Пошехонская старина
Обложка: Пошехонская старина

Пошехонская старина

Фрагмент
Всю книгу слушайте в приложении:
Описание
4.5
1889 год
12+
Автор
Михаил Салтыков-Щедрин
Другой формат
Электронная книга
Исполнитель
Алексей Казаков
Издательство
МедиаКнига
О книге
"Пошехонская старина"– последнее произведение великого русского писателя М.Е.Салтыкова-Щедрина – представляет собой грандиозное историческое полотно целой эпохи. По словам самого Салтыкова, его задачей было восстановление «характеристических черт» жизни помещичьей усадьбы эпохи крепостного права.
ЖанрыОтзывы Livelib
serovad
22 июля 2013
оценил(а) на
5.0
ОХ! ВОТ ЭТО ВЕЩЬ!!!Решившись восстановить картину прошлого, еще столь недалекого, но уже с каждым днем более и более утопающего в пучине забвения, я взялся за перо не с тем, чтобы полемизировать, а с тем, чтобы свидетельствовать истину. Да и нет никакой цели подрывать то, что уже само, в силу общего исторического закона, подорвано. Всё было проклято в этой среде; все ходило ощупью в мраке безнадежности и отчаянья, который окутывал ее. Одни были развращены до мозга костей, другие придавлены до потери человеческого образа. Только бессознательность и помогала жить в таком чаду. Кто поверит, что было время, когда вся эта смесь алчности, лжи, произвола и бессмысленной жестокости, с одной стороны, и придавленности, доведенной до поругания человеческого образа, - с другой, называлась... жизнью?! Вообще "Пошехонская старина" относится к разряду таких книг, которые можно изодрать на цитаты, а потом эти цитаты сложить во единую композицию, и никаких рецензий после этого писать не надо. Но хотя я и извлек пару десятков цитат, все же черкну несколько строк. Должен сказать, в очередной раз убедился на своем гнусном опыте, что филологическое образование - это не повод считать себя знатоком литературы, в том числе и отечественной. Поднимаю список литературы, обязательной к прочтение, за третий курс, когда изучали соответствующий период. Салтыкова-Щедрина там много, но "Пошехонской старины" нет. И вписана одна дважды моей рукой (что значит - прочитать "для себя"), и вычеркнута столько же. А почему? Да потому что я, не зная с какого рожна, думал, что это слишком тяжелое, очень мрачное произведение, обличающее, позорящее и ниспровергающее свою эпоху. Да, обличающее. Да ниспровергающее. Но, как в том неприличном анекдоте, "да, ужас, но никак не ужас-ужас". Спасибо моей знакомой, которая убедила меня в том, что это надо прочитать, и теперь я говорю - это лучшее из всего того, что прочитано мной в этом году. А рабам нет закона; в беззаконии они родились, в беззаконии и умереть должны, и если по временам пытаются окольным путем войти в заповедную область, осеняемую законом, то господа не находят достаточной казни, которая могла бы искупить дерзновенное посягательство. Когда я писал отзыв на "Губернские очерки", я отметил такое качество Салтыкова-Щедрина, как излишняя подробность. Глубоко, слишком глубоко копал Михал Евграфыч, слишком подробно мусолил любой предмет своего описания, и из-за этого "Очерки" (да и в других произведениях есть тот же грех) получились затянутыми. "Пошехонская старина" тоже затянута. Но, как ни странно, затянута интересно, и при обилии словес и описания не хочется перепрыгнуть через несколько страниц или переключиться на следующий трек аудиокниги. А хочется дослушать до конца, чтобы знать во всех подробностях как они там жили. ...разве история не была многократно свидетельницей мрачных и жестоких эпох, когда общество, гонимое паникой, перестает верить в освежающую силу знания и ищет спасения в невежестве? Когда мысль человеческая осуждается на бездействие, а действительное знание заменяется массою бесполезностей, которые отдают жизнь в жертву неосмысленности; когда идеалы меркнут, а на верования и убеждения налагается безусловный запрет?.. Где ручательство, что подобные эпохи не могут повториться и впредь? Простота слога, ярая гуманистическая убежденность в правдивости того, что сам говорит, ну и, конечно, мастерство писателя - вот и все, что сделало этот роман шедевром. Как хотите, а я считаю его именно шедевром, поскольку замах на фундаментальность вполне удался. В отличие от "Губернских очерков", где тоже широкий пласт, где тоже куча образов и личностей, а под конец устаешь. А в "старине" даже немного жалеешь, что этот том наконец перелистан-прослушан. И если пушкинского "Евгения Онегина" называют энциклопедией русской жизни, я берусь утверждать, что "Пошехонская старина" ничуть не меньшая, а может быть даже и бОльшая энциклопедия. Ну где вы найдете такое подробное описание жизни и быта провинциального дворянства и крестьянства? Да еще в самый пестрых разрисовках? Разные типажи дворян, от откровенных самодуров до прогрессивных либералов (в способностях, которых, впрочем, как мне показалось, сам Салтыков-Щедрин сомневается), вся сермяжная правда, произвол и раболепие, нищета народа и отдельные редкие примеры крестьянского благополучия. Нет более лучшего способа показать, что все плохо, чем дать плохое в сравнении с хорошим. Как раз потому и морщишься, когда читаешь о нормальных дворянах, которые не пили всю кровь из своих людей, и были в целом справедливыми людьми. Это только подчеркивает черноту того времени. Ах, если бы кто знал в то время, что вопрос "Где ручательство, что подобные эпохи не могут повториться и впредь?" окажется риторически-прозорливым?