Маленькие трагедии
Обложка: Маленькие трагедии

Маленькие трагедии

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
4.3
1830 год
12+
Автор
Александр Пушкин
Серия
из архива Гостелерадиофонда
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Актерский коллектив
Издательство
ИДДК
О книге
Каменный гость Скупой рыцарь Моцарт и Сальери Александринский театр (Российский государственный академический театр драмы им. А. С. Пушкина)Запись 1962 г.Каменный гость Дон Гуан – Нодар Шашик; Донна Анна – Нина Мамаева; Лаура – Лидия Штыкан; Липорелло – Александр Борисов; Дон Карлос – Владимир Петров; Монах – Александр Киреев; Гости – Георгий Самойлов, Юрий Островский, Георгий Сорокин. Режиссёр-постановщик – Антонин Даусон.Скупой рыцарьСкупой – Николай Черкасов; Альберт – Николай Мартон.Моцарт и СальериСальери – Николай Симонов; Моцарт – Владимир Честноков.
ЖанрыОтзывы Livelib
boservas
12 ноября 2020
оценил(а) на
5.0
Это финальная рецензия на пушкинский сборник "драматических этюдов", как он сам их называл. Я не буду здесь разбирать сюжеты пьес и их главных героев, потому что уже делал это в отдельных рецензиях, посвященных каждой из частей. Последнюю из них я опубликовал сегодня.Найти их можно здесь: "Скупой рыцарь" "Моцарт и Сальери" "Каменный гость" "Пир во время чумы"Здесь я бы хотел обратить внимание на некоторые "архитектурные", как бы я их назвал, элементы сборника. Пьес - четыре, и для меня непонятен вопрос: что же они образуют - квадрат или крест. Они соединяются по внешнему контуру (квадрат) или по внутренним линиям (крест), или в их конструкции присутствуют оба принципа?Давайте вспомним: какие страсти человеческие подвергаются рассмотрению в каждой из пьес. В "Скупом рыцаре", само собой, речь идет о скупости, в "Моцарте и Сальере" - о зависти, в "Каменном госте" - о любовной страсти, в "Пире" - о гордыне, поскольку главный герой отвергает бога на пороге неизбежной смерти. Кажется, что каждое из этих проявлений самостоятельно, и никак с другими не связано, образуя таким образом, внешний контур.Но каждый из главных героев каждой пьесы предстает настоящим мыслителем, можно даже сказать, философом, поражающим своей интеллектуальной мощью, и в чем-то схожим с остальными. Эта схожесть, как мне кажется, в превозношении человека, даже если он порочен, и в попытке бросить вызов высшим силам. В какой-то степени каждый из них - богохульник, и это качество проявляется в главных героях по нарастающей, усиливаясь в Дон Гуане, и достигая апогея в последней части - в образе Председателя.Таким образом все части оказываются связанными друг с другом, как по ребрам, так и по диагоналям. Этой связанности способствует еще одно общее качество каждой из пьес. Не помню где мне попадалась мысль о том, что каждая из частей "Маленьких трагедий" является своего рода пятым актом некой большой пьесы, как будто четыре акта уже сыграны, их предысторию мы узнаем из речей героев, и перед нами разыгрывается последний, самый волнительный и трагичный, заключительный эпизод.Есть еще два аспекта, образующих в некотором роде пространственно-временной континуум. События этюдов происходят в четырех европейских странах: Германии, Австрии, Испании, Англии - перечисляю в порядке расположения сюжетов в сборнике. И здесь уже вырисовывается крест: сначала идет горизонитальная перекладина - две центрально-европейские немецкоговорящие страны, а затем вертикаль - с юга на север.С временной константой тоже вырисовывается крест. Так, первый сюжет переносит нас в средневековую Германию, предположительно XV век, прототипом Герцога считается Филипп Добрый, живший как раз тогда. По времени описываемых событий - это самый ранний сюжет. Далее - переносимся в XVIII век, в Вену времен Моцарта - это самый поздний сюжет. Снова у нас есть вертикаль. В "Каменном госте" XVI век, в "Пире" - XVII век, известен даже точный год описываемой чумы - 1666. Так возникает временная горизонталь.Вот такая интересная "архитектура" получается. Может быть, я навыдумывал лишнего, не судите меня строго, но мое внимание привлекли описанные выше особенности. В любом случае, они есть, другое дело, стоит ли им уделять внимание, хотел Пушкин этим что-то сказать, или так получилось случайно. Мне кажется, что у Александра Сергеевича случайностей не было, но никого не убеждаю.
ShiDa
29 июня 2020
оценил(а) на
5.0
