Живые и взрослые Обложка: Живые и взрослые

Живые и взрослые

Скачайте приложение:
Описание
3.8
1641 стр.
2018 год
16+
Автор
Сергей Кузнецов
Издательство
Издательство "Livebook/Гаятри"
О книге
Трилогия «Живые и взрослые» – захватывающая и динамичная смесь триллера, хоррора, фэнтези и подросткового романа. Граница удерживает хрупкое равновесие между миром живых и миром мертвых. Так было не всегда: живые жили вместе с мертвыми, пока большая, кровопролитная война их не разделила. По обе стороны процветают шпионаж и настороженное недоверие. Ника, Гоша, Лёва и Марина были уверены: мертвые – жестоки и опасны, а Граница – великое благо, созданное великим народом, но очевидцы вспоминают совсем другое. Так кто прав и как быть, если вдруг встретишь мертвеца?
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-907056-07-7
Отзывы Livelib
satanakoga
13 июня 2013
оценил(а) на
5.0
Очень порадовал и в очередной раз удивил Кузнецов, а за русскую современную литературу я снова не волнуюсь. Продержится пока. Отличная книга - живая, динамичная, забавная и грустная. Не без капли морализаторства, но определённо без фирменного авторского надрыва и излишних тяжеловесных словоплетений. Фандопущение: есть мир живых и мир мёртвых, обе стороны связывают настороженное сотрудничество, полулегальная торговля и память о кровопролитной войне. В мире мёртвых нет времени, но зато вещи всегда лучше, качественней, а технологии продвинутей. Мёртвое - оно плохое. Да, оно лучше, удобней, но оно плохое, растлевающее умы и сердца, его нельзя. Говорят, это всё потому, что когда-то живые были рабами у мёртвых и все достижения науки мёртвые присвоили себе. Но люди вообще всегда много говорят. К примеру, говорят, что это подростковая книга, но позвольте, что же подросток выловит для себя в этой раковине смыслов и намёков? Бодренький зомбоупыриный триллер про детей, которые пошли против системы во имя дружбы и любви? Да, главные герои - тринадцатилетние, и конфликты, их раздирающие, тоже пока не слишком взрослые, но. Но! Что поймёт в саркастических намёках Кузнецова подросток, которого никогда не стыдили перед всем классом за мёртвые джинсы? Которого не водили умываться в туалет прямо на уроке физики, потому что физичке привиделись накрашенные ресницы? У нас вот стыдили, и водили, а одной девочке даже голову вымыли, хотя хна так просто не отмывается. Я очень помню, как я и ещё один мальчик Рома стояли посреди класса и слушали обличительную речь о "какие они насквозь турецкие в этих джинсах!", хотя лично у меня джинсы были югославские, и "посмотрите на Анечку, разве это не красота?" А воплощённая красота тем временем покачивала головой в белых бантах и стыдливо комкала кружевной передничек. Октябрятские звёздочки мы ещё носили, но и за их отсутствие уже не так строго ругали, как годом-двумя раньше. Да, это были уже слабые отголоски, эхо. Но они были, и я налету хватаю ехидно извивающуюся аллюзию Кузнецова и улыбаюсь - ай да Кузнецов, ай да молодец. Будут и приключения, и первая любовь, а потом сразу вторая, ну знаете же, как оно бывает в тринадцать, кто не забыл?, и настоящие битвы с нечистью, и с совестью придётся договариваться, и на жертвы пойти, и попытаться решить для себя, нужны ли вообще эти глобальные изменения, если из-за них многие хорошие люди могут погибнуть. И можно ли остаться хорошим, если ты умер и оказался на той стороне, получив шанс на другую, куда более благополучную жизнь. Безвременную, но всё же.
ortiga
30 января 2019
оценил(а) на
3.0
Все живые станут мёртвыми, а вот мёртвые живыми - никогда.Задумка у книги очень даже многообещающая. Есть мир живых, где всё отдаёт советской ностальгией, а вещи и продукты надо "доставать". И есть мир мёртвых – супер-пупер технологии, комфорт. Иметь «мёртвую» вещь, будучи живым – очень круто. Между мирами - граница. А раньше всё было не так. Мёртвые спокойно навещали своих родственников, в любой момент, когда захотят. И было право мёртвых на своё имущество, право живых на знания мёртвых, и свобода перемещения между двумя мирами.А теперь – хрупкое перемирие после жуткой войны, которую вспоминают до сих пор.Герои – мальчишки и девчонки, одноклассники. Не в силах устоять перед любопытством, а потом и желая помочь другу, они попадают в историю, из которой будет сложно выбраться живым.Задумка, как я сказала, интересная, а вот исполнение подкачало. Объём книги мог бы быть и поменьше. Я сдулась уже к середине. Подростки, если и начнут читать, устанут ещё раньше, наверное.Интермедии – для чего они? Ну я понимаю, что из них мы по крупице черпаем информацию о мироустройстве, которую автор упорно не даёт, рассыпав объяснения по тексту тут и там, и то полной картины после прочтения не остаётся. И то – интермедия интермедии рознь. Отсылка к двоюродному брату одного из героев, мальчику-актёру, практически бесполезна.В финале какой-то трэш, кровища и кишки в разные стороны. Как после такого детям снова идти в школу как ни в чём ни бывало – ума не приложу))И это… Превед, медвед)
yuliapa
11 июня 2014
оценил(а) на
5.0
Два мира - два Шапиро.В эпоху зрелого застоя был у советских журналистов такой немудреный прием: взять двух похожих человек, скажем, инженеров, в Москве и в Нью-Йорке, и красочно описать их существование. При этом московский инженер обитал в просторной квартире с улучшенной планировкой, покупал продукты в красивом гастрономе и вдохновенно изобретал какие-то чудесные агрегаты в коллективе с прекрасными коллегами. Американский же труженик жил в старом доме, копил на самое необходимое и трудился, не покладая рук, на жадного хозяина. Вот такую же наглядную и нехитрую схему использовал в своей книге Сергей Кузнецов, да только повернул ее так хитро, как не догадался бы никакой советский журналюга. В мирах Сергея Кузнецова один Шапиро был бы живой, а другой - мертвый. А между ними - Граница, очень похожая на Железный Занавес, и такая же, как он, непроницаемая для простых людей и проходимая для людей специальных; скажем, дипломатов или спекулянтов.Эта красивая схема мне понравилась больше всего во всей книге. Да, там еще много разного: поиски привидений, красочные битвы с нечистой силой, первая любовь, предательство и дружба. Но это все, конечно же, для главного читателя-подростка, а для меня - красота и выверенность схемы двух миров. Правда, еще очень грело душу описание мира живых, так трогательно похожего на Советский Союз конца 70-х-начала 80-х годов. Родной запах школы и строгий взгляд учителя, выискивающего в твоем внешнем виде неполагающиеся детали! Явление одноклассницы в белых джинсах! Поиски врагов и шпионов в дружных советских рядах! (ох, простите, в дружных рядах живых граждан). Как это знакомо, и как это, к сожалению, актуально опять.В итоге я решила при возможности советовать эту книгу всем знакомым-подросткам. Толковое чтение, и очень даже поучительное. Той хорошей "крапивинской" поучительностью, которую подростки вполне могут переварить, а не оттолкнуть ;-)А мне, читателю взрослому, остались напоследок две довольно грустные мысли:1. Очень нравится почему-то людям делиться на наших и не наших, на чернокожих и светлокожих, на узкоглазых и большеглазых, на худых и толстых, на бородатых и бритых. Наверное, это в природе человека такое: окружить себя границей и чувствовать в безопасности среди своих? (Да только какая тут безопасность, если за забором обязательно будут не свои?)2. По какому бы признаку не делился бы мир, никогда не удастся разделить человечество на хороших и плохих. Возьму даже в кавычки, для усиления абстрактности этих слов. В каждой половине обязательно будут свои "плохие", которые еще и в правительство залезут и будут сбивать с панталыку простой народ. И в каждой половине обязательно будут свои "хорошие", которые будут наполнять мир светом и не давать ему превратиться совсем уж в безобразное состояние. И поэтому ни одна половина не сможет побороть другую и мир обречен на двуполярное существование. Конец морали.Ах нет, хочется все-таки закончить на позитиве :) Благодаря этому 13-14-летним ребятам из каждого поколения будет, что менять и к чему стремиться.
