Мост через бездну. Великие мастера Обложка: Мост через бездну. Великие мастера

Мост через бездну. Великие мастера

Скачайте приложение:
Описание
4.1
385 стр.
2016 год
12+
Автор
Паола Волкова
Серия
Мост через бездну
Другой формат
Аудиокнига
Издательство
АСТ
О книге
Что появилось раньше – человек или зеркало? Этим вопросом задается Паола Дмитриевна Волкова в четвертом томе цикла «Мост через бездну». Для великих мастеров портрет всегда был не просто изображением человека, но и зеркалом, отражающим не только внешнюю, но и внутреннюю красоту. Автопортрет же – вопрос себе, рефлексия и следующий за ними ответ. Диего Веласкес, Рембрандт, Эль Греко, Альбрехт Дюрер и Винсент Ван Гог – все они оставляют нам в этом жанре горькую исповедь целой жизни. У каких зеркал прихорашивались красавицы былого? Венера, вознесшаяся из вод, увидела в них свое отражение и осталась довольна собой, а Нарцисс – застыл навеки, потрясенный собственной красотой. Полотна, отражая во времена Ренессанса только идеальный образ, а позже – и личность человека, стали вечными зеркалами для всякого, кто осмелится в них заглянуть – как в бездну – по-настоящему. Настоящее издание представляет собой переработанный цикл «Мост через бездну» в той форме, в которой он был задуман самой Паолой Дмитриевной – в исторически-хронологическом порядке. В него также войдут неизданные лекции из личного архива. В настоящем издании в качестве иллюстрированных цитат к текстовому материалу используются фоторепродукции произведений искусства, находящихся в общественном достоянии, фотографии, распространяемые по лицензии Creative Commons, а также изображения по лицензии Shutterstock.
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-095239-7
Отзывы Livelib
Kseniya_Ustinova
4 октября 2017
оценил(а) на
4.0
Изначально, исходя из логики, я взялась за первую книгу цикла - Волкова Паола Дмитриевна - Мост через бездну. Комментарий к античности и увязла в потоке бессвязных мыслей, которые лихорадило от Стоунхенджа к Китаю, через Древнюю Грецию в «земные энергии». Автор играет словами, превращая понятия физики в мутную эзотерику, говорит о какой-то магии и энергиях. Благо в данном томе все это отсутствует. Но все равно структура битая, а переходы слишком дикие. Очень напомнило КВН: - Сегодня тема игры дружба! Наша команда очень дружна! А теперь мы покажем миниатюру «Ограбление банка».Где-то подобным образом были озвучены шесть самых великих художников всех времен и народов. Но рассказали нам почему-то только про трех: Диего Веласкес, Ре́мбрандт Ха́рменс ван Рейн, Эль Греко. спойлерДиего Веласкес Ре́мбрандт Ха́рменс ван Рейн Эль Греко Дети в искусстве свернуть Про этих художников рассказали бессистемно, но весьма интересно, отмечая множество различных моментов. В четвертой главе поднимается тема детей в изобразительном искусстве. В основном разбирались работы все тех же троих, но так же все чаще упоминались другие художники самых разных эпох. Сложность изображения детей, их неестественность на портретах немного удивили меня, как это очевидно и незаметно было ранее. Затем «сюжет» ушел в «западная живопись портретная, восточная пейзажная» и вся структура полетела в тартарары. Немного потоптались на Пикассо, немного на Репине, потом ушли в пространные обсуждения «что было раньше: человек или зеркало?» и прочую не имеющую отношения к предмету возвышенную болтологию. Почему были озвучены шесть художников, а рассказали только о трех? Зачем лезть в античность и Азию, если все шестеро европейцы? Последние две главы как будто вообще из другой книги выпали. А три нужные недодали! В целом, много интересно и даже нового. В первых четырех главах. А дальше явно все не на своих местах.