Несмотря на кровавые изобличения кампании 1853 - 1855 гг., которая представляла собой лишь великий пролог к великой драме освобождения, - ничто не предупредило тупо-самодовольный люд, никогда не умевший постигнуть внутренний смысл развертывающихся перед его глазами событий. Ну и отдельный респект Михал Евграфычу за то, как передал дух настроения дворянского класса при отмене крепостного права. Ах, волнения! Ах разорение! Ах, мужикам говорят "вы"! А ведь самосознание народа стало просыпаться именно тогда!
Uchilka
2 февраля 2021
оценил(а) на
5.0
Вы тоже любите, когда чтение книги превращается в посещение художественной галереи, вроде питерского Эрмитажа или парижского Лувра? Когда можно несколько дней в деталях рассматривать прекрасные картины и наслаждаться техникой исполнения? Тогда "Пошехонская старина" вас не разочарует, даже более того - принесёт массу ярких впечатлений, как от сюжета, от его посыла, так и от стиля написания. Салтыков-Щедрин разворачивает перед читателем панораму некоего Пошехонья, условную область царской России, на которой подробно выписывает быт различных помещичьих домов, со всеми их обитателями, включая крепостных крестьян. Это будет целая вереница семей мелких и средних помещиков. Уже в самом конце книги рассказчик говорит: Нечего греха таить, не честолюбивый, смирный народ был, ни ввысь, ни вширь, ни по сторонам не заглядывался. Рылся около себя, как крот, причины причин не доискивался, ничем, что происходило за деревенской околицей, не интересовался и ежели жилось тепло да сытно, то был доволен собой, и своим жребием.Вот это "тепло да сытно" было самой заветной целью пошехонских помещиков. И тут я возвращаюсь к началу. Старт книге даёт описание поместья Малиновец. В нём проживало семейство Затрапезных, ему-то и принадлежит рассказчик всей этой истории - Никанор Затрапезный. Он вспоминает своё детство, как проходили дни и чем занимались в поместье. Не последнее место отведено матушке рассказчика, Анне Павловне Затрапезной. Эта удивительная и ловкая особа, по происхождению из купеческой среды, выйдя замуж за помещика и быстро подмяв его под себя, за несколько лет многократно приумножила хозяйство. То, что составляет предмет гордости Анны Павловны и зависти ей соседей, было добыто огромными жертвами. Причём, страдали не только крепостные (а они ой как страдали!), но и помещичья семья. В погоне за состоянием, Анна Павловна держала весь дом на голодном пайке. Утром чай и кусок хлеба. В обед еда, оставшаяся от предыдущих дней, то есть кислая и тухлая, причём даже её выдавали по чуть-чуть. На ужин та же история. Про то, чем кормили крестьян, больно даже вспоминать. И ладно бы Малиновец был небольшим или хилым хозяйством, где еды банально не хватало. Нет, всего было вдоволь. Но хозяйка считала так: Состояния-то и всё так составляются, - проповедует Анна Павловна, - тут копеечку сбережёшь, в другом месте урвёшь - смотришь, и гривенничек!Кроме того, в доме царила философия под название "алчность будущего". Всё лето шла бесперебойная пора заготовок, на которую сгоняли всех дворовых крестьян: собирали, солили, варили, квасили, сушили. Погреба ломились от еды, которая никогда не попадала на столы, разве что в дни посещения гостей, что случалось крайне редко, учитывая неприветливость Анны Павловны. Жёсткая экономия наблюдалась абсолютно во всём. Доходило до того, что отец семейства соскабливал с полученных писем сургуч, чтобы вновь им воспользоваться и не платить за него. Ещё один примечательный и поднимающий волосы дыбом случай, который, впрочем, к экономии имеет не столь прямое отношение, описан в истории с висельником. Это же надо было догадаться перевесить самоубийцу со своей берёзы на соседскую! А всё лишь бы избежать лишних хлопот и трат. Примечательным было и воспитание отпрысков в этой семье, да и вообще отношение к детям. В Малиновце вовсю расцвела система любимчиков и постылых (не только с детьми, кстати). Первым выдавался чуть лучший кусок за столом, на их будущее откладывались средства, их ласково гладили по головке; вторым же ловить было совершенно нечего, для них главной оставалась цель - избегать гнева родительницы, дабы не усложнять ситуацию. А гнев её, надо заметить, был страшен и ничто не могло уберечь от него. Кроме того, система воспитания сводилась к простому: Потому что я мать: что хочу, то над детьми и делаю! Отношение