Русский язык на грани нервного срыва Обложка: Русский язык на грани нервного срыва

Русский язык на грани нервного срыва

Скачайте приложение:
Описание
3.9
720 стр.
2011 год
12+
Автор
Максим Кронгауз
Издательство
Corpus
О книге
Мир вокруг нас стремительно меняется, и язык меняется вместе с ним. Кто из нас не использует новые слова и кто в то же время не морщится, замечая их в речи собеседника? Заимствования, жаргонизмы, брань – без чего уже не обойтись – бесят нас и, главное, дают повод для постоянного брюзжания. Кто не любит порассуждать о порче языка, а после сытного обеда даже и о гибели? Профессор К., претерпев простительное в наше время раздвоение личности и попеременно занимая позицию то раздраженного обывателя, то хладнокровного лингвиста, энергично вступает в разговор. Читать его следует спокойно, сдерживая эмоции. Прочтя, решительно отбросить книгу и ответить на главный вопрос. Кто же – русский язык или мы сами – находится на грани нервного срыва?
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-100624-2
Отзывы Livelib
rvanaya_tucha
12 июня 2012
оценил(а) на
4.0
...Ошибки одного поколения становятся признанным стилем и грамматикой для следующих. Исаак Башевис Зингер — эпиграф к книге.Нам про эту книжку одна преподавательница на факультете все уши прожужжала. Я все откладывала, откладывала, но тут решилась всё-таки осилить сей труд :) Пожалуй, я ожидала немного другого – большей серьезности и аналитичности, наверное; НО я довольна. «Русский язык на грани нервного срыва» – сборник статей, в основном о словах, но и о книгах, и жизни, и людях. Фразу Кронгауза, сказанную об одной теме переименований, можно отнести и ко всей книге: Здесь нет никакой глубокой теории, зато много любопытных случаев. Это такая страсть к живому нашему русскому языку! А его как-то в основном все со всех сторон пинают (и любители, и нелюбители), и положительного дискурса почти не встретишь. А Кронгауз его любит, наш родной язык, и, главное, показывает, что он может быть интересным, активным, забавным, серьёзным – прямо таким, как мы, его носители! Это достигается тем, что вся книга написана на примерах, а не снабжена ими, как необходимым придатком. Это не квазинаучные выкладки, требующие доказательств, а чистые доказательства, ищущие для себя объяснений.Несмотря на мою собственную субъективную своего рода неприязнь к такому популяризированному чтению, к разговорному стилю – я ОЧЕНЬ рада, что эта книга именно такая. Потому что есть вероятность, что эту интересную, в меру веселую, в меру серьезную вещь прочтут многие, что-то новое для себя найдут в русском языке, посмотрят на него другими глазами: это не наши бытовые разговоры и матерщина по вечерам на улице, и не надоедливые грамма-наци и бесконечные споры о каких-то реформах – это живой потрясающий организм.Для специалиста, пожалуй, тут будет мало нового, но для неумудренного филологическим опытом человека книга точно будет увлекательным чтением. А для умудренных, мне кажется, тоже будут полезными описанные случаи языка, приведенные примеры – Кронгауз указывает направление, в каком можно изучать современный русский. И немного частностей. Понравилось: ♦ часть «Разделенные одним языком», а именно некоторые главы, среди которых: 1. интересная «Лексикографический невроз, или Словарь как способ поговорить» – про "Словари года" в журналах «Афиша» и «Большой город» и словарь как жанр художественной литературы, и 2. «Несчастный случай для одинокой домохозяйки» – шикарная по задумке, исполнению, ироничности и знанию материала глава про жанр женского детектива! Это научно-популярный анализ донцовой, написанный с большим уважением, иногда – любовью, всегда – с юмором и здоровой иронией! Не могу не привести хоть одну цитату: Когда из окна выпадает пятая старушка, ты, то есть читатель, то есть одинокая домохозяйка, смекаешь, что не все так просто в этой жизни и, возможно, между старушками есть какая-то связь. Но героиня еще долго этого не понимает и поэтому кажется не только гигантским средоточием всевозможных несчастных случаев, но и клинической идиоткой. Правда, некоторые из героинь все же задумываются. “Может быть, во мне есть какой-то скрытый шарм? — с сомнением подумала она. — Что-то взрывоопасное, о чем я до сих пор не догадывалась?” (Г. Куликова, “Синдром бодливой коровы”). Героиню искренне жаль. Но первое впечатление обманчиво. Нет, не в том смысле, что она не клиническая идиотка, а в том смысле, что, несмотря на горы трупов, у нее все будет хорошо. К концу книги у нее не будет проблем с внешностью, исчезнут комплексы, а мужчины будут перед ней падать замертво, но уже в переносном смысле (то есть “шарм” таки был). Даже ее идиотизм станет менее заметным или, во всяком, случае перестанет быть клиническим. ♦ заключительная часть, «Правка языка»! Речь тут, соответственно, идёт о различных тоскливых насильственных изменениях языка и некоторых забавных связанных