О Пушкине бессмысленно что-то писать. Что, спрашивается, можно написать о нашем величайшем авторе, светиле творческой мысли, достоянии России, создателе русского языка в его привычной оболочке, главном поэте, «солнце» и «небе», «безбрежном океане» и «бесконечной Вселенной»? Да отрежут посягнувшему на него его гнусный язык… в смысле, его шаловливые руки. Тем более невозможно внятное написать на «Маленькие трагедии». Они прекрасны, замечательны, волшебны, значительны, красивы, великолепны, божественны, очаровательны, обворожительны… и что там еще? Пожалуй, уважаемый читатель сам сможет выбрать одно слово, лучше всего описывающее данное баловство Сергеевича (да простит он меня за амикошонство, все-таки он был наш человек, почти брат нам, и уж чего у него не было, так это неуместного снобизма). Любимое мною лично у него – это «Каменный гость». Вот нравится мне образ, простите, командора, его искренне жалко. Жалко и его жену, дону Анну. Не жалко только главного героя, того Жуана, типичного «лишнего человека», этакого Печорина своего времени, которому нечем заняться, вот он и вмешивается в чужие жизни, уничтожает, а потом становится жертвой своих же бессмысленных поступков. Потом – «Скупой рыцарь». Поэма не менее мрачная, но в ней, опять же, не жалко умирающего. К слову, я так и не смогла понять, где происходит дело. Может быть, Франция – главного героя зовут Альбер. Но отчего-то имя его слуги – Иван, и это как-то… сбивает с толку. В любом случае сопереживать хочется Альберу, Ивану, герцогу, но никак не упомянутому скупцу, который бессмысленно копит свое богатство, но не хочет, чтобы оно послужило ему или его сыну. Вообще в «Маленьких трагедиях» много о бессмысленных поступках. В «Моцарте и Сальери» последний совершает бессмысленное в своей жестокости преступление (и сейчас не имеет значения, что это вымысел). Пушкинский Сальери движим завистью и злобою, но убийство не может принести ему ни выгоды, ни облегчения. Все равно, что бы Сальери ни делал, Моцартом ему не стать. Нельзя преступлением отобрать у человека его талант. А апофеоз сей бессмысленности – это «Пир во время чумы». Поэма о бессмысленности переживаний из-за смерти. Пожалуй, это самый неоднозначный сюжет в «Маленьких трагедиях». Он – уже об искусстве принятия смерти, о фатализме настолько циничном, что он избавляет человека от страха и боли. Так поэмы составляют небольшое вечное целое. Каждая что-то говорит о смерти, о пустоте, хаотичности, бесконечности наших вопросов. Они замечательно дополняют друг друга, и читать их стоит одну за другой. Мрачный Пушкин все-таки самый яркий, самый смелый. И – самый человечный.
margo000
27 ноября 2011
оценил(а) на
5.0
Совершенно не представляю (и каждый раз восторженно поражаюсь): как можно так глубоко познать и так тонко передать психологию самых разных людей - да еще и уложить всё в особый ритм, рифмы, размер?!.С девятиклассниками акцент делали на "Моцарте и Сальери" (вместе читали полностью). После довольно долгих и интересных обсуждений и даже споров пришли к выводу, что "гений и злодейство" вполне могут быть "совместными", а точнее думалось вот о чем: можем ли мы с точки зрения среднестатистического человека объективно оценивать, а тем более препарировать и обсуждать/осуждать психику человека, который априори отличается от нас своей гениальностью и небожительством? Хотелось бы верить, что где начинается злодейство - заканчивается гениальность. Но...но... можем ли мы рубить с плеча, если в нашей жизни всё так не просто и так неоднозначно?Спасибо, друг Пушкин, что даешь нам бесконечное количество поводов для раздумий и дискуссий!
rezvaya_books
24 мая 2019
оценил(а) на
5.0
С самого раннего детства в нашей домашней библиотеке я помню небольшое издание "Маленьких трагедий" А. Пушкина, но только теперь я добралась до них! Прочитала я эти небольшие пьесы с удовольствием и легкостью. Сюжет каждой из трагедий увлекателен, в них отразились и автобиографические моменты, и увлечения и интересы Пушкина, его размышления о различных явлениях человеческого бытия и характера."Борис Годунов" - эта трагедия была написана под впечатлением "Истории государства Российского" Н. Карамзина, к которому и относится посвящение в начале. В основе одна из исторический версий об убийстве царевича Дмитрия Борисом Годуновым. А также свержение Годунова Лжедмитрием, которым (также по одной из версий, доныне не подтвержденных) был Григорий Отрепьев - бежавший из монастыря монах и выдавший себя за выжившего царевича Дмитрия. Когда я приступила к чтению трагедии, я невольно вспомнила Шекспира - так похож стиль. Эта пьеса проявила уже зрелого Пушкина, который во время работы над ней сам отмечал: "Я чувствую, что дух мой созрел окончательно. Я могу творить"."Скупой рыцарь" - интересно, что существуют несколько версий происхождения сюжета этой пьесы. Одна из них - автобиографическая, согласно которой замысел пьесы возник у Пушкина вследствие напряженных отношений с отцом, который никогда не был щедр со своим первенцем. Но многие исследователи также склоняются к версии, что эта трагедия - дань литературной традиции, в которой тема скупости и жадности всегда была одной из вечных тем. "Там царь Кащей над златом чахнет..." - эта трагедия о том, как из-за жажды накопительства и жадности не человек владеет деньгами, а они повелевают им."