Бетонный остров Обложка: Бетонный остров

Бетонный остров

Скачайте приложение:
Описание
3.5
289 стр.
1974 год
16+
Автор
Джеймс Баллард
Серия
Эксклюзивная классика (АСТ)
Издательство
АСТ
О книге
«Бетонный остров». Роман, наполненный арктическим холодом, реверанс «Робинзону Крузо» Дефо. Архитектор Роберт Мейтленд, возвращаясь с работы, попадает в аварию и оказывается на бетонном островке меж трех эстакад. Все попытки добиться помощи от проезжающих терпят фиаско – теперь он в изоляции и вынужден выживать, пользуясь лишь тем, что найдет в своем разбитом авто.
ЖанрыИнформация
Переводчик
Михаил Кононов
ISBN
978-5-17-107666-5
Отзывы Livelib
satanakoga
28 января 2017
оценил(а) на
5.0
Кто там говорил, что человек не остров? Ещё какой. Одинокий остров в море бетона, усыпанный обломками прошлого, поросший быльём. Заброшенный, обособленный, один среди миллионов прочих таких же. Окружённый крутыми откосами и гудящими автострадами. Всё так, Баллард подтвердит. Но это лирика. В детстве у меня была такая игра: я смотрела в окно, когда ехала на автобусе, и воображала, что меня вдруг занесло в какое-нибудь труднодоступное и опасное место. Вроде заброшенной шахтной вышки величиной с пятиэтажку, с полупровалившимися перекрытиями и маленькой утлой площадкой на самом верху. Или на пятачок между железнодорожными путями под мостом. Как оттуда выбираться? Мне казалось, что никак, и одна эта мысль наполняла сладким мазохистским ужасом. Ведь я была не там, а в безопасном автобусе. Ура. С другой стороны, мне хотелось туда попасть, пусть и на минутку, чтобы ощутить беспомощность и безвыходность по полной. И вот я читаю про архитектора Мейтленда, который попал в аварию и застрял на небольшом островке на пересечении трёх автострад, и у меня дежавю. Похоже, Баллард у меня всё прямо из головы сплагиатил, вот это да. В силу географии островка и ранений, герой наш вылезти на автостраду не в состоянии. Да, он пытался, но..никто так и не остановился, а получилось только хуже. Час пик, автострада, раненый оборванец - история, которая могла произойти, наверное, лишь в безмобильные времена. Я, конечно, не анализирую с точки зрения достоверности, это мелко и не нужно здесь. Так вот, Мейтленд в плену у бетонного острова. Осваивать там особо нечего, корабль с припасами не подвезли. Лихорадка, страх, одиночество, безнадёга, слабость. Ишь, думаю, да Баллард написал крутую книгу про экстремальное выживание еще когда Стивен Кинг под стол пешком ходил. Но я ошиблась, это было бы слишком просто. Всё становится куда неоднозначнее, когда наш Робинзон встречает Пятницу. Двоих Пятниц, если уж быть точным. Судя по всему, безумных, словно сортирные крысы. Весело, да? Почти Мизери. Или вот ещё, мне вспомнился рассказ про мужика, который где-то в пустыне провалился в расщелину и оказался в тайном городке каких-то лишенцев, откуда не было выхода. Он нашел себе женщину, приспособился, но его, конечно, тянуло наружу. Однако, путь по умолчанию держали в секрете, а бунтовщиков убивали. Конечно, у Балларда это никакие не приключения и не триллер, а уже знакомая мне деструкция личности. Как будто предсмертные отрицание-гнев-торг-депрессия-принятие трансформируют героя в новое существо, настоящего автохтона этого островка. Мейтленд хочет уйти, очень хочет выбраться, но и не хочет, вовсе нет. С каждым днём желание убежать угасает, появляются привычки, обустраивается какой-никакой быт. Катиться вниз всегда легче, а человек может ко всему приспособиться. К тому же, он уже не совсем Мейтленд, а сам остров - закрытый, обособленный, гордый. Он обязательно причалит к знакомым берегам, но чуть позже. Когда будет готов.
dee_dee
24 января 2021
оценил(а) на
5.0
Автора я знаю давно. Читала какие-то его рассказы, но была не в восторге. А эта книга - взрыв мозга. Очутиться на необитаемом острове в Лондоне? Нонсенс! Оказывается, что такое возможно. Вылетев на машине за пределы скоростной дороги, Роберт Мейтланд приходит в себя на островке земли между виадуками транспортной развязки. Кажется, что он совсем недалеко от людей: вон, над головой машины идут сплошным потоком. Но не докричаться. Да и внимания никто не обращает на оборванного мужчину, стоящего на остове разбитой машины. Герой начинает жалеть себя. Я его тоже жалею. А ещё он ранен! Кажется сломана нога, возможно, что сотрясение мозга... Люди - вот, рядом! Но все они эгоисты и никто не хочет остановиться, чтобы помочь бедняге! Но когда люди оказываются рядом (два человека считают этот островок своим домом), Мейтланд показывает не случшей стороны. Вместо нытика на сцену выходит эгоист, себялюбец и тиран. Пробыв на отшибе почти неделю, получив наконец возможность вернуться к цивилизации... Каков выбор будет сделан? Итого, в книге всего три героя. Мало действия, много раздумий и самокопаний. Фоном идёт гул машин, пейзажем становится свалка... Хотя, остров (лучше всё-таки Остров) кажется тоже героем книги. Ведь у этой части города есть своя история, прошлое и настоящее. Возможно будет и будущее: Мейтланд уже видит, как можно благоустроить территорию. Читателю показывают развалины какого-то жилья, остатки кладбища, церкви, кинотеатра. Есть бомбоубежища. Почему этот городской район был заброшен? Что случилось раньше: сторительство развязки или опустошение? Умная, хотя и мрачная книга. Где это было: "Каждый сам себе остров"?
