Русская канарейка. Блудный сын Обложка: Русская канарейка. Блудный сын

Русская канарейка. Блудный сын

Скачайте приложение:
Описание
4.5
853 стр.
2015 год
16+
Автор
Дина Рубина
Серия
Большая проза Дины Рубиной
Другой формат
Аудиокнига
Издательство
Эксмо
О книге
Леон Этингер, уникальный контратенор и бывший оперативник израильских спецслужб, которого никак не отпустят на волю, и Айя, глухая бродяжка, вместе отправляются в лихорадочное странствие – то ли побег, то ли преследование – через всю Европу, от Лондона до Портофино. И, как во всяком подлинном странствии, путь приведет их к трагедии, но и к счастью; к отчаянию, но и к надежде. Исход всякой «охоты» предопределен: рано или поздно неумолимый охотник настигает жертву. Но и судьба сладкоголосой канарейки на Востоке неизменно предопределена. «Блудный сын» – третий, и заключительный, том романа Дины Рубиной «Русская канарейка», полифоническая кульминация грандиозной саги о любви и о Музыке.
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-699-76883-7
Отзывы Livelib
Yulichka_2304
9 ноября 2020
оценил(а) на
5.0
Я как могла тянула последние страницы романа, но когда-нибудь он должен был закончиться. К огромному моему и я больше, чем уверена многих других читателей сожалению.В рецензии ко второму тому книги я не могла не удержаться от цветистых дифирамб писательнице и её блестящему произведению. Но признаюсь как на духу (теперь можно), немного боялась браться за третий том. Думала, ведь столько раз уже случалось, что после первого тома автор "сдувается" и на следующих томах выезжает за счёт успеха первого. А тут уже две прочитанных книги, одна лучше другой – вдруг потом будет двойное разочарование? Но не узнать продолжение истории талантливого оперного певца Леона и его глухой возлюбленной (даже рука не поворачивает написать просто "его девушки") Айи абсолютно не представлялось возможным. Третий том стал шикарным заключением трилогии, разделив почётное место на пьедестале качественной литературы со своими двумя собратьями по циклу. Каждому действующему лицу воздалось по заслугам, каждый прошёл свой путь до логического конца, хотя порой судьба, в данном случае путём карающей руки автора, в некоторых случая сотворила его несправедливо жестоким. На этот раз захватывающая road-trip Леона и Айи – это головокружительный микс опасного преследования, лихорадочной погони и отчаянной попытки избежать смерти. Завораживающие декорации мелькают перед нами, как кадры на потёртой киноплёнке, – винтажная квартира в Париже, старинный замок в Фламандии, монастырская ферма в Бургундии, театральные подмостки в Лондоне, красочный Портофино, катакомбы Ливана, сумбурный Крит, манящий Иерусалим... Сочные и спелые зарисовки, созданные талантливым вдохновением Дины Рубины, так и хочется собрать в плетёную корзинку образов и сварить из них красочно-тёплое варенье, чтобы хватило на подольше.
Tsumiki_Miniwa
7 октября 2018
оценил(а) на
5.0
«Я буду ждать тебя В самолетах, поездах, В приютах горных рек, В приютах гордых птиц. На разных языках Чужие профиль, фас. Везде тебя найду, А время года, знаешь ли, не важно» (с.)…И никаких слов не хватит, чтобы описать то, что я чувствую. Слишком скуден ассортимент, когда финал как обрыв сердца. Вчера ночью, хотя какой ночью, уже утреннее зыбкое молоко разливалось в листьях клёна под окном, я перевернула последнюю страницу и подумала, что подобное испытываю первый раз. Это счастье с примесью горя. Как бы не захлебнуться… Но ведь известно, что новый день все расставляет по местам. И вот я упираюсь взглядом в белый лист и снова не могу разобраться в себе. Мне слышится невероятный дуэт, неземная оратория в стенах аббатства, и я не могу сдержать улыбку. А после вспоминаю, что любимый мой Голос разрывает беспросветную тьму, и вроде как прежде, но все же не так, и мне плохо до дурноты. Первая бессовестная попытка разузнать финал, ну или хотя бы убедиться в том, что я встречусь с Леоном и Айей в финале, была совершена уже в середине первой главы. Дина Ильинична испугала едва ли не сразу, как только я ринулась с героями с места в карьер. Где-то на последних страницах встретила любимое имя, выдохнула и как-то удержалась от читательского безумия. Попыток было несколько… Отчаянная идея: наличие имени на странице почти ни о чем не говорит. И хорошо, что удержалась. Выхвати я взглядом среди строчек не имя, а фрагмент судьбы, хватило бы мне сил дочитать? Какой же она была, эта книга? Она была подобна изысканному блюду с невероятным набором сложносовместимых ингредиентов. Она была самой нежностью, когда на страницах властвовала любовь, робким прикосновением, порывом страсти то в маленькой парижской квартирке на рю Обрио, то в старинном полуразрушенном замке где-то в Бургундии. Она была хаосом побега, когда опасная игра только началась. Она была прищуром горящих мщением глаз, когда до задуманного оставался лишь один рывок. Она была болью, болью, болью. Тогда, когда Айи не было рядом. Когда даже мысль о ней была под запретом. Эта книга была невероятна и столь же прекрасна, как и ее старшие сестры, но саднила, заставляла вздрагивать пальцами уже с первых страниц. И каким неуловимым, неистовым охотником был Леон! И какой всё-таки сильной, смелой, любящей оказалась Айя! И как хитро искусница-судьба воздала по заслугам тем, кто предал, одарила тех, кто был достоин. Вот только Леон… Нет, не буду об этом думать! И какой причудливый узор получился в конце, когда Дина Ильинична вывела в свет таких разных последних по времени Этингеров! Сейчас, конечно, самое время взглянуть на всю сагу с высоты птичьего полета и оценить, но мне кажется, что что бы я ни сказала об этом цикле, об этой витиеватой истории, об этой мимолетной жизни, прожитой рядом с героями, все будет обыденно и даже в чем-то пошло. Какими словами описать этот авторский слог, это кружево слов, в которое я влюблена уже так давно и которым залюбовалась и теперь? Как передать это чувство вечного полета: из шумной Одессы в солнечный горький Израиль, а оттуда в чувственный Париж, а после в опасный Лондон и, конечно, в качающийся на волнах Портофино? Каждое определение будет слишком простым по сравнению с тем, какие этюды и целые пейзажи создавала Дина Рубина! Как облачить в слова, в обычные строчки тот восторг, ту тревогу, то счастье, то горе, что чередовались глубоко внутри, когда в судьбе любимых героев снова и снова случался резкий поворот и оставалось лишь затаить дыхание, верить в лучшее и надеяться, надеяться? И как разобрать по косточкам до основания каждый том? Каждый по-своему уникальный и прекрасный: то погруженный в эпоху «Желтухин», то остросюжетный «Голос», то бесконечно надрывный «Блудный сын». Словно пытаться выяснить, кто из троих детей одной замечательной матери лучше. …И никаких слов не хватит, чтобы описать то, что я чувствую. Сохраню и эту, пусть и не мою, но прожитую жизнь глубоко внутри. Запомню и эту очередную любовь из-под пера Дины Рубиной. Пусть сейчас чуточку больно. Только реет в голове стая мыслей о жизни и пресловутых тисках истории, о вере и верности, о любви, что бывает выше любых обстоятельств. Пусть. И это утихнет. Остается лишь понимание, это вечