Сергей Довлатов. Остановка на местности. Опыт концептуальной биографии Обложка: Сергей Довлатов. Остановка на местности. Опыт концептуальной биографии

Сергей Довлатов. Остановка на местности. Опыт концептуальной биографии

Скачайте приложение:
Описание
3.9
522 стр.
2021 год
16+
Автор
Максим Гуреев
Серия
Биографии ХХ века
Издательство
АСТ
О книге
Как часто мы стараемся заглушить внутренний диалог? Тот голос, который толкает нас на разного рода безумства, лишь бы не замереть в неподвижности, лишь бы не потеряться в потоке бурлящей вокруг жизни… Вариант ответа на эти вопросы предлагает писатель Максим Гуреев в своей новой книге об одном из лучших, но не признанных в свое время прозаиков – Сергее Довлатове. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-109898-8
Отзывы Livelib
oleg_demidov
4 сентября 2021
оценил(а) на
5.0
В 2021 году весь литературный мир будет отмечать 80-летие Сергея Довлатова. Поэтому уже в конце 2020-го начали выходить книги, подготовленные к юбилею. Среди них особое место занимает работа Максима Гуреева.Почему особое? Ежегодно переиздается проза Довлатова как отдельными изданиями, так и собраниями сочинений. Выходили тома избранной переписки (Жизнь и мнения. Избранная переписка. СПб., 2011), до этого не публиковавшихся рассказов в сопровождении мемуаров и критических статей (Последняя книга. Рассказы, статьи. СПб., 2011), филологические штудии Игоря Сухих (Сергей Довлатов: время, место, судьба. СПб., 2010). Была первая биография Довлатова — работы Валерия Попова (Довлатов. М., 2010), книга — при всех ее минусах — объективно нужная и долгожданная. Вышли, наконец, мемуары Андрея Арьева, Елены Скульской и Александра Гениса (Три города Сергея Довлатова. М., 2021) о жизни писателя в Ленинграде, Таллине и Нью-Йорке. То есть все, что можно было напечатать, напечатали.Перед Гуреевым стояла непростая задача: на фоне всего вышеперечисленного сделать интересную и качественную книгу. Автор обозначает свой труд как «опыт концептуальной биографии». Что это такое?Читатель вместе с автором складывает пазл: один кусочек — отрывок из «Заповедника», второй — воспоминания фотографа Валерия Маркова, третий — воспоминания Андрея Арьева, четвертый — вновь отрывок из «Заповедника», пятый — стихи Довлатова. В результате получается история о работе экскурсоводом в Пушкинских Горах. И таким образом выстраивается вся книга. Чтобы пазл не рассыпался и чтобы его можно было повесить на стену, используется специальный «клей» — в виде документальной прозы самого Гуреева.В итоге перетекание умело подобранных отрывков из довлатовской прозы в мемуары, из мемуаров в документальную прозу автора дает очень волнообразный и волнующий текст, чтение которого вызывает море эмоций: от «Как прекрасно сделано!» до «А ведь этот чисто художественный ход мог быть и в реальной жизни!».Единственный вопрос, который возникает, сводится к герою довлатовской прозы: насколько релевантно сопоставлять его с самим писателем? Если бы мы имели дело с научной работой, тогда бы можно было ответить просто: нет, не релевантно. Но перед нами удивительный сплав non-fiction и fiction, поэтому вопрос подвисает в воздухе — и каждый читатель отвечает на него сам, в меру своих представлений о мире и об искусстве.Удается ли сказать что-то новое? Скорее нет. Но, кажется, такую задачу Гуреев себе и не ставил. Он не исследователь жизни и творчества и не пишет филологических фолиантов, ибо такое занятие само по себе довольно скучное. Его интересует жизнь во всех проявлениях — как казус и как анекдот.И это правильно: если писать о Довлатове с помощью линейки, транспортира и калькулятора, получится натуральная мертвечина. Если заниматься литературоведческим камланием или озорной компаративистикой, случится перебор.А в виде «опыта концептуальной биографии» — лучший вариант.«Остановка на местности» далеко не первая биографическая книга Гуреева. Можно еще отметить работы по Бродскому и Пригову. У каждой из них — какое-то свое звучание. В Бродском — античное, с налетом джаза; в Пригове — шум столярных мастерских, сквозь который доносится чирканье-чириканье карандаша; а в Довлатове — звон стаканов и самолетный гул, обещающий преображение (и земное и небесное). Это очень важно — чтобы у каждой книги было не только свое прочтение, но и свое звучание.Именно на это делает ставку Гуреев. Когда практически невозможно сказать что-то новое, остается делать книгу — насколько возможно, — конгениальную Довлатову. И думается, у него это получилось.
С этой книгой читают Все
Обложка: Аполлон среди блатных
Аполлон среди блатных

Варлам Шаламов

Обложка: О любви (сборник)
4.6
О любви (сборник)

Дина Рубина

Обложка: Святочные рассказы
5.0
Святочные рассказы

Леонид Андреев, Александр Бестужев-Марлинский, Дмитрий Григорович, Александр Грин, Владимир Даль, Григорий Данилевский, Михаил Зощенко, Александр Куприн, Николай Лесков, Василий Немирович-Данченко, Константин Станюкович

Обложка: Сталин. Том I
Сталин. Том I

Лев Троцкий

Бесплатно
Обложка: Не жизнь, а сказка
4.4
Не жизнь, а сказка

Алёна Долецкая

Обложка: 100 дней между жизнью и смертью
4.0
100 дней между жизнью и смертью

Лилия Кох

Бесплатно
Обложка: Я, Есенин Сергей…
4.5
Я, Есенин Сергей…

Сергей Есенин

Бесплатно
Обложка: Тюремный дневник
4.0
Тюремный дневник

Мария Бутина

Обложка: Александр II. Жизнь и смерть
4.7
Александр II. Жизнь и смерть

Эдвард Радзинский