Magic_A
9 октября 2017
Если вы любите изобразительное искусство, но не всегда понимаете его, в крупных городах мира спешите в музеи, но слова гида вылетают из головы уже на следующий день, а вам хотелось бы разбираться и понять, в чем истинная красота и гениальность восхваляемых картин, кроме размеров, денег и сюжета, тогда эта книга для вас. В спокойной обстановке родного дома, а может и в любой другой, Паола обстоятельно и просто расскажет что куда и почему. Более того, на следующий день в одной интеллигентной беседе я с легкостью поведала, чем отличаются «малые» голландцы от «большого», почему Рембрандта не любили земляки и что хотел сказать Тарковский в одном из финалов фильма «Солярис». Первые три главы описывают трех великих мастеров: испанца Веласкеса, голландца Рембрандта и грека Эль Греко (Доменико Теотокопулоса). Их всех объединяет способность рассказывать истории своими картинами. Они умели писать так, что тот, кто умеет читать, увидит целый роман с несколькими сюжетами и сплетениями прошлого, настоящего и будущего. И вот тут-то я и поняла многое. Как известно, далеко не все люди умеют читать книги. Они умеют читать, но им или не нравится процесс или они постоянно теряют нить, кто-то читает только от первого лица, кто-то избегает книг с множеством персонажей, потому что путаются, ничего не понимают и злятся и тд. Но в школьной программе, по крайней мере, все пробуют свои силы в этом деле. Читать же картины намного сложнее и этому не везде учат. Я уже не говорю о технике, когда великие мастера становились еще и великими изобретателями и привносили что-то новое, помимо классической школы. Они сами вне времени, если говорить о вышеупомянутых. Веласкеса сравнивают с Пушкиным, Рембрандта с Достоевским. Когда Паола описывает художественную выразительность, то не сразу поймешь о какого рода произведении идет речь: литературном ли, изобразительном или музыкальном. Становится ясно, как много ты упускаешь, когда бежишь по Эрмитажу или Галереи Уффици просто смотришь на красивые картины, выхватывая знакомые имена, когда после оказываешься в состоянии приятной энергетической эйфории, потому что с твоей душой произошел контакт, и ты его чувствуешь, но не понимаешь языка, на котором через века в тебя транслировали информацию. Вот зачем нужна эта книга – это доступный переводчик между эпохами, между гениями и теми, кто хочет прикоснуться к прекрасному.Дальше...Четвертая глава открыла мне глаза на то, о чем я никогда доселе не задумывалась. Детская тема в искусстве. Точнее, проблема детской темы в искусстве. Когда ранее упоминали проблемы женской и детской темы, я никак не могла понять о чем речь. Что за проблемы с детьми и женщинами? Во всех галереях и тех и других хватает… А, оказывается, если смотреть сквозь века, то долгое время детей не признавали значимыми для изображений. Даже женщин не всегда писать было комильфо. А уж детский штрих так и вообще прошел эволюцию от младенца с лицом взрослого (Иисус Христос на иконах), до ребенка со всем его внутренним миром (Серов, Нестеров), после чего вновь скатился в русло обыденности. Порадовало то, что многие из упоминаемых картин мне знакомы, а теперь еще и открыта некоторая подноготная. И в очередной раз я поразилась тому, что великие мастера в одномоментном изображении умудряются передать психологизм изображения, что в полной мере подвластно писателям, в чьих руках гораздо более гибкий инструмент и множество моментов. Паола вновь учила нас читать картины, теперь те, на которых есть дети.А вы задумывались над тем, что каждое изображение человека – это портрет? А оно так и есть, учит нас Паола в пятой главе. А если на картине много людей, то это коллективный портрет. Здесь много отсылок к Мастерам и картинам из первых глав, а также теперь их анализ с точки зрения портрета. Выделяют три чистых типа: портрет-маска, портрет-характер, портрет духовный. Можно догадаться, что высшим пилотажем мастерства и психологизма является третий тип. Показать одномоментность духовно насыщенной, чтобы зритель это сразу понял было под силу таким творцам, как Веласкес, Рембрандт, Нестеров. Заинтересовало замечание Паолы о том, что как таковой художественной литературы не существует, а существует ее прочтение. Еще вспомнила случай, как имея всего 35 минут свободного времени помчалась в Дрезденовскую галерею. И там мне особо запомнился один портрет живым взглядом и желанием что-то сказать. (Погуглила – не нашла).Что я узнала из этой книги – подтверждение того, что я и так знала - я ни фига не разбираюсь в изобразительном искусстве. Мой взор автоматически притягивается к тексту, там понятная для меня стихия, картины же я читать не умею, но чувствую от них энергетику и, благодаря таким книгам как эта, по чуть-чуть в меня вливаются знания и средства, с помощью которых открывается такой чудесный, великий и таинственный мир.