с этим казусах. Во-первых, это больное, а потому (и во-вторых) всегда читаемое со здоровым интересом. В-третьих, Кронгауз рассказывает здесь действительно много забытого и неизвестного. В общем, он написал хорошо о таком сложном, а это мало кому под силу; И не могу не упомянуть главу «Осторожно, лингвистическая экспертиза!», где всегда скрытая где-то за кулисами ирония в очередной раз выходит на первый план и выражается в чудесных инсценировках этой самой экспертизы (герои – сказочные персонажи). ♦ указатель слов и выражений, обсуждаемых в книге или использованных в ней в качестве примеров!! это очень здорово и удобно! Прямо всё для людей :) Не очень понравилось: ♦ популяризированность текста: разговорность языка, автор с читателем вроде как запанибрата (но ни в коем случае не ударяется в вульгарную фамильярность, нет!), да и само издание – кегль крупный, два сантиметра отступ справа, два слева, два сверху и снизу, каждая следующая коротенькая глава с новой страницы... в общем – всё для широкого читателя! Впрочем, это мои индивидуальные неврозы; ♦ постоянные повторения каких-то фактов, замечаний и пр. из главы в главу; и не ссылка (типа «см. выше»), а просто-напросто по-вто-ре-ни-е! ♦ некоторая однообразность многих глав. Они за редким исключением небольшие, страниц по пять-шесть, и читать одни и те же систематизированные замечания применительно просто к разным словам в какой-то момент становится скучно. Особенно это касается второй («Ключевые слова эпохи») и третьей («Разделенные одним языком») частей, где речь постоянно идет об одном, в принципе, и том же. Мне кажется, все это можно было скомпоновать почётче. Впрочем, на это и предыдущее замечание можно ответить, что это (я не нашла точной информации, но на то похоже) сборник материалов газетной колонки, которую вел Кронгауз, так что всё закономерно; ♦ есть какие-то банальные и уже устаревшие вещи, и общеизвестные и навязшие в зубах. В общем, книга чудесная :) «Русский язык на грани нервного срыва» – однозначно читать!
TibetanFox
19 июля 2014
оценил(а) на
3.0
На грани нервного срыва не русский язык, а, скорее, автор книги. Хотя нет, вру, это не нервный срыв, а извечная интеллигентская тоска, что раньше медведи были толще, трава зеленее, а по-русски все говорили, как диктор Левитан, да ещё мизинчик оттопыривали. На самом деле, это действительно так (хотя про Левитана, конечно, утрирую), в доинтернетный период с грамотностью было получше. Или просто меньше заметно? Да суть не в этом. Просто надоела уже эта позиция, что в старые-то времена о-о-о-о. Очень легко в неё встать и ныть бесконечно, особенно если русский язык знаешь чуть лучше среднего уровня общеобразовательной школы. Книжка, откровенно говоря, несколько разочаровала. Я в ней не нашла ничего такого, чего не было бы в других сборниках статей по развитию велмопраса. Поверхностно, да ещё и запоздало. Всё-таки за темпами развития современного русского товарищ Кронгауз несколько не успевает, даже если списать несколько лет на написание и публикацию книжек. А может и не хочет успевать, зачем оно? Ведь неважно, в каком году писать, что раньше деревья были большими, а школота грамотной. "Русский язык..." в третьем издании по-прежнему представляет себе разрозненные зарисовочки-размышления на тему того, что ж такого в нашем языке происходит. Мысли повторяются, да и не настолько они свежи и интересны, так что к середине книги может начать укачивать. Всё-таки мне кажется, хоть это и не моя компетенция, что надо мыслить глубже и дальше, что ли. Почему именно происходит оскудевание языка? Что будет дальше? Есть ли связь с давнишними витками речевых изменений? Просто так огорчаться, что всё меняется в сомнительную сторону, слишком легко. Ну, для ЖЖшечки хорошо или другого бложика, но для серьёзной книжки, да ещё и с присобаченным диском с лекциями — моветон какой-то.
Basenka
6 июля 2021
оценил(а) на
3.0
...и неоправданные ожидания... Тема русского языка, его развития и изменений мне очень близка и интересна, поэтому за книгу я взялась с большим энтузиазмом и завышенными (как оказалось) ожиданиями. В начале, в общем-то читалось вполне бодренько...даже несколько раз улыбнуло. Но где-то на 100й странице меня начали раздражать бесконечные повторы (в том числе и то, насколько часто автор повторяет: "как лингвист я....а как обыватель... "), примеры, которые иногда сложно было "привязать" к высказываемой мысли; и огромное количество "лирических отступлений". Кроме того, многие выражения и слова (особенно сленг) либо давно устарели (даже с поправкой на год написания книги), либо изначально не понятно, кто и где их "повсеместно" использовал. Некоторые главы читать было откровенно скучно, но, возможно, для людей, которые ничего не читали на эту тему раньше, там и найдутся какие-нибудь "откровения".В общем, если сократить книгу вдвое, убрав огромное количество повторений и "воды", было бы гораздо лучше.