timopheus
16 октября 2011
оценил(а) на
3.0
Баллард всегда умел написать так, чтобы остаться в памяти. Первая книга этой "городской" серии, знаменитая "Автокатастрофа", мне не понравилась. Мне было скучно, неприятно, противно. Но я запомнил. Я запомнил слова, жесты, движения, и я подумал, что тоже выберу себе катастрофу, в которой так или иначе погибну. Потому что это талантливая книга. "Бетонный остров" - проще, компактнее, но тоже остаётся в памяти. Мужчина, преуспевающий архитектор, попадает в аварию и оказывается волей судем заперт на бетонном островке между трёх автострад. Это история о том, что все мы живём на этом островке - только до поры до времени не хотим этого понимать. 6/10.
Sukhnev
14 января 2021
оценил(а) на
2.0
Вдохновившись идеей Дефо, Баллард создаёт своего Робинзона, Робинзона 20 века. И естественно, называя это произведение "Современным Робинзоном", автор использовал нарицательное значение. Этот Робинзон, такой же, как Казанова или Дон Кихот. Это уже некий класс, выработанный нашей культурой. И поэтому не стоит искать в этом произведении адаптации, её не будет. Я не эксперт по Балларду, "Бетонный остров" стал, всего лишь, моей второй книгой этого писателя. Первой была "Высотка". По счастливой случайности, это оказались книги одной трилогии. И получается, что с третьей я пошёл во вторую. И, в принципе, их можно сравнить. Всё таки, они имеют общую идейность. Естественно, дом в "Высотке" и остров в "Бетонном острове" - не дом и не остров. Это некие пространства нашего общества и, наверное, нашего сознания. Кто читал эти два произведения, прекрасно помнит нелепость присутствия. Люди не хотели уходить из дома, Мейтланд не желал покидать остров. И было это, абсолютно, бессознательно. В этих экспериментах автор просаживал сюжет. В "Высотке" мне понравилась идея, но сюжет уничтожил всё впечатление о работе, в "Бетонном острове" мне, вообще, всё казалось искусственным. Словно бульварная пьеса, в которой автор удерживает героя в нужных ему пределах. И мне кажется, герой не изменялся от контакта с окружающей средой, герой изменялся по воле автора. И для меня это было большим минусом. Я не против произведения, в котором персонаж , непонятно почему остаётся в нежелательном для себя положении, я не против нелогичных поступков, не против абсурда, но всё это должно иметь форму и обусловленность. В "Высотке" не было этой смердящей искусственности. Там был не самый лучший сюжет, но всё происходящее органично в него вписывалось. В этом же произведении всё кажется слишком притянутым. Но не будем на этом зацикливаться. Герой попадает на остров и пытается с него выбраться. В процессе спасения, он начинает этот остров исследовать и находит множество необычных символов, среди которых: Чарльз Мэнсон, серийный убийца и апологет расовой войны; расистский плакат "Власть чёрным"; труп Че Гевары; психоделический плакат в стиле одного художника гея, etc. Сложно определить все эти элементы в одно целое, но, наверняка, они противопоставляются буржуазному главному герою. Он человек иного мира, человек иного искусства. Автор сливает реальность с сознанием в тот момент, когда герой нарекает себя островом. Это не случайно оброненное слово, а законченная цель, к которой Баллард вёл своего героя. В этот момент, вы можете отказаться от реальности острова. Вы даже можете отправить героя в кому и представить его робинзонаду, трипом внутрь своего я, где были куски культуры, врезавшиеся герою в память, быть может возмутивший его поступок Мэнсона, момент смерти Че Гевары, какой-то музыкальный фильм из детства, где главную роль играли Джинджер Роджерс и Фред Астер. И каждый встреченный им персонаж являлся воплощением чего-то большего. И тут становится понятно, почему герой не мог покинуть этот остров, он словно во сне, когда надо ускориться и убежать от преследователя, то неожиданно не можешь включить всю свою скорость. Мейтланд очутился в этом чистилище и бродил, как неприкаянная душа. И даже, если эта теория верна, она не отменяет авторской искусственности и нелепости.
IlyaZyryanov
4 июня 2020
оценил(а) на
5.0
Лично меня книга зацепила своей новизной, так как ничего похожего я никогда не читал, она довольно мрачная, и местами кажется неубедительной но основной посыл в том что в бурлящем потоке жизни люди не обращают никакого внимания друг на друга.. Читается довольно легко и очень затягивает.
С этой книгой читают Все
Обложка: Предел
4.1
Предел

Сергей Лукьяненко

Обложка: Тот, кто ловит мотыльков
4.3
Тот, кто ловит мотыльков

Елена Михалкова

Обложка: Пищеблок
4.1
Пищеблок

Алексей Иванов

Обложка: Ведьмак
4.8
Ведьмак

Анджей Сапковский

Обложка: Лавр
4.2
Лавр

Евгений Водолазкин

Обложка: Ловец видений
3.7
Ловец видений

Сергей Лукьяненко

Обложка: Авиатор
4.2
Авиатор

Евгений Водолазкин

Обложка: Дикая война
3.9
Дикая война

Ерофей Трофимов

Обложка: Порог
3.9
Порог

Сергей Лукьяненко

Обложка: Оправдание Острова
4.0
Оправдание Острова

Евгений Водолазкин

Обложка: Дети мои
4.6
Дети мои

Гузель Яхина

Обложка: Тюремный дневник
4.0
Тюремный дневник

Мария Бутина

Обложка: Симон
4.7
Симон

Наринэ Абгарян