FankyMo
16 декабря 2017
оценил(а) на
4.0
Иногда перед чтением книги я просматриваю отзывы на нее. К этой книге было довольно таки много отрицательных отзывов при высоком рейтинге. Меня этот факт немного заинтриговал и я решила, что лишним знакомство с новым автором не будет. И абсолютно не пожалела об этом своем выборе. Во-первых, для моего уровня (чуть ниже, чем ноль) познаний в живописи эта книга идеальна: автор как будто читает лекцию и ты сидишь и открываешь глаза на то, что ты не то что не видел, а даже и не думал , что там это все можно увидеть. Другими словами, П. Волкова заинтересовывает читателя, чтобы он начал изучать вопрос. Когда тебе рассказывают такие прекрасные истории о художниках, а ты вообще не в курсе что да как в плане самых основ, то ты не готов воспринимать сразу большое количество информации. Повторы идут только на пользу в этом случае.Поэтому у меня сложилось стойкое впечатление, что книги этой серии написаны для таких же новичков, как я. Дается общая информация, но она преподносится очень доступным языком, с явным желанием автора познакомить читателей с миром живописи, с общей атмосферой творчества и с теми условиями , в которых жили художники раньше. Разумеется, я видела многие картины, о которых идет речь в книге. Но я не знала ни историю их написания, ни обстоятельства жизни художника. Думаю, что любой человек согласится: посмотреть на картину и пройти мимо это одно, а узнать «биографию» картины, прочувствовать возможные эмоции автора или его жизненные обстоятельства в моменты, когда он её писал, знать имена изображенных персонажей и немного – историю их жизни, это совершенно другое ощущение, впечатление. Совсем другой взгляд на одну и ту же картину. Не смотря на то, что в живописи я ноль, у меня есть любимые художники) К примеру, мне очень нравится Рафаэль. Женские образы у него наполнены такой мягкостью, гармонией, внутренним покоем и нежностью, что у меня глаз и душа отдыхают, когда смотрю на его картины. Благодаря этой книге я открыла для себя Веласкеса. И опять забавно получается – инфанта Маргарита знакома мне с детства, но я никогда не углублялась в историю создания её портретов. И сейчас была очень рада узнать так много информации и о ней. Даже для общего развития) Хотя я повторюсь, что книга меня очень увлекла и вдохновила на дальнейшее изучение истории искусств.Трудно говорить много о книге, которая является частью серии – логично будет оценивать целиком весь труд автора, тем более что я не собираюсь останавливаться на одной книге и собираюсь прочитать всю серию в ближайшее время.
zorna
31 октября 2017
оценил(а) на
3.0
Книга Паолы Волковой - сборник лекций о живописи. "Великие мастера" - такое условное, максимально расплывчатае определение. В книге подробнее всего рассказывается о Веласкесе и Рембрандте, но остальные имена нужны для сравнений или ради иллюстрации к темам. Кто тут великий, а кто нет? как это определить? Если на то пошло, книга вообще не о мастерах. Никаких биографий, а анализ работ - кусочный, фрагментарный. Книга скорее о явлениях, тенденциях, тематике. Самая большая лекция - а это имеено лекция, не статья - о детях в живописи. И две совсем небольшие - о портретах и о символике зеркал. Последняя по форме скорее напоминает эссе, то есть в ней содержится самый минимум полезной\интересной инфы и максимум восторженной поэтики.Отдельные претензии у меня к языку изложения. Уж не знаю, кто здесь виноват - автор или редакторы, но читать это совершенно невозможно из-за огромного количества ненужных повторов. Через абзац-другой может повторятся факт или мысль, словно читатель скуден умом и уже забыл, о чем прочитал минуту назад. Повторяющиеся тезисы кочуют и из лекции в лекцию - может, по этому принципу их и собрали в сборник, но выглядит это явление как-то не вдохновляюще, потому что повторятся могут целые абзацы, словно их кто рерайтнул на досуге. Но такие повторы - меньшее зло. Товарищ Волкова ужасно злоупотребляет повторами для усиления эффекта. Одно и то же ключевое слово может встретиться 10 раз в абзаце, даже 3-4 раза в одном предложении, и я уже не говорю об однокоренных. Как редактор смог это прочитать-вычитать и не заменить? а если заменяли, то сколько же было в оригинале? Хотя есть такие авторы, которые ужасно трепетно относятся к своим драгоценным текстам, материалам, лекциям, что вот ни словечка поправить не дают. В этом смысле последнее эссе о зеркалах выгодно отличается. Оно все-таки писалось, на не наговаривалось, мне кажется, лексически оно куда лучше выдержано. Не оттого ли эссе такое короткое? Если убрать все повторы из других лекций, объем существенно подсократится, да.В общем, из-за этих минусов текст воспринимать непросто. Темы поднимаются любопытные, но изложение сильно портит впечатление от книги. Постоянно отвлекаясь на кривой текст, трудно сосредоточиться на смысле. В голове мало что остается, что прискорбно.
