«Пена дней» и другие истории Обложка: «Пена дней» и другие истории

«Пена дней» и другие истории

Скачайте приложение:
Описание
2.0
2260 стр.
16+
Автор
Борис Виан
Серия
Иностранная литература. Большие книги
Издательство
Азбука-Аттикус
О книге
Борис Виан писал прозу и стихи, работал журналистом, писал сценарии и снимался в кино (полтора десятка фильмов, к слову сказать), пел и сочинял песни (всего их около четырех сотен). Редкий случай, когда интеллектуальная проза оказывается еще и смешной, но именно таково главное произведение Бориса Виана «Пена дней». Увлекательный, фантасмагорический, феерический роман-загадка и сегодня печатается во всем мире миллионными тиражами. Не случайно Ф. Бегбедер поставил его в первую десятку своего мирового литературного хит-парада. В настоящее издание также вошли романы «Осень в Пекине», «Сердцедёр», «Красная трава», сборник рассказов «Мурашки» и два произведения, написанные Вианом под псевдонимом Вернон Салливан: «У всех мертвых одинаковая кожа» и «Я приду плюнуть на ваши могилы».
ЖанрыИнформация
Переводчик
Коллектив переводчиков
ISBN
978-5-389-16963-0
Отзывы Livelib
Empty
10 октября 2011
оценил(а) на
5.0
А у Синдея были дома, но не все, А у Синдея была белка в колесе, И тапером экзотический тапир, И жирафом был кассир, И приглашал всех нас в синематограф... И Синдей собирал серебро, Благо за ночь его намело, И на улице было светло от того серебра. Детворе на ура, и Синдею добро в закрома. <...> Но остался он без серебра, Без кола и без двора, И сказал: значит, время мое еще не пришло. Но пришли доктора и сказали: пора...                                          Веня Д'ркин     Признаюсь, читая чужие рецензии, поленился глянуть, что ж за один этот Виан. И решил, что это очередной современный русский постмодернист. Поэтому, когда девочка из "Книгомании " после моего вопроса потащила меня к отделу "Классической литературы" и достала с полки книжицу с тангующей (вальс -- вальсирующая, танго -- тангующая, да!) парой на обложке, я малёх удивился. Когда же, полистав, узнал, что автор -- француз и писал это в 1946, энтузиазма ещё поубавилось. Ну, купил -- читаю.    Книга начинается знакомством с молодым ловеласом, праздно существующем на нетрудовые доходы заколоченные предками сотни инфляков (туземные тугрики). Сладкая жизнь, вечеринки, девочки, личный повар с замашками Вудхаузовского Дживса, стильные интерьеры, богемные развлечения, дорогая одежда. Сюрреализм проявляется в угрях, которых повар ловит в водопроводных трубах, людях с голубиными головами, диких рецептах, умных мышах и удвоенном Солнце. Первая мысль -- герой видит все сквозь призму помутившегося разума, типа как Вождь у Кизи. Но окружающие видят все так же, и ни чему не удивляются, значит... А что это значит? Хм, почитаем-увидим.    Юмор автора по началу сводится к беззлобным шуточкам, построенным на игре слов и стебе над стереотипами -- например, когда один гомосексуалист обвиняет другого в извращенных вкусах за то, что тому нравятся женщины. Пример игры с фразеологизмами -- рецепт приготовления колбасуся (суси из колбасы, да?)"    Возьмите живого колбасуся и спустите с него семь шкур, невзирая на его крики. Все семь шкур аккуратно припрячьте. Затем возьмите лапки омара, нарежьте их, потушите струёй из брандспойта в подогретом масле и нашпигуйте ими тушку колбасуся. Сложите все это на лёд в жаровню и быстро поставьте на медленный огонь, предварительно обложив колбасуся матом и припущенным рисом, нарезанным ломтиком <...