к крепостным в том же ключе. Только если детей всё же берегли, то рабов своих ничуть не жалели и для них всегда было наготове суровое наказание. Сама Анна Павловна, конечно, не считала себя жестокосердной, но её стараниями была загублена не одна душа. Надо заметить, что иногда помещица сомневалась в правомерности наказаний, но в конечном счёте всегда находила приемлемое решение. Потому что уж в своём доме она полноправная хозяйка и престиж ронять ей ни к лицу. И даже если формально наказать не за что, выход находился. - И я, признаться, этих тихонь недолюбливаю, - обыкновенно отзывался на эти сетования отец, - тихи-тихи, а что у них на уме - не угадаешь. Строже с них спрашивать надо! - Как же спрашивать, коли у него всё в порядке, привязаться не к чему! - Ну, ты найдёшь. Была бы спина, а то будет вина! что говорить об этом!...Надо же, приступая к отзыву, я решительно не знала, с чего начать и что сказать (как бывает всегда, когда книга очень понравилась), а теперь вот никак не могу заставить себя остановиться - столько впечатлений в голове. А ведь Малиновец - это лишь часть повести! Будет ещё выезд семейства Затрапезных в Москву с целью устроить брак старшей дочери Анны Павловны. Очень примечательная поездка, которая знакомит нас с помещичьей жизнью в столице. Это не только балы и выезды, не только описания домов и привычек, но и целая система ритуалов поимки женихов и дальнейшего сватовства. Затем рассказчик возвращается в Пошехонье, где знакомит нас с поместьями своих многочисленных родственников, в каждом из которых складывалась совершенно отличная друг от друга картина быта. Своих крепостных, будь их шесть или шестьсот, везде использовали, как вещи, но сам уклад жизни везде установился свой собственный. И только в одном доме крепостные были довольны своей участью (в тех условиях, разумеется). Затем повествование переходит на соседние семейства, и мы снова видим дома как побогаче, так и попроще, чем Малиновец, в которых помещики всегда умудрялись добиться своих "тепло и сыто".Ладно-ладно, беру себя в руки и заканчиваю. Великолепная книга! Знаете почему не добавила последние ползвезды? Не поверите. Потому что для меня повесть слишком быстро закончилась. Хотелось поездить по усадьбам читать ещё и ещё, но автор уже подвёл итог.
vwvw2008
2 июня 2021
оценил(а) на
5.0
Добротная классика русской литературы. Очень приятный стиль, хорошо написано. Особенно понравилось тонкое чувство юмора, местами сильнейшая сатира и сарказм, что добавило особенности в отображении и описании пороков общества того времени. Кроме того, порадовала стилистика текста, в особенности - употребление некоторых глаголов, которые в шутку используются до сих пор в анекдотах или в повседневной жизни (например, объегорить, и много других), но, наверное не всякий знает, что это достаточно литературные слова. Для меня лично - это открытие.Что удивительно - написано 150 лет назад, но при чтении отмечаешь, что много мелких черт, присущих менталитету русской души, актуальны и сегодня, и наверное, будут также популярны и в будущих столетиях.Я думаю, что иностранцам, интересующимся и желающим лучше понять менталитет русских, полезно было бы ознакомиться с такого рода хрониками и повествованиями, которые охватывают широкий пласт времени, плюс отображают мелкие детали не только традиций и обычаев глубинки России и помещичьей жизни, но и прекрасно передают тонкости и так назыввемые струны души.Хотела остановиться еще на одном моменте, который не дает покоя - описание жестокостей помещиков по отношению к крепосным и дворовым. Эти моменты в книге написаны в достаточно легкой и немного ироничной форме, но все же остаются чудовищными для нынешнего восприятия. Особенно отложился в памяти момент наказания девочки, которая была прикована к столбу в жестокую жару, без глотка воды, укрытая насекомыми. Рядом сидел помещик и мило беседовал с кем-то, не обращая внимания на муки ребенка. Наказана - значит пусть терпит. Как оказалось, наказание исходило от его жены, которая давным-давно забыла, что наказала девочку.На этой невеселой ноте закончу свой рассказ. Еще раз подчеркну - книга отличная. Рекомендую тем, кто еще не прочел.
DelanocheConcurring
9 мая 2021
оценил(а) на
5.0