majj-s
25 апреля 2019
оценил(а) на
4.0
Мы живем в прекрасном мире, сынок. В прекрасном, справедливом мире. Где каждый может найти себе дело по душе: ученые занимаются наукой, учителя учат, Министерство Приграничных Территорий ловит шпионов.Когда мы говорим о "Живых и взрослых" Кузнецова, следует учитывать, что это трилогия. Есть одноименный первый роман, есть второй "Живые и взрослые: по ту сторону" и должен быть третий, которого пока нет, но именно его задача логически завершить историю. Я прочла первую часть и не уверена, что хочу вторую. по крайней мере до тех пор, пока не появится третья. Не потому, что плохо. Плохо Кузнецов не умеет, он феерически талантлив. Но оттого, что в процессе чтения чувство, что автор работает вполсилы, с таким "читатель ждет уж рифмы "розы"? На вот, возьми ее скорей" - это ощущение крепнет и разрастается.С тобой словно играют, как нерадивая нянька с ребенком: вот тебе пупс, вот машинка, до кучи еще и мультики включу. А метать перед тобой сапфиры, алмазы и прочий душевный бисер - много чести будет. Не то, чтобы мне непременно хотелось вырванного из груди сердца, которым писатель иллюминирует дорогу до табачного ларька, но определенная читательская подготовленность и представление о возможностях автора позволяют упрекнуть его в намеренном снижении уровня подачи.И это при том, что великолепный трендсеттер Кузнецов уловил грядущую актуальность темы детей-мертвецов (детей&мертвецов, как вариант) уже в 2011, когда даже Веркин своего "Через сто лет" не написал, а до "Пищеблока" Иванова было как до Луны пешком. Не то, чтобы он был первым, эта тема в современной русской литературе вышла из масодовского "Мрака твоих глаз", написанного десятилетием раньше, но в том виде, какой у Масодова, ее не то, что детям - просто приличной публике невозможно показать. Потенциал богатейший и, сказать по чести, ни Веркин, ни Иванов не справились с темой вполовину так хорошо. как это получилось у Кузнецова: зомби Веркина действуют в мире, реалии которого так и остаются до конца неясными; вампиры Иванова помещены в советскую действительность начала восьмидесятых, но ощущаются именно как искусственный привой, который так и не прижился в книге. Не то у Кузнецова, в альтернативный мир, в котором люди после смерти не умирают насовсем, но получают иную форму бытия, можно погружаться долго. находя ответы на возникающие по ходу экспедиции вопросы: бывают ли мертвые добрыми или только злые?; почему мертвые вещи лучше живых?; кто такие зомби и фульчии?; как в прежние времена живые и мертвые жили безо всяких границ? Вопросов хватает, но ответ почти на каждый найдешь в книге. а на какие не найдешь, того, стало быть, и не надо тебе знать.При том, что четверка героев и во множестве окружающие ее взрослые не производят впечатления картонных или целлулоидных, вполне себе узнаваемые типажи. Ну вот оно и сказано, слово, которое объясняет, почему интересная книга талантливого автора не вызывает желания продолжить знакомства. Узнаваемые обаятельные персонажи, в которых автор вдохнул подобие жизни, и зажег высокой миссией, и даже поставил обеими ногами на землю тщательно проработанной реальности, но не дал четвертой стихии - не влил толику крови сердца. Оно за тем нужно, не для того, чтобы из груди рвать. Не потому отказал в живой крови, что не было у него или не умел, а просто махнул рукой - этим и так сойдет. И потому дурацкий зомби-вампир Веркина с его дурацким велосипедом, живее живых детей Кузнецова.Мне скажут: что за буквализм, это философская фантастика вообще, с чертами социальной. Мы и они! Человеческие отношения и мир чистогана! Духовное и материальное! Имманентность и трансцендентность! Время, существующее для того, что живо и остановленное для мертвого! Дуализм! Хорошо, если вам воля видеть в книге все эти вещи, пусть так. Хотя сдается мне, Сергей Юрьевич просто водит вас за нос, посмеиваясь, он на это большой мастер.
