Бывшая Ленина Обложка: Бывшая Ленина

Бывшая Ленина

Скачайте приложение:
Описание
3.5
690 стр.
2019 год
16+
Автор
Шамиль Идиатуллин
Серия
Актуальный роман
Другой формат
Аудиокнига
Издательство
АСТ
О книге
Шамиль Идиатуллин – журналист и прозаик. Родился в 1971 году, окончил журфак Казанского университета, работает в ИД «Коммерсантъ». Автор романов «Татарский удар», «СССР™», «Убыр» (дилогия), «Это просто игра», «За старшего», «Город Брежнев» (премия «БОЛЬШАЯ КНИГА»). Действие его нового романа «Бывшая Ленина» разворачивается в 2019 году – благополучном и тревожном. Провинциальный город Чупов. На окраине стремительно растет гигантская областная свалка, а главу снимают за взятки. Простой чиновник Даниил Митрофанов, его жена Лена и их дочь Саша – благополучная семья. Но в одночасье налаженный механизм ломается. Вся жизнь оказывается – бывшая, и даже квартира детства – на «бывшей Ленина». Наверное, нужно начать всё заново, но для этого – победить апатию, себя и… свалку.
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-118335-6
Отзывы Livelib
Kseniya_Ustinova
4 апреля 2021
оценил(а) на
4.0
Люди. К сорока восьми годам Шамиль Идиатуллин осознал сложность и мужественность жизни женщин средних лет и ему стало интересно, что держит их, не дает сломаться, дает волю к жизни. Да и просто - что у них в голове. Но это я узнала только в конце книге. В начале книги, когда Митрофанов "сделал финт", мне, как женщине, больше всего было интересно узнать внутренний портрет героя, тем более от автора мужчины. Но нет. Стоило догадаться из названия. Автор исследует Лену, и здесь у нас Бывшая Ленина как улица, как страна, как Лена, точнее то, что у нее отняла жизнь. Не считая полной тишины внутреннего мира Митрофанова, остальные персонажи вышли живыми и интересными, начиная с очень короткой роли бабушки и заканчивая компанией друзей дочки Саши. Роман отражает реальность, проговаривает время, изображает цикличность жизни - мы начинаем с одной умирающей женщины и заканчиваем другой. Институты. Но жизнь это не только - "он сказал, она сказала". Жизнь это еще огромное количество институтов, в которые мы играем, надевая маски, пытаясь ужиться друг с другом. Долгое время люди говорили о политике, как о внешних действиях и событиях, сейчас, в эпоху интернета, когда тщательно скрываемое вылезает наружу, появляется интерес к политехнологиями и реальному устройству институтов, которые контролируют и формируют нашу жизнь в государстве. Тема экологии уже несколько лет витает в воздухе и просуществует еще десятки лет, поэтому именно на экологичном фоне разумно было устраивать внутреннее устройство правительственных институтов и гражданских сопротивлений. Идиатуллин продолжает традиции русской классики: изображение бюрократии, попытки людей построить общество, когда все кажется таким простым, а на деле оказывается совсем иным. Мне кажется этот роман важен и тем, что важно понимать, что не все зависит от человека, многое зависит и от обстоятельств и от системы. Сложность - это то, что нельзя игнорировать, но почти невозможно принять.Язык. Начало книги мне очень понравилось ритмом языка, когда нам показывали жизнь бабушки, язык прямо таки омывал небо, и я надеялась, что так будет всю книгу. Но при смене точек зрения, смене позиции повествования, язык начинал запинаться и дробиться. На мой вкус не хватило какой-то общей линии, какой-то красоты. И, скажу сразу, именно дробность языка - единственное, что в книге мне не понравилось и немного усложнило чтение. В романе мои ровесники говорят на непонятном мне сленге, это можно списать и на региональность, но на мой взгляд слишком было гипертрофировано, для многих эти диалоги будут совершенно непонятны, ни теперь, ни тем более много лет спустя. Зато мне понравились многие шутки, некоторые из низ очень политически смелые.