Я с большой опаской подходила к чтению этой книги. Очень давно не читала русскую классику и боялась, что может не понравится, а тут и еще и большой объем. Но зря! Книга очень понравилась! Я даже не ожидала, что настолько. Это получилось масштабное полотно целой эпохи и автор раскрыл тему на мой взгляд великолепно. Это не история жизни одного героя Никанора Затрапезного, это история целой эпохи, раскрывающая быт, традиции, жизнь и проблемы целых 2 слоев общества - дворянства и мещанства и крепостных крестьян. И написано это не скучно и не нудно, а очень увлекательно. Роман представляет собой рассказ об одной помещичьей семье Затрапезных, но на этом не останавливается, автор рассказывает и трагические истории других семейств и не одного. Причем что удивительно, несмотря на то, что книга довольно тяжелая морально, очень много в ней несправедливостей, унижений, тяжелых судеб, но она в то же время и очень ироничная. У меня на протяжении прочтения не раз появлялась улыбка на лице. Некоторые моменты были очень смешными. В общем у автора отличная ирония, нечего сказать. И это делало книгу не такой тяжелой. Понравилось, что автор не только показал как бесправны были крестьяне, как они жили тяжко трудясь на хозяев всю жизнь, как хозяева относились к ним как к собственности и не видели в них людей, но и показал немного другую сторону через помещиков и дворян, которые вполне неплохо относились к крепостным. Даже у матушки Никанора, при всем ее жестком характере, была пара человек из крестьян, к которым она относилась хорошо и очень переживала за их смерть. Но, тем не менее, вся эта закостенелость крепостного строя конечно ужасает! И то, что крестьяне с этим мирились и принимала как само собой разумеещееся тоже. Причем это закостенело настолько, что даже когда пошли разговоры об отмене крепостного права, мало кто вообще в это верил, а потом еще долгое время не мог принять этого. Тяжелая, но в тоже время очень интересная книга! Очень мне понравилось как пишет автор, обязательно как-нибудь перечитаю ее и познакомлюсь и с другими его произведениями. Очень рекомендую!
Kseniya_Ustinova
6 ноября 2016
оценил(а) на
5.0
Я начала влюбляться еще с первых страниц, ибо прекрасный язык и тонкое вскрытие русского менталитета. Бывает, вроде бы все понимаешь, а своими словами сказать не можешь, а потом читаешь где-то и все так разумно, все так по полочкам разложено, сразу же в голове несобранная мысль обрела четкие очертания. Вот тут так, 127 лет прошло, а люди все те же, особенно старшие поколения. А «хамкам» и совсем ничего не давали (я помню, как матушка беспокоилась во время сбора ягод, что вот-вот подлянки ее объедят); разве уж когда, что называется, ягод обору нет, но и тут непременно дождутся, что она, от долговременного стояния на погребе, начнет плесневеть. Эта масса лакомства привлекала в комнаты такие несметные полчища мух, что они положительно отравляли существование. Для чего требовалась такая масса заготовок – этого я никогда не мог понять. Можно назвать это явление особым термином: «алчностью будущего». Вообще проще привести здесь весь текст книги целиком)) С трудом заставила себя удалить два последующих абзаца. На мой взгляд книга заканчивается непростительно рано! Я требую продолжение, мы ведь едва коснулись студенчества главного героя! А ведь так хотелось пройти путь до конца..."Пошехонская старина" в первую очередь несет историческое значение, здесь не просто "машина времени", это настоящее бытоописание во всех подробностях и разновидностях, пусть преподнесенное с иронией (отчего читать - не оторваться), но при этом так живо и натурально, будто сама в тех местах находилась. А чего далеко ходить? В деревнях, да на окраинах страны, местами вполне себе еще Пошехонка. Как не возьмусь за классику, везде повествуется о студентах да дворянах, о романах, да смирениях, но полной картины все равно не видела. А что же крестьяне? Как они ведут быт, почему отдают оброк и как этот весь помещичий бизнес ведется? Словами не описать как. Так страшно и жутко им тогда жилось, что не удивительно отчего тему всегда обходили стороной. В каком рабстве и голоде они существовали, как терпели побои и работу от пробуждения до сновидений. И все впроголодь. Вообще тема еды, как центрального требования человеческого естества весьма болезненно переносилась в те времена. В наш век глобализации мы так привыкли к изобилию и распределению, что совсем забыли, что времена собирательства и охоты закончились совсем на днях! В помещичьем угодье питались только тем, что сами вырастили, да на зиму заготовили, а когда у тебя пятнадцать детей и три тысячи душ, душа за еду болит ежечасно. В муках жили, и рабы и хозяева, все о еде да безделье страдали, да куда детей сбыть, что каждый год как грибы прут. Некая обыкновенность и вечная актуальность истории глубоко задела мои личные переживания и даже подарила некое смирение перед животворящими сейчас проблемами. А отмена крепостного права? Это для меня сегодня 1861 год просто цифра, просто дата, которую я когда то сдавала в школе на истории, а для них? Для людей? Какой шок был у дворян? Как долго они брели в стадии отрицания, а из-за слабого средства сообщения новость доходила так долго, что уверовать в нее не было никакой возможности. Что чувствовали рабы, потомки многих столетий рабства, узнав о свободе? У всех опускались руки. Такое сильное, эмоциональное, живое и невероятно ценное произведение! Я безумно влюбленна в Салтыкова-Щедрина.
С этой книгой слушают Все
Обложка: Господа Головлевы
Господа Головлевы