> Смажьте форму жиром, чтобы не заржавела, и уберите в кухонный шкаф"     Забавно, но не более. Чуть веселее становится читать, когда дело во всей этой сентиментальной истории доходит до свадьбы. Пьяномарь и Священок, джаз-бенд в церкви, оформленной в психоделических тонах, аттракцион "пещера страха" в той же церкви -- все это задает игриво-мажорный дух, чем-то неуловимо напоминающий о "Bohemian Rapsody" в исполнении "Queen". Да, о музыке. Нею книга пропитана (фу, какой банальный оборот. Может, лучше "прозвучена"?) целиком и полностью. Тут и множественные упоминания отдельных композиций, и бульвар Луи Армстронга, и улица Джимми Нуна, и разговоры персонажей о блюзе и бугги. Прогрессивным для своего времени дядькой был Виан!    Отгремела свадьба, свадебное путешествие, аллегорические виды промышленного производства из окна дорогого лимо, идиллия придорожного отеля...    Дорога была что надо, с наведенным фотогеничными бликами муаром, с совершенно цилиндрическими деревьями по обеим сторонам, со свежей травой, солнцем, с коровами на полях, трухлявыми загородками, цветущими шпалерами, яблоками на яблонях и маленькими кучами опавших листьев, со снегом там и сям, чтобы разнообразить пейзаж, с пальмами, мимозами и кедрами в саду отеля <...> С одной стороны дороги был ветер, с другой не было. Выбирали ту, которая нравилась. Тень давало лишь каждое второе дерево, и только в одной из двух канав водились лягушки.     Но в этом моменте что-то ёкнуло внутри. Казалось бы, чем плохо?    Солнце подпекало упавшие в траву яблоки, и из них, прямо на глазах проклёвывались новорожденные зелененькие яблоньки, которые тут же зацветали и начинали плодоносить крохотными наливными яблочками. Яблоньки третьего поколения выглядели уже розрво-зеленым мхом и из них то и дело сыпались на землю красные яблочки-бусинки..     Мирная уютная картина, но в ушах почему-то зазвучала депрессивно-тягучая мелодия "Shine On You Crazy Diamond" старых пердунов добрых "Pink Floyd". И всплыла в памяти мультипликация из "Стены" (кто видел -- поймёт о чем я)    С этого момента... Что-то пошло не так. Незаметно добренький юморок Виана переростает в гротеск, упоминаемые композиции всё депрессивнее, шуточные аллегории в описаниях забав на катке незаметно подменяются мозгодробильными индустриальными зарисовками     Над головой у него по большим трубам, выкрашенным в серое и красное, с храпом пробегали жидкости <...> Внизу перед каждой приземистой машиной бился человек,сражаясь, чтобы не быть искромсанным жадными зубчатыми колесами. У каждого на правой ноге было закреплено тяжелое металлическое кольцо. Его отмыкали дважды в день: в середине дня и вечером.      Зрелище это было хорошо знакомо Шику. Он работал на краю одного из цехов и должен был следить, чтобы машины оставались на ходу: он давал указания рабочим, как вновь запустить их, когда они останавливались, урвав у трудяг очередной кусок мяса.     Дружелюбный, чудаковатый сюрреалистический мир внезапно показывает свою обратную сторону: враждебную, чуждую "возвышенным" героям. Почему "возвышенным" в кавычках? А хотя бы потому, что за их напускным эстетизмом, манерами, тягой к контр-культуре кроется абсолютная пустота. Столкнувшись с проблемами -- болезнью, бедностью и социальным неравенством -- три влюблённые пары не делают никаких попыток порвать цепь неудач, изменить наклон плоскости, по которой они катятся. Вместо того, чтобы повернуть против течения, или хотя бы пытаться грести, оставаясь на месте, они как-то дружно отдаются на поталу волнам, и взмахи их рук нацелены только на то, чтобы огибать крупные валуны, часто разбросанные по течению бурной реки времени. На мелкие камешки внимание уже не обращается. Болезненное настроение героев незамедлительно отражается на окружающих их предметах, душевный упадок необъяснимо переносится на запущенность жилья, удары судьбы старят героев -- в паспорте Николя меняется на более раннюю дата рождения... Игра слов а-ля Станислав Лем переходит в игру смыслов и уж тут явно пахнет Кафкой.     