Итог. Эта книга станет отличным историческим источником десятилетия спустя, к ней будут прибегать писатели для создания исторических романов и исследовательских проектов. Для этой книги нужна дистанция, к ней важно будет обратиться годы спустя и проанализировать что изменилось и в какую сторону. Не смотря на хорошо сделанных героев и прекрасное знание ситуации, язык не смог объединить это во что-то целое и цепляющее. Об книгу запинаешься, даже если головой и любишь, чувства этой любви сопротивляются.
Penelopa2
12 декабря 2020
оценил(а) на
5.0
Держава наша в целом прекрасна и могуча, Но у нас тут, рядом с домом, есть мусорная куча. И кучу почему-то никто не убирает. Лежит она и пахнет. Точней сказать, воняет! (Т.Шаов) Вот так случилось, что ехидная песня Тимура Шаова – это фактически изложенный в двух строках сюжет романа Шамиля Идиатуллина. Маленький городок Чупов в некой Саврасовской области стал областной свалкой. Ну, ачетакова, надо же куда-то свозить эти самые отходы? Надо. В Арктике мусорить нельзя, за Арктикой следят, там Гринпис начеку. А в Чупове – ну кто слышал про Чупов? А там люди живут. Ну… не повезло, значит. Притерпелись, принюхались, ионизаторы покупают, маски одевают, даже прикольненькие китайские закупают, чтобы жить было веселее. Начальство из Саврасовска приедет, поморщится, покачает головой, скажет сурово – «Надо что-то делать!» и уедет. Можно и из Чупова уехать, только кто квартиру в Чупове купит? Даже в хорошем доме, на бывшей улице Ленина. Воняет-то везде. И на фоне этой вони уже не трагедией, а мелкой неприятностью выглядит конфликт в семье Митрофановых. Муж разлюбил жену, какая банальность. А жена оказалась не готова, потому как ни сном ни духом и мужа даже любила и верила ему, а тут бах – и ушел. И надо учиться жить заново.А для полноты счастья бывший начальник города, растративший деньги, выделенные на строительство очистных сооружений, арестован и нужно выбирать нового. И новым мальчиком для битья кандидатом уговорили стать бывшего мужа Митрофанова, а бывшая жена Митрофанова возглавила пиар-штаб соперника Митрофанова. И я их понимаю: ну, не было бы кучи — Ну, разве б стала жизнь размеренней и лучше? Мы разве б стали ближе в достиженье идеала? Единственно, конечно, поменьше бы воняло. Так что в итоге имеем сложный винегрет из современных политтехнологий, взаимоотношений власти и народа, плюс чисто женская драма плюс… Плюс совсем не смешная смерть. Ибо выброс токсичных отходов в городской водопровод и смерть молодого парня – это уже не пиар и не пропаганда, а реальное деяние. Почти символичной выглядит фигура совсем уже бывшего градоначальника Саакянца, того самого, из-за которого сорвалось строительство первого мусороперерабатывающего завода, закончившего жизнь в буквальном смысле на свалке, пытаясь хотя бы к концу, хоть в малой степени возместить то зло, которое принесли городу его непродуманные действия…И читая этот роман понимаешь, что все это – и свалка, и смерти, и отравление окружающей среды – не халатность, не головотяпство, а вполне системная вещь, с которой бороться невозможно. Можно только надеяться. Или бежать, но и бегство может уже запоздать. Есть всякая мышиная возня, кого-то посадят, кого-то вознесут, кого-то свергнут, но по сути ничего изменить нельзя. Ну разве что как в песне:Но верю я, товарищ: у нас ещё всё будет, Мы тоже станем чище, мы тоже выйдем в люди! И станет мир единым, и светлым, и открытым, Красивым, справедливым, богатым, чистым, сытым. Век золотой настанет, мы отдохнём, страдальцы. И кучу уберут. Уже не мы — китайцы.