Моцарт и Сальери" - один из известнейших пушкинских сюжетов о том, как соперник и завистник Моцарта Антонио Сальери отравил гениального музыканта, будучи не в силах мириться с его превосходством. На самом деле эта история - абсолютный миф, до сих пор принимаемый многими за правду. Забавно (но не для Сальери, конечно), что этот миф распространился по многим странам именно из-за пьесы Пушкина. Хотя, насколько могут утверждать исследователи, Пушкин сам подхватил этот слух из каких-то немецких газет. В общем, история запутанная и не имеющая под собой никаких реальных оснований. И только ( представьте себе!) в 1997 году непричастность Сальери была официально признана судом. Возможно, что Пушкин неспроста взялся за такую тему - будучи признанным гением еще при жизни, разве не доводилось ему сталкиваться с завистниками и недоброжелателями? Вот только эти завистники вряд ли знали, какой кропотливый и постоянный умственный труд скрывался за каждым произведением Пушкина. Сама по себе пьеса очень короткая, но дает массу размышлений на тему не только зависти, но и разницы между гениальностью и мастерства, достигнутого упорным трудом."Каменный гость" - именно у Пушкина известнейший Дон Жуан (Гуан у Пушкина) становится героем трагедии, а не комедии, как это было привычно ранее. И трагедия его заключается в том, что по-настоящему полюбив, развратник и обольститель обречен на гибель. Хотя еще можно и посомневаться, насколько искренни были чувства Дона Гуана к несчастной вдове донне Анне. Трагичная история, но доля иронии в ней есть. Да и стиль пьесы больше напоминает легкий и юморной водевиль. Уж чего-чего, а жалости к судьбе Дона Гуана я точно не испытала."Пир во время чумы" - для меня было неожиданно узнать, что эта маленькая пьеса - перевод фрагмента шотландской пьесы Джона Вильсона. Как и большинство "Маленьких трагедий", эта была написана также в Болдино, где Пушкин проводил уединенную осень. В это же время в России свирепствовала эпидемия холеры, и Пушкин из-за выставленных карантинов не мог приехать из Болдино в Москву к своей невесте - Наталье Гончаровой. Скорее всего, именно это и стало причиной появления этого произведения. Хоть это всего лишь отрывок из другой пьесы, у Пушкина он смотрится очень цельно и закончено, поднимая проблему такого разного отношения людей при угрозе смерти. А сама фраза "пир во время чумы" давно стала крылатой.
blackeyed
11 марта 2015
оценил(а) на
5.0
"Маленькие трагедии" маленькие лишь по объёму. По глубине и широте эмоций, по драматическому накалу это трагедии большие.Между этими трагедиями и жизнью-творчеством Пушкина можно провести параллели. Все четыре драмы ("Каменный гость", "Скупой рыцарь", "Моцарт и Сальери", "Пир во время чумы") объединяет темы смерти, "виденье гробовое". Барон, Дон Гуан и Моцарт умирают, а Вальсингаму это предстоит вскоре. Пушкин писал эти драмы в 1830-м году за одну осень, в карантине, в изоляции, в преддверии женитьбы, и их написание знаменует собой смерть прежней жизни поэта. Он подходит к важным жизненным переменам, и, как Вальсингам, пребывает "в задумчивости", то бишь, размышлениях о дальнейшей жизни, каковые размышления и вылились в написанные им драмы. Кроме того, смерть это, по Пушкину, следствие сильной страсти, желания: Барона губит страсть к деньгам, Дон Гуана - к женщинам, Сальери - к славе, а Вальсингама, как ни странно, чрезмерная страсть к жизни.В отрыве от биографии Пушкина, все четыре трагедии тоже многое объединяет между собой. Ну, хотя бы, имитация добрых чувств. Герои оправдывают свои пороки благими намерениями, подгребают под них высокую мотивировку. Сальери травит Моцарта, конечно, из зависти, но под личиной облагодетельствования искусства, чтобы, дескать, исправить оплошность провиденья, наказать "праздного гуляку". Дон Гуан выдаёт свою похоть за высокую любовь. Барон скупость объясняет тем, что скопленные богатства позволяют ему чувствовать власть и мощь.Столь много смыслов вложено в столь маленький текст каждой из трагедий (кстати, поэтому и был избран белый стих, чтобы донести скорее смысл, нежели чувство), что изучать их можно до скончания веков. Безо всякой установки на анализ возьмём же ещё раз книгу в руки и снова насладимся бессмертным сукиным сыном!
С этой книгой слушают Все
Обложка: Евгений Онегин
Евгений Онегин

Александр Пушкин

4.3
Обложка: Сказки
Сказки

Александр Пушкин

4.3
Обложка: Капитанская дочка
Капитанская дочка

Александр Пушкин

4.5
Обложка: Озорная классика для взрослых
3.5
Озорная классика для взрослых

Иван Барков, Михаил Лермонтов, Александр Пушкин

Обложка: Евгений Онегин
Евгений Онегин

Александр Пушкин

4.3
Обложка: Дубровский
Дубровский

Александр Пушкин

4.1
Обложка: Сказки Пушкина
4.4
Сказки Пушкина

Александр Пушкин

Обложка: Сказки Пушкина
Сказки Пушкина

Александр Пушкин

4.5