lenk0yan
23 октября 2017
оценил(а) на
3.0
Это будет мой самый корявый отзыв на книгу, потому что сама книга тоже очень и очень не ровная. Начну с того, что "Великие мастера" входят в серию "Мост через бездну", т.е. это не всеобъемлющая работа, а только одна из её частей. Для искусствоведческих пособий это нормально, какой смысл выпускать неподъёмный кирпич, если можно разбить его на составляющие согласно, например, хронологическому порядку. Издательство отмечает, что это авторская серия, что многое объясняет. Я не уточняла, но есть все основания полагать, что рука даже самого завалящего редактора "Великих мастеров" не касалась. Сейчас ещё немножечко о том, о чём книга, потом я поражу ваше воображение цитатами, от которых у меня глаза лезли на лоб.В книге описываются картины таких художников как Диего Родригес де Сильва-и-Веласкес, Рембрандт Харменс ван Рейн, Питер Пауль Рубенса, Эль Греко и некоторых других. Описываются в прямом смысле, так как это могут делать только искусствоведы и искусствоведки – с невероятным внимание к деталям, с подробным рассказом о каждом и каждой изображённых на полотне, о том, почему тот или иной предмет держат в руках, об одежде, атрибутике, освещении. Это и правда очень интересно, и если бы книга состояла только из этого - было бы здорово. Но нет, она настолько неструктурирована и бессистемна, что, читая, натурально барахтаешься, не зная, за что ухватиться. Более-менее толковым вышел раздел об изображении детей на картинах. Там говорилось, что сперва все дети были по сюжету младенцем Христом, никаких других детей не было, но со временем на полотнах начали появляться конкретные дети конкретных важных людей. Всё, теперь слайды. В смысле цитаты. Потому что это что-то запредельное."Этих художников принято называть «малыми голландцами». Но они вовсе не были малые, это были очень большие художники" Да ты что!Есть версия, что у художника Эль Греко были проблемы со зрением, а именно вертикальный астигматизм, из-за чего он всё изображал немного удлиннёным. Но Паола Волкова так не считает: "Нет, дело не в вертикальном астигматизме. Это было стремление передать момент развоплощения, на грани превращения плоти в духовную субстанцию." ЩИТО??Едем дальше. Как вам такое: "Именно Александрия рождает детский мир в искусстве. Александрия обеспечила скульптурой детства Европу вплоть до сегодняшнего дня. Наши детские сады все обеспечены Александрией. В них во всех есть копии с александрийских статуй. " Прям вот во всех, инфа сто проц."Например, портрет инфанта Балтазара, испанского наследника. Веласкес пишет дона Балтазара в очень интересном и противоречивом разрыве." И сюда же: "Основной предмет изображения – это прекрасная дама, которая очень сложна функционально."Кстати, о портретах. Авторка несколько раз повторяет, что определения портрета не существует, но потом сдаётся и пишет, что "под портретом понимают всякое изображение данного человека", da ladno!Вот ещё внезапное: "Портрет в Древнем Китае имел большое значение. Этот портрет рассматривается принципиально другим способом. Лицо человека представляет собой замечательную карту. Они рассматривают ноздри как пещеры, рассматривают рот определенным образом, а также глаза и веки. Они создают из этих ландшафтно-географических описаний одну из самых знаменитых наук, которую наша психология считает псевдонаукой. А они на основании этой псевдонауки существовали много тысяч лет – и ничего. Это наука френология. Именно они ее основатели, теоретики. И первые френологические трактаты связаны с написанием портрета. Китайцы не могут так просто изображать человека. По определению китайцев, человек – это шелковичный червь."И вишенка на торт: "Ведь известно, что не мы смотрим на картину, а картина смотрит на нас".Всё! Книгу рекомендовать не буду, потому что она странная. Но можете посмотреть картинки, они там в конце.
С этой книгой читают