majj-s
23 августа 2019
оценил(а) на
5.0
У нас пополняемое месторождение мусора, этого не изменишь. Сопротивление бесполезно. Осталось разбегаться. Или превращать свалку в нормальный ресурс Он не из тех моих авторов, которые задевают легким касанием душевные струны, одновременно проникая под кожу, и вот уж готова идти крыской за волшебной флейтой, неважно, куда поведут. Есть такие, очень немного, но есть. Здесь по другому. Читала и люблю все его книги, но с каждой следующей повторяется странный алгоритм: начинаю с опаской, случится великое чудо слияния и поглощения или на этот раз мимо? Почему так, прежде ведь никогда не обманывалась? Могу предположить, что виновата лень - внешне обманчиво простая, проза Идиатуллина требует от читателя серьезной работы для попадания в резонанс, а работать, кто же любит? Нам привычно и удобно, чтобы книга льстила интеллекту, как рост Эллочки Щукиной льстил мужчинам: вровень, но чуть пониже. Чтобы можно было констатировать, двигаясь извивом писательской мысли и слегка опережая, что здесь автор хотел сказать то и то, а тут подводит вот к такому выводу.У Шамиля Идиатуллина текст плотный, насыщенный до кристаллизации с высокой иммерсивностью. С русского на понятный: смыслов не один, два, но много, они раскрываются веером при постоянном ускорении. Словно садишься в вагон пригородной электрички, готовишься наблюдать более-менее идиллический пейзаж (скорее менее, сказано же, что про свалку). И внезапно обнаруживаешь себя в летящем на сверхзвуковой скорости Блейне-моно, который решил за тебя, что будет показывать на панелях внутренних экранов. Отвернуться не получится. Сойти на ходу тоже нереально, уровень внезапного погружения очень глубокий. Это не проникновение под кожу, а затягивание в воронку, только что был снаружи, и уже внутри.Проза Идиатуллина сочетает эффект погружения с простым языком, которым объясняют очень сложные для понимания вещи. Большая часть беллетристики организована таким образом, чтобы любую мысль доносить дважды и трижды под разными соусами, особенно когда речь идет о материях, с которыми в повседневной жизни читатель не сталкивается. Привыкнув продвигаться в пространстве плотном, как кисель, в здешнем разреженном воздухе ощущаешь дезориентацию, от легкой до сильной. Тут все движется в темпе, никакая мысль не разжевывается, не адаптируется многократными повторами. Сказано раз и подразумевается, что ты понял, усвоил, что ты на одном уровне с рассказчиком. А он, как бы без самоуничижения – в общем, поумнее будет. Я неглупый и подготовленный читатель, но некоторые фрагменты перечитала дважды, без этого восприятием брался лишь общий фон, без деталей. Вот она, Лена из города Чупова, (никакая рифма не просится?), еще совсем чужая тебе тетка, несколько более импульсивная, чем ты готова воспринять. После смерти свекрови горюет о ней чуть не напоказ, словно задавшись целью продемонстрировать всем вокруг тонкость собственной нервной организации. Немудрено, что муж принимает ее слезы за показушничество, сам он скорбит о матери куда более сдержанно. Ты такой утрированной реакции тоже не понимаешь. Ой ли, а кто истерил, когда свекор два года назад попал в больницу с очень нехорошим диагнозом? На кого муж смотрел, как на дурочку? Так вот, эта самая Лена, жена муниципального чиновника средней руки. Жизнь прожили вместе, дочку вырастили, она теперь учится в губернском городе, а с мужем вялотекущий разлад. Всем он недоволен, все ему не так. Что? Свалка? А, ну да, тоже нехорошо. Запах еще этот. И недвижимость городская сильно подешевела. Но если окна плотно закрывать, то жить можно.