Финал... Финал -- во истину шекспировский. Всё, достаточно спойлеров.     Что есть в этой книге? Быт и мировоззрение послевоенной неформальной молодёжи, экстаз, в который её приводит экзистенциализм Сартра и дух нового времени, несбыточность надежд и вечная любовь, разочарование и крах духовности перед материализмом. Трогательная, вопиюще трогательная (ой, чет меня на высокопарность понесло!) история.    Это -- первая книга, которой я ставлю пять из пяти. Придраться не к чему. Блестяще, учитывая, что писалась она всего два (!) месяца и удачный (сравнивал с Ляпицким) перевод Лунгиной не в полной мере передаёт все тонкие полумёки Виана. Да, кстати, вот уж чего не понял -- так это зачем было переводить имя доктора Magestylo (дословно "скушай-ручку") как Д'Эрьмо. Наверное, единственный минус.     Спасибо, Yrimono за, как всегда, дельный совет, Виана обязательно буду читать и рекомендовать всем.
margo000
19 октября 2011
оценил(а) на
4.0
О!!!! Мой мозг взорван!!!! Что это? Как это? Скажите, КАК должна работать голова автора (или что там участвует в создании художественных произведений), чтобы придумать такие образы, такую атмосферу, такие повороты сюжета, такой финал???!!!Мои впечатления противоречивы и примерно таковы: Я не знала, что мне делать при чтении романа - думать-размышлять? слепо восхищаться? хохотать? рыдать??? Сколько игры слов, сколько скрытых и прямых намеков, аллюзий, параллелей!... Сколько оригинальности! И при этом сколько нашей с вами жизни!...Мне было любопытно. С первых строк. Вот прям с первых его "Отложив гребень, Колен вооружился щипчиками для ногтей и косо подстриг края своих матовых век, чтобы придать взгляду таинственность. Ему часто приходилось это делать -- веки быстро отрастали." - я аж подпрыгнула от неожиданности, да так и не оторвалась от книги.Ну а дальше... А дальше я сделаю то, чего никогда на этом сайте не делала: я просто дам ссылку на чУдную рецензию - лучше об этой книге я сказать не смогу.СПАСИБО ОГРОМНОЕ, ДОРОГАЯ Lillyt , ЗА ТАКОЙ ЯРКИЙ СОВЕТ ВО ФЛЭШМОБЕ!
Morra
28 октября 2013
оценил(а) на
4.0
Когда в первом же абзаце главный герой подрезает веки, хочется ущипнуть себя и перечитать предложение сначала. Когда дальше на тебя начинают сыпаться разумные мыши, парные солнца и шейкерояли (о, я бы себе такой заимела!), привыкаешь и принимаешь правила игры Виана (а иначе к книгам вообще нет смысла приближаться), а потом и вовсе осознаёшь, что твои веки не надо ни подрезать, ни поднимать, как у Гоголевского Вия, потому что - ну вот же она, реальность, пусть и перекорёженная под дивным углом. Виан - злой волшебник. Сначала он обрушивает на вас мир, в котором всё прекрасно, утончённо и изящно, краски сочные, настроение преотличное, денег тьма, времяпрепровождение шумное и весёлое, а расстройства возможны только от того, что тебе не в кого влюбиться. Такой золотой век, мир вечной молодости и вечного счастья с поправкой на некоторую чертовщинку. И создаётся ощущение, что главные герои так и будут все двести-с-чем-то страниц легко и беззаботно порхать по жизни. От этого немного передёргивает, потому что, когда отвлекаешься от красивостей, которые тебя окружают со всех сторон, почему-то оказывается, что "король-то голый!". Весёлые ребята - не более чем прожигатели жизни, а прекрасные девушки - безмозглые создания, едва поддерживающие диалоги. Но на каждую стрекозу найдётся своя зима, да и свадьбы в сказках случаются ближе к концу, а не к середине. И вот начинает нарастать напряжение и беспокойство. "Люди не меняются. Меняются только вещи" (с). Декорации всё те же - безумные, абсурдные, сюрреалистичные. Но сквозь добрый пейзаж Яцека Йерки проступает мрачняк Дали. Помните череп, сложенный из прекрасных женских тел? Вот оно же, только в тексте. Ироничная улыбка превращается в оскал и рассыпается в пепел на последних страницах. Занавес. Дни прошли, пена осталась.
