и развития, но очень напоминающую российские исторические события реального измерения. И описание это настолько сказочно и саркастично, что степень накала этого комичного абсурда вызывает весь спектр эмоций - от смеха до искреннего недоумения. А это уже что-то совсем новое в творчестве автора. Структура романа выстроена в формате хроники летописцев разных времён с вкраплениями отрывков повествования от имени главных героев - княжеской четы и представителей двух династий, Парфения и Ксении. Было предсказано, что путём их объединения на Острове прекратятся междоусобные распри. Так и произошло на какое-то время. Однако, человек - существо сложное и, как бы хорошо ни жилось, ему всегда хочется чего-то нового. Это приводит к революциям, вооруженному захвату власти, переписыванию истории, к отказу от Бога и его замене на «веру в Светлое Будущее», к движению Острова к «Совершенной Гармонии», а точнее, к апокалипсису.Хроника постепенно перетекает в антиутопическое повествование, которое, однако, нельзя назвать стандартным. Оно фантастичное и смешное до нелепого. И, вроде, при чтении антиутопии, ты должен испытывать отрицательные эмоции, здесь - все наоборот. Ты обезоружен этой забавой. Также существует ещё одна - потерянная - часть пророчества о будущем Острова, которая открывается только к концу книги. И снова библейские параллели, на этот раз, с Содомом и Гоморрой - городами, уничтоженными Богом за грехи их жителей. И кто же сможет оправдать Остров перед Богом для его спасения и сможет ли вообще?Евгений Водолазкин снова не распыляется. Он не включит в книгу множество мелких тем и не будет размывать фокус внимания читателя по ним. Если уж он взял тему, то взял ее твёрдо, развернул широко и всесторонне; и читатель будет погружён именно в неё и настолько глубоко, насколько это возможно. Такая фундаментальность в вопросе раскрытия темы мне, безусловно, импонирует. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Так, например, в романе «Лавр» автор - географ и философ, сфокусированный на теме времени, а здесь - историк. Хотя тема времени, его течения, идея о том, что у каждого время своё, также не исчезает и присутствует как вспомогательная для раскрытия основной. ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀ Тема истории же главенствует в романе. Она первостепенна и преподнесена автором с множества сторон. Основной вектор размышления - сопоставление общей истории и истории личности, которая создает события ради себя, а не во благо народа, прорисовывая их для собственных нужд, фактически уничтожая историю. Личность у власти занимает место Бога, диктуя свои законы в написании истории, берет на себя полномочия Бога по лишению жизни в случае неповиновения. Автор употребляет термин «антиистория», который идеально описывает происходящее. «Чёрное стало белым. Нереальное - реальным». ⠀⠀ Другие векторы раскрытия основной темы - причины глобальных исторических событий; свобода человеческого выбора и ее пределы в аспекте Божьей воли; переплетения правды и вымысла в истории; прогресс и его негативные последствия (улучшение жизни, но не улучшение самого человека), сопоставление человека современного с человеком средневековья, смотрящим на историю со стороны, не пытаясь менять ход вещей.Ну и, конечно, язык, умение обращаться с ним. Приятный аспект, сопровождающий, пожалуй, все книги автора. Изначально, описывая средневековое течение жизни Острова, язык полностью ей соответствует - архаизмы, синтаксическая структура предложений, - все так, будто читаешь древнерусский текст. К середине романа, когда повествование переходит в настоящее время, язык становится современным. Благодаря этому у автора, удивительным образом, получился стилистически тонкий градиент совершенно не видимый с первого взгляда. И ты не сразу понимаешь, когда одна стилистика сменила другую.В итоге, снова необычный сюжет, глубина и метафоричность. И только одно «но» помешало перевернуть последнюю страницу с чувством полного удовлетворения - финал, который хочется видеть либо противоположным, либо открытым.
С этой книгой читают Все
Обложка: Бабки
Бабки

Татьяна Филатова

Бесплатно
Обложка: Александр Мороз
3.7
Александр Мороз

Андрей Курков

Бесплатно
Обложка: Она писатель
Она писатель

Ольга Вторушина

Бесплатно
Обложка: Магазин Уотерса
4.5
Магазин Уотерса

Эдвард Фокс

Обложка: Симон
4.7
Симон

Наринэ Абгарян

Обложка: Страусиная ферма
5.0
Страусиная ферма

Д. Ман

Бесплатно
Обложка: Лавр
4.2
Лавр

Евгений Водолазкин

Обложка: Не оглядывающийся никогда
4.2
Не оглядывающийся никогда

Татьяна Устинова

Бесплатно
Обложка: Сирена vs Дракон
Сирена vs Дракон

Катя Лоренц

Бесплатно
Обложка: Пищеблок
4.1
Пищеблок

Алексей Иванов

Обложка: Созданные магией. Притяжение сирен
4.0
Созданные магией. Притяжение сирен

Елена Чикина

Бесплатно
Обложка: Солнцу быть!
5.0
Солнцу быть!

Диана Мартос

Обложка: Случайная связь
Случайная связь

Татьяна 100 Рожева

Бесплатно
Обложка: Остановка «Счастливая жизнь». Выходим из кризиса токсичных взаимоотношений
Обложка: Птичка
Птичка

Арина Теплова

Бесплатно