Или уже нельзя? Понимание, что уже нельзя и ничего не будет хотя бы с прежней степенью терпимости, приходит столь же внезапно, сколь неотвратимо. А круги персонального ада, который разверзается перед оставленной любимым человеком женщиной, ты уже проходишь в ее шкуре. То самое внезапное и полное погружение, которое всегда отмечаю, говоря о книгах Идиатуллина. Вот подружки советуют завести себе кого-нибудь с сайта знакомств (хочу халву ем, хочу пряники). Вот одна из них говорит, что она еще не старая, и могла бы родить для себя ребенка, а то и двоих. «Обожаю рожать, - отвечает Лена, - так бы каждый день рожала бы и рожала». И ты смеешься дурным смехом. А вот она готовит, убирая порцию мужа в холодильник. День за днем, неделю, а потом звонит ему. «Выбрось, - отвечает, - Или съешь». И ты внутренне сжимаешься, как от пощечины.Это только линия Лены. И это только ее начало. А про свалку, про свалку-то где? Будет вам и белка, будет и свисток. Идиатуллин единственный в современной российской литературе мастер производственного романа, который здесь обретает остросоциальное звучание. И не говорите, что это мертворожденное дитя соцреализма. Мы работаем ту треть жизни, которую не спим и не строим, мать ее, любовь. Это работой, а не любовью, и даже не детьми мы оставляем след в мире. Посредством работы самоутверждаемся. Дети пойдут собственной дорогой, перекладывать на них свою карму нельзя. Единственное, что мы можем, постараться обеспечить им крышу или хотя бы стеночку, к которой можно прислониться. И об этом тоже будет в книге.Много о чем еще будет. Здесь избыток всего: смешного, грустного, трагичного, внезапных словесных игр, техногенной и социальной составляющих, социологических зарисовок эпохи развитого интернета, толковых размышлений об институте семьи этой же эпохи И глубочайшее погружение во внутренний мир женщины. Удивительный и прекрасный образ современной россиянки. Тоньше, точнее, сильнее в нынешней российской литературе нет. Сильная и умная книга.
Bianka
5 декабря 2020
оценил(а) на
5.0
Это такая "немотивашка". Все же представляют себе мотивационные книги? В них главное идти к цели, верить в нее и жизнь тебе наверняка поможет. Я и сама такое временами почитываю. Подзаряжает, но... в жизни чаще всего по другому. Жизнь наверняка покажет тебе фигу и сделает больно. И скорее всего не раз. И не только там, где ты пытаешься изменить/измениться, но и в других неожиданных местах. И даже достигнутая цель может в процессе достижения оказаться ненужной или неправильно поставленной. И придет осознание, что на самом деле все гораздо сложнее. Но... под лежачий камень вода не течет. Вот такое единство и борьба противоположностей. Мне кажется низкая оценка книги на Лайвлибе связана именно с этим. Цель не достигнута. Свалка не исчезла. Нужно работать. Долго и упорно. Чтобы что-нибудь получилось. А ведь так хочется, чтобы разоблачение коррумпированных чиновников и волна народного гнева смели эту свалку с лица земли. Ну или перенесли куда-нибудь подальше. В другую область... А решение проблемы нудное и упорное - сортировка, переработка. В общем то, что на кустарном уровне пытался делать бывший хозяин города, заканчивающий свою жизнь бомжом на свалке. Это не гламурно, но это единственный эффективный вариант. Которым заниматься не хочется никому...Отдельное спасибо автору за женский образ Лены. Он очень жизненный. Таких Лен, пожертвовавших своей карьерой ради семьи, много живет на свете. И то, что эта жертва редко ценится и легко переступается, тоже не открытие. Показать же, что это не конец и можно вновь вылупиться из куколки, редко удается автору-мужчине. В целом же автор не сюсюкает и не заигрывает с читателем. Именно поэтому книгу читать гораздо болезненнее, чем произведение о жестокости в далеких странах. Это правда о нас. Тяжелая и неуютная. Открывать ее для себя не хочется. Так что только для взрослых. А если будете ждать, пока вырастете и получите право слова и дела,-вы тупо не вырастете и сдохнете.