AbooksB
28 марта 2019
оценил(а) на
5.0
Угорь, поселившийся в водопроводе и питающийся ананасной зубной пастой, прохожие, прячущие свои подбородки от ветра в птичьи клетки, серая мышка с черными усиками, живущая с людьми и понимающая их язык, - всё это абсурд, а вот абсурд, который выдаётся за обыденность - это мастерство! Любители сюрреализма, любители тонкого чтива, где за событиями и словами – множество исторических отсылок, перед нами Борис Виан и его «Пена дней». Удивительно, но эта блестящая книга была написана Вианом всего за пару месяцев. Сюрреалистичное пространство романа делится на два мира: мир счастья, и мир трагедии, в центре этих двух миров, как неудивительно, - простая человеческая история любви. Да, за всем этим абсурдистским убранством ее сперва просто не замечаешь. Сюжет крутится вокруг двух, нет, трех молодых пар. Опять же, - вокруг трех историй любви, одна из которых – главная. Богатый молодой человек по имени Колен влюбляется в юную красавицу Хлою, и всё идёт хорошо до тех пор, пока она не заболевает редкой болезнью, в её легком прорастает лилия, вытравить которую можно лишь другими цветами. С этого момента Колен все свои деньги тратит на то, чтобы вылечить возлюбленную, и в скором времени разоряется. Другая пара – Шик и Ализа – их зеркальная противоположность. Шик увлечён новомодным философом, и все свои средства тратит на приобретение его новых книг в ущерб отношениям. Тут Борис Виан высмеивает повальное увлечение молодежи того времени - экзистенциализм, в частности труды Жан Поля Сартра. В книге так же много отсылок к музыке, которой увлекался автор, - блюзу и джазу, к личности Дюка Эллингтона. Стоит отметить, Борис Виан был прекрасным архитекторам. Видимо потому его роман замысловато «обставлен». Дом главного героя полон грандиозных архитектурных находок. Чего стоит одна кровать, располагающаяся на высокой балюстраде почти под потолком (кстати, эту задумку Виан впоследствии воплотил в жизнь). Дом трансформируется в зависимости от настроения своего хозяина: сужается, расширяется, меняет стройматериалы. Любопытно, что материальная сторона жизни (деньги) в романе показана весьма натуралистично, пусть и в абсурдистской манере. Вопросы заработка и трудоустройства стоят очень остро. С первых же страниц книги меня стала посещать навязчивая мысль: интересно было бы на всё этто посмотреть. Каково же было моё удивление, когда я узнала, что по «Пене дней» в 2013 году был снят фильм. Картина выдержана в тех же тонах, что и роман: половина яркая, счастливая, половина – в тусклом миноре. В фильме присутствует достаточно большое количество придуманных сюрреалистичных моментов, что хорошо вписывается в ткань повествования, однако все-таки додуманных режиссерами. На пьяноктель в действии (изобретение главного героя (пианино, что делает коктейли из джаза, который на нем играют) было приятно взглянуть. В общем, на мой взгляд, фильм удался. Он идентичен книге. Однако рекомендовать его к просмотру я не стану, так как без сознания дела, - это просто набор странных кадров. А книгу… Если только вы любите сюрреализм. Я люблю! Подробнее смотрите выпуск -
kittymara
8 сентября 2019
оценил(а) на
4.0