Darolga
28 февраля 2014
оценил(а) на
4.0
Слухи о скорой смерти русского языка сильно преувеличены Часто говорят, что если какая-то вещь твоя, то ты ее получишь, вроде как судьба и все такое, так и с книгами - если книга твоя, то ты ее обязательно прочтешь. Я несколько раз скачивала "Русский язык на грани нервного срыва", но то файл терялся в бездне своих собратьев, то еще что-то случалось, а то и просто пропадало желание знакомиться с этой книгой из-за повышенного внимания к ней здесь на сайте какое-то время назад. Но "Долгая прогулка" все-таки свела нас вместе, за что я ей очень благодарна.Мир вокруг нас стремительно меняется, оказывая тем самым большое влияние на наш язык. Каждый день, если не каждый час, мы заимствуем из чужих языков новые слова, и русский язык не всегда успевает их освоить должным образом. У каждого найдется несколько примеров того, когда речь на родном языке казалась какой-то тарабарщиной, потому что половину слов из нее понять было просто невозможно. Слишком велик приток неологизмов в язык, он не справляется с ними так быстро, как бы нам хотелось, тут же с ходу подсказывая как правильно трактовать новые слова, а также писать и произносить их. Но не стоит думать, что когда-нибудь именно это обилие новых слов погубит наш язык. Отнюдь. У него слишком хорошие, проверенные временем защитные механизмы. Один из них заключается в "одомашнивании" новых слов, пришедших из иностранных языков, и подразумевает под собой творческий подход к новому слову, его так называемом "одушевлении". Возьмем, к примеру, размеры женской одежды - l и m, в народе называемые ласково "элочкой" и "эмочкой".А чего стоит наше привыкание к новым словам и двоякое к ним отношение? Часто бывает так, что какое-то новое слово ты произносишь, не особо задумываясь, о том, как оно звучит, но когда слышишь его из уст собеседника, то испытываешь дискомфорт, зачастую тут же делаешь себе мысленно пометку избавиться от этого неологизма в своей речи (кстати, эта ситуация применима не только к новым словам, но и к словам ненормативной лексики, к примеру) или свести его использование к минимуму, но потом сам же нарушаешь свои собственные планы. Или индивидуальная непереносимость того или иного слова. Это может быть самое простое слово, но вот невзлюбили мы его за что-то и все. То ли напомнило оно о чем-то или о ком-то, то ли звучание не понравилось. Мало ли, как оно бывает.Но вернемся к новым словам. О них всегда ведется очень много разговоров, оно и понятно, они требуют к себе повышенного внимания, но мало кто замечает, как в это же время из языка исчезают те или иные слова. Они уходят в небытие либо вместе с той вещью или действием, которое обозначали, либо в одиночку. По сути, нормальный процесс, но так жаль, что нельзя собрать устаревшие слова в одном месте, так как они несут в себе не только определенный смысл, но и историю. В своей книге Максим Кронгауз подал интересную идею. Он предположил, как было бы здорово организовать пункты приема устаревших слов, чтобы затем создать для них один большой музей. А что? Было бы неплохо, я считаю, и каждый смог бы внести свою лепту. Любой язык, а родной так и подавно, представляет собой занимательнейшее явление. Он для нас все. Через язык мы воспринимаем окружающую действительность, познаем себя и узнаем друг друга. Не зря Сократ говорил "заговори, чтобы я тебя увидел". У Максима Анисимовича Кронгауза получилось написать довольно интересную книгу о русском языке, охватив при этом и многие другие темы, не касающиеся лингвистических тонкостей, но так или иначе связанных с ними. Вышло весьма увлекательно, а главное познавательно. При этом Кронгауз не стал утруждать простых читателей, не имеющих соответствующего образования, обилием различных терминов, а очень просто и легко написал о самом важном. Возможно, где-то перегнул с повторениями одного и того же, но, если так подумать, это не критично. Интересно. Даже очень. Отдельное спасибо Максиму Анисимовичу за его тонкий юмор и иронию.
panda007
10 февраля 2010
оценил(а) на
5.0
Первое и главное (хотя далеко не единственное) достоинство автора книги о русском языке - сам он владеет им виртуозно. Читать книгу - сплошное удовольствие, потому как правильный, красивый и богатый русский язык сейчас - большая редкость даже у лингвистов. Второе - адекватность. Человек прекрасно разбирается в предмете, видит перспективу и рассказывает о современном состоянии нашего многострадального языка с юмором и без истерики (ага, без того самого нервного срыва). Третье - эрудиция. Когда пошли ссылки на когнитивную психологию, причём ссылки абсолютно уместные, я зауважала Кронгауза вдвойне. Четвёртое - полное отсутствие назидательности. Автор никого не учит, как надо и как не надо, просто рассуждает о том, что происходит с языком, и пытается разобраться, что ему самому нравится и не нравится. Безусловно, читать специалиста и настоящего знатока своего дела не то же самое, что знакомится с мнением какого-то дяди Пети. У Кронгауза много метких замечаний, интересных наблюдений и хороших шуток. Он предлагает по-новому взглянуть на привычные слова и понятия, поиграть с ними, представить их дальнейшую судьбу. Мне читать было просто и приятно вдвойне, поскольку в языковых симпатиях и антипатиях мы совпадаем практически на сто процентов.
С этой книгой читают