Kelderek
10 сентября 2019
оценил(а) на
2.0
Все знают – «нельзя объять необъятного».Когда пытаешься сделать это в тексте, получается…, правильно, свалка.«Бывшая Ленина» Шамиля Идиатуллина – книга, в которой текст и предмет повествования тождественны. Если описать книгу вкратце, перед нами помесь бульдога с носорогом – актуальная повестка плюс мелодрама от канала «Россия» с легкими вкраплениями young adult литературы.Здесь есть все: гражданский активизм, политические интриги, образ молодого поколения, эхо 90-х. Для забористости cледовало бы добавить зомби-фашистов, вампиров и инопланетян. Но тогда было совсем хорошо.Не хватает роману главного – правды (и художественной, и обычной). Будучи под впечатлением от недавно прочитанного опуса Кима Стэнли Робинсона, вспоминаешь и его. Там в Нью-Йорке 2140 года такая же возня, и ты ей также не веришь.Выход книжки Идиатуллина в серии «Актуальный роман» можно расценить двояко. Не то аналог «честных выборов», иносказание – актуальности нет и не будет, слово есть, явление отсутствует. Не то под актуальностью понимается соответствие не действительности, а чьему-то представлению об актуальном.Роман можно прочесть как завуалированную пропагандистскую литературу («жизнь такова, какова она есть»), а можно как сказку, но тоже с агитационным уклоном. Сказка про личную жизнь и про политическую, сказка про нашу современность. Выдумано, и уложено в прокрустово ложе очевидного символизм: раньше жили на улице Ленина, теперь на Преображенской, тогда был совхоз, ныне - свалка. Или вот еще тема: люди приходят и уходят, а квартира остается.Если вернуться к теме необъятного, то начинается она с действующих лиц. Персонажей в свой роман Идиатуллин нагнал целую отару, а как управится с ней, не знает. А ведь основная ставка на них (культ личности).У многих авторов теперь портретная вереница героев подменяет конфликт, лежащий обычно в основе сюжета. Как строится такой роман? Очень просто. Сперва про одного что-нибудь сказали, потом про другого, далее про третьего. А там и сказочке конец, а кто слушал – лох. Владимир Панкратов справедливо замечает в своей рецензии на книгу – «Бывшая Ленина» долго начинается, а потом – раз, и пора давать занавес. А как быть иначе? Героев представили, они поклонились – и все, пора-пора со сцены.Хотя совсем уж так бесстыдно Идиатуллин себя не ведет. Не в силах возиться со столькими персонажами, которых надо куда-то девать (нельзя же всех убить, чай не 90-е), он в итоге остается с одной фигурой – Леной.Зачем был нужен Тимофей? А Оксана Викторовна? Для демонстрации «штиля»?Ну, прошли бы вторым планом, и ладно.А Митрофанов?Он же основной? Как же так? Зачем его бросили? Что я сейчас прочел?Речевая характеристика персонажа присутствует первые страниц двести (потом надоело кренделя выписывать в диалогах). А где идеи? К чему стремится Митрофанов? «Мне за Россию помереть хочется»? Чушь. Он вообще за что? За монархию, анархию, или за свободный рынок по Адаму Смиту?