В принципе, тогдашний ажиотаж вокруг книг виана вполне понятен. Это сейчас, во что только не плюют. Тогда же он был конкретный такой новатор по плевкам во всякое святое и глумлению над разным пресвятым. Глаза только больно грустные у чувака, так что немного сомневаешься в его эпатажах. Впрочем, начало "пены" у меня с вианом как-то не срослось. Во-первых, все эти метания юных и не очень особей, желающих "не хочу учиться, или там работать, или еще чего, а хочу жениться", лично мне как-то не в жилу, то есть в целом не особо интересны. Во-вторых, все эти шутки и гэги с подковыркой тоже прошли мимо кассы. Оно, может быть, и смешно, и оригинально, и я вроде не сказать, чтобы не в теме, но не срезонировало. В-третьих, собственно, сам разгул авторской фантазии и мозговых завихрений настолько напомнили мне саму себя, что даже стало как-то странно, к тому же, я не особо люблю смотреться в зеркало во время чтения. Ибо, чего я там не видела. Однако, есть подозрение, что его чернуха зайдет мне больше. Даже если снова случится отзеркаливание. В общем, книга как бы про людей, но все вверх тормашками, и никакого уважения к прописным истинам и властям. Но тем не менее власть показывает зубы. И кругом царит капитализм. И царство абсурда. И легкий идиотизм. И издеваются над сартром и кулинарией. И неистово льется кровь. А за кадром кто-то даже работает на производстве. Но ежели на кармане имеются инфляки, то есть франки, то можно жить и не тужить. Однако даже в таком прекрасном мире никак нельзя обойтись без трудностей, созданных своими руками. Вот и колен никак не хочет удовлетвориться наличием классного повара на дому. Подавай ему влюбиться. Ну, и сказано - сделано. А молодая жена возьми и заболей сразу после медового променада. И вот с этого момента я стала читать даже с удовольствием. Потому что появился какой-никакой смысл в нагромождении многочисленного абсурда. И был прекрасен цветок, воцарившийся в легких новобрачной и душащий ее изнутри. И я изо всех прониклась самоотверженностью повара николя, который остался верен колену и в радости, и в горе, и даже старел вместе с разрушением его личного счастья. Домашняя мышка тоже была молодца. Они вообще стали моим фаворитами. Короче, дайте мне драму, и дело пойдет на лад. Кончилось все отлично, то есть все умерли, умерли все. Но было как-то не особо грустно, потому что вместе с приближением траурных кортежей, разрушался сам мир - все это царство целлулоидных улыбок и безнаказанного кровопролития. С аналогом сартра тоже расправились, орудуя сердцедером и попутно разрушив полгорода. И есть какая-то сермяжная правда в такой нечеловеческой жестокости. Ибо нечего всяких сартров ставить выше любящего женского сердца. Нда. Еще два момента в книге выглядели для меня неким предвидением. Собственно, зловредный цветок в легких героини. А сейчас ваяют мангу и прочее азиатское добро, где герои, страдая от неразделенной любви, плюются цветами. Болезнь смертельная, если не полюбят в ответ, и заразная. Привет виану, однако. И еще раз цветок, который вырастает на ружьях, которые вылеживает теплом своего тела колен, чтобы заработать деньги на лечение любимой. Ничего не напоминает? Да-да, те самые антивоенные демонстрации 60-х гг. прошлого века. Еще раз привет, борису. И вот, если бы не унылое, целлулоидное начало "пены", то все было бы совсем хорошо.
С этой книгой читают Все
Обложка: Собиратель реликвий
4.2
Собиратель реликвий

Кристофер Бакли

Обложка: Клара и Солнце
4.1
Клара и Солнце

Кадзуо Исигуро

Обложка: Ярмарка тщеславия
4.6
Ярмарка тщеславия

Уильям Теккерей

Бесплатно
Обложка: Погоня
4.8
Погоня

Джеймс Оливер Кервуд

Бесплатно
Обложка: Дьяволиада
4.8
Дьяволиада

Михаил Булгаков

Бесплатно
Обложка: Мартин Иден
4.7
Мартин Иден

Джек Лондон

Бесплатно
Обложка: Яма
4.8
Яма

Александр Куприн

Бесплатно
Обложка: Казан
4.6
Казан

Джеймс Оливер Кервуд

Бесплатно
Обложка: Баллада Рэдингской тюрьмы
4.6
Баллада Рэдингской тюрьмы

Оскар Уайльд

Бесплатно
Обложка: Эта свинья Морен
4.5
Эта свинья Морен

Ги де Мопассан

Бесплатно
Обложка: Аэропорт
4.5
Аэропорт

Артур Хейли

Обложка: Золотая петля
4.5
Золотая петля

Джеймс Оливер Кервуд

Бесплатно
Обложка: Мы
4.4
Мы

Евгений Замятин

Бесплатно