lustdevildoll
1 апреля 2019
оценил(а) на
4.0
Честно говоря, не очень понятно, для какой аудитории автор писал свою книгу. Идеалистические пионеры конца семидесятых давно превратились в умудренных опытом циничных взрослых, знающих, что в мире почем, современные же дети иного мира, кроме капиталистического не знали. Да, он очень здорово вывел несовершенства обеих систем, их лицемерие, продажность и алчность, но герои вышли картонными и лубочными. Мир Живых - аллюзия на СССР времен застоя. Граница между живыми и мертвыми на замке, но большим шиком считаются мертвые вещи - одежда, техника, жвачка, кино, музыка. Технологии живых, увы, не дотягивают до высоких стандартов, но официальная идеология гласит, что погоня за красивыми мертвыми вещами бездуховна и вообще фу. Есть, причем, идеологи идейные (у которых денег не хватает на модные шмотки, вот и зелен виноград), а есть те, кто на словах патриот, а на деле все совсем иначе. К таким относятся сотрудники местного МИДА, который называется МПДЗ (Министерство по делам Заграничья) - у одной из героинь, Марины, там работает дядя. Сначала я не понимала, что нужно от живых мертвым, но об этом автор начал подробно говорить только в третьей книге (нужны таки сильные эмоции, которых у мертвых нет, но они ими питаются - боль, ужас, страдание, горе), а до этого шло такое себе тру-советское повествование, перемежаемое сценами трэш-боевичков про зомби и столь нелюбимого мною "умные дети раз за разом мочат крутого взрослого спеца, потому что они добро, а он - зло". А еще там есть молодежные субкультуры, к которым взрослые относятся с подозрением, но в третьей книге пытаются как-то с ними заигрывать, даже фестиваль устраивают для них и торжественной делегации заграничных мертвых гостей. Даже готы свои есть - называются смертники, носят черную с серебром одежду и гордо заявляют, что мертвые не оживут, зато всякому живому суждено стать мертвым, а поэтому привыкать надо начинать уже сейчас и вообще memento mori. Правда, с девочкой-смертницей автор выворачивает так, что, посмотрев на настоящую смерть, она тут же перекрашивается в блондинку и начинает носить джинсы.Самым сильным моментом показался монолог матери Гоши из первой книги про открытый мир без границ, где мертвые заменили зеленые скверы мертвыми парковками с мертвыми машинами, а вместо домов построили офисы, где живые должны зарабатывать мертвые деньги, чтоб купить мертвые вещи, а матери боятся выпускать детей на улицу, чтобы их там ненароком не съели. Прочиталось не без интереса, но я, видимо, не целевая аудитория, поэтому 4-.
С этой книгой читают Все
Обложка: Фаняша. Обратная сторона Любви
Обложка: Иди и возвращайся
4.0
Иди и возвращайся

Евгения Овчинникова

Обложка: Ведьмины штучки
Ведьмины штучки

Тиана Каракада́

Обложка: Горькое логово
5.0
Горькое логово

Ольга Апреликова

Обложка: Дьяволиада
4.8
Дьяволиада

Михаил Булгаков

Бесплатно
Обложка: Трудно быть богом
4.3
Трудно быть богом

Аркадий и Борис Стругацкие

Бесплатно
Обложка: Безумие
4.6
Безумие

Александр Куприн

Бесплатно
Обложка: Дьявол и темная вода
3.8
Дьявол и темная вода

Стюарт Тёртон

Обложка: 1984
4.7
1984

Джордж Оруэлл

Обложка: Противостояние
4.8
Противостояние

Стивен Кинг

Обложка: Мастер и Маргарита (Иллюстрированное издание)
Обложка: Пищеблок
4.1
Пищеблок

Алексей Иванов

Обложка: Через преступление к мечте
Через преступление к мечте

Макар Дримчуков

Бесплатно
Обложка: Мы
4.4
Мы

Евгений Замятин

Бесплатно
Обложка: Овальный портрет
3.9
Овальный портрет

Эдгар Аллан По

Бесплатно