То есть, каков набор идеалов? Какова идеология? А ее нет и в целом романе, одни причитания про «нашу землю». Но идеология – важна. Мы ведь без нее и докатились до жизни такой: жить одним днем, дальше своего огорода не глядеть, больше одной проблемы не видеть. А между тем идеология делает гробы отеческими, определяет с чего начинается родина, что строить – закусочную, школу, храм, завод или совхоз. Все перечисленное – какой-то путь, что-то позволяющее считать землю нашей.Опять же, понятно, что вопрос свалки – не единственный. И где они думы Митрофанова о других насущных проблемах? Каковы они? Или в Чупове только воздух испортили, а в остальном рай?Да, с героями надо что-то делать, раз решил играть от героев. Их должны подводить под статью, убивать, насиловать, они должны побеждать, вести за собой, строить и любить. Читатель ждет: когда же что-нибудь случится? Но тут пьют чай, водку и прочие жидкости да ведут умные разговоры, объясняя расстановку сил в стране. Не роман, а слет лекторов общества «Знание»: расскажут, как власть устроена, какие расклады, сколько лет гниет полиэтилен. Или иначе, никакой не слет, а ток-шоу «Вечер с Шамилем Идиатуллиным». Результат тот же, что и на ТВ. Описав всем очевидную ситуацию и дав ряд наставлений, программа заканчивается.Конфликта в романе нет, вернее, сказать, он иллюзорный. По логике должна быть схватка, но кого с кем? Непонятно. Вроде бы свалкой недовольны все. Но администрация и бизнес настолько хороши (в своем интервью Идиатуллин так и говорит – все хорошие люди), что не знают с какого конца взяться. Не жизнь, а сказка.Проблема мусора - это реально не решаемая тема. Решение вопроса требует, не воли, а денег. Но денег нет, и не будет, при любых раскладах. Так в реальности, но не у Идиатуллина, мыслящего в распространенном нынче формате « не проблема, возьмем в тумбочке»: отберем у бизнеса, отожмем у нищего населения на тарифах.Чупов – задница мира, судьба его никого не интересует. Ни самого автора, ни по большому счету, руководство. Но разве в таком прямо признаешься? В тексте нет, в интервью, пожалуйста: «Я писал о людях, а не о свалке». Но раз тебе свалка безразлична, выходит и на людей наплевать. Раз только о людях (у нас люди всегда отдельно от социума, гуманизм от общественных условий) писать собирался, то и исследовал бы распад семьи мелкопоместного чиновника Митрофанова, не претендуя на остросоциальность.Здесь возникает один из основных моментов, позволяющих упрекнуть роман в сказочности: в центр внимания выдвинута экологическая проблематика (нам назойливо пишут каждую страницу про невыносимую вонь). Но ведь черным по белому написано и другое – в Чупове закрыли градообразующее предприятие. Отсюда вопрос: где же добывают средства к существованию задыхающиеся от смрада чуповцы? Может быть, я ошибаюсь, но насущной проблемой, по логике для них должно быть «как бы пожрать?», а не «как дышать?». «Ничего, дышать можно», писал классик. В Чупове такая же история. Пока можно. А жрать, со жратвой-то как? Нет ответа.Между тем, это основной вопрос современности. Это и есть актуальность. Но Идиатуллин не то ее не видит, не то не хочет видеть.Пройдемся по другим сказочным мотивам.Власти что-то надо. Зачем?Ты проблему реши, но не сядь. Разве такое бывает?Предвыборная война в Пердяевке (Чупове) с населением в 70 тысяч человек?Не смешите. Кому нужна власть, которая властью не является? Борьба может идти только за место у корыта. Если же на горизонте маячит неизбежная посадка, то тут и вовсе придется назначать. Дураков нет. Разве только Оксаны Викторовны найдутся.Не вижу в романе криминала на горизонте. Дело нечистое, стало быть, и шакалы должны вокруг крутиться. Ну, да, конечно, усложняет конструкцию, отвлекает от главного.