Михаил Салтыков-Щедрин

4.3
Обложка: Господа Головлевы
4.3
Господа Головлевы

Михаил Салтыков-Щедрин

Обложка: История одного города
История одного города

Михаил Салтыков-Щедрин

3.5
Обложка: История одного города
История одного города

Михаил Салтыков-Щедрин

3.5
Обложка: Лучшие сказки русских писателей
Лучшие сказки русских писателей

Сергей Аксаков, Всеволод Гаршин, Владимир Даль, Пётр Ершов, Василий Жуковский, Михаил Лермонтов, Николай Лесков, Дмитрий Мамин-Сибиряк, Михаил Михайлов, Николай Некрасов, Владимир Одоевский, Антоний Погорельский, Александр Пушкин, Михаил Салтыков-Щедрин, Лев Толстой, Константин Ушинский

3.5
Обложка: Современная идиллия
Современная идиллия

Михаил Салтыков-Щедрин

3.7
Обложка: Господа Головлевы
Господа Головлевы

Михаил Салтыков-Щедрин

4.3
Обложка: Все сказки
Все сказки

Михаил Салтыков-Щедрин

3.0
Обложка: Сказки
Сказки

Михаил Салтыков-Щедрин

3.0
Обложка: Сказки
Сказки

Михаил Салтыков-Щедрин

Обложка: История одного города
История одного города

Михаил Салтыков-Щедрин

3.5
Обложка: История одного города
3.5
История одного города

Михаил Салтыков-Щедрин

Обложка: Пасхальные истории
4.0
Пасхальные истории

Леонид Андреев, Николай Колосов, Владимир Короленко, Александр Куприн, Евгений Поселянин, Михаил Салтыков-Щедрин, Саша Чёрный, Антон Чехов, Борис Ширяев

Обложка: Лучшие сказки русских писателей
Лучшие сказки русских писателей

Сергей Аксаков, Всеволод Гаршин, Владимир Даль, Пётр Ершов, Василий Жуковский, Михаил Лермонтов, Николай Лесков, Дмитрий Мамин-Сибиряк, Михаил Михайлов, Николай Некрасов, Владимир Одоевский, Антоний Погорельский, Александр Пушкин, Михаил Салтыков-Щедрин, Лев Толстой, Константин Ушинский

3.5
Обложка: Премудрый пискарь (сборник)
3.7
Премудрый пискарь (сборник)

Михаил Салтыков-Щедрин