Молодежь в книге – не то с «Гарри Поттера», не то с «Васька Трубачева» писана. Глаза горят, до чего толковые, бойкие, аж страсть. И строить, и жить. Бред. Готов бы поверить надеждам автора, но откуда?У главной героини Лены шок: «свалит дочка Саша за границу – внуков не увижу, стакан воды не подадут». Во-первых, какой эгоизм, мысль только о себе. Дети подаватели стаканов. А у Каттнер Гэллегер-простофиля для этого роботов изобретал. Роди себе раба. Во вторых - двойное вранье. Потому что нетипично. «На кой бы они сдались эти внуки, короеды проклятые», - думает один сорт родителей. Другой, хороший, только рад будет, что детки за границу отчалят. «Мы не пожили, так они пускай поживут». Лучше туалеты с нигерийцами мыть, и посуду с ребятами с Ямайки, чем сидеть в Чупове с вузовским дипломом юриста и экономиста без работы.Более всего умиляет фигура бывшего строительного олигарха местного разлива, живущего на свалке и пережигающего мусор во искупление грехов. Тут только заплакать. Какой святой души человек! Страстотерпец. Прям «Матренин двор - 2».«Бывшая Ленина» представляет определенный интерес только с медицинской точки зрения. Книга ценна не сомнительной политологией, о которой пишет Михаил Визель, а проговариванием сытого бессознательного. Актуальность здесь проявляется случайно, а не осознанно.Правдоподобие на уровне «Мужики поют». Не книга, а пасторальная картинка провинции, пригрезившаяся из прекрасного московского далека, где столичному жителю чудятся какие-то группы в соцсетях, пикеты, митинги, разворот мусоровозов и прочая ахинея. Характерный тип мышления, когда главные вопросы (работа, ЖКХ, бесправие) игнорируются, а их заменяет выдуманная кем-то «повестка».Свалку автор бросил, как-то там само все сладилось. Семейный роман до конца не довел. Героев растерял по дороге.О чем книга?Да по существу ни о чем.Писано ради известной морали: «Возьмемся за руки друзья, чтоб не пропасть поодиночке», «давайте жить дружно», «это наша земля», «надо жить для других». Опиум для народа.За сладенькой убаюкивающей подкладкой «давайте негромко, давайте вполголоса» известное: «оторвите жопу от дивана» («всем городом надо свалку разбирать»), «не раскачивайте лодку» и т.д.Но это ж все мимо. И дивана нет, и лодки тоже.Если «все сами», то это усовершенствованный первобытнообщинный строй, модернизированное естественное состояние с барщиной и оброком.Кто-то думает, что это и есть современное государство. Что ж, для таких роман актуален. Книга с застойной мыслью, отрицающей всякую идеологию, кроме абстрактного единства. Беликовская литература. «Как бы чего не вышло». Беззубая, бесконфликтная, мямлящая, заискивающая, и нашим и вашим, позитивная. Мусорная сказка с хорошим концом. Ну да, для такой сейчас самое время.
С этой книгой читают Все
Обложка: М+Ж
4.2
М+Ж

Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак

Обложка: Не оглядывающийся никогда
4.2
Не оглядывающийся никогда

Татьяна Устинова

Бесплатно
Обложка: Одна в Америке
Одна в Америке

Юлия Панина

Бесплатно
Обложка: Созданные магией. Притяжение сирен
4.0
Созданные магией. Притяжение сирен

Елена Чикина

Бесплатно
Обложка: Девочка моя
Девочка моя

Маша Ловыгина

Бесплатно
Обложка: Тысячу лет назад
4.9
Тысячу лет назад

Елена Саулите

Бесплатно
Обложка: Манюня
4.8
Манюня

Наринэ Абгарян

Обложка: Лавр
4.2
Лавр

Евгений Водолазкин

Обложка: Пищеблок
4.1
Пищеблок

Алексей Иванов

Обложка: Парень для «Sекса»
Парень для «Sекса»

Елена Ровинская

Бесплатно
Обложка: Меч судьбы
Меч судьбы

Артур Губайдулин

Бесплатно
Обложка: Симон
4.7
Симон

Наринэ Абгарян

Обложка: Татьяна
3.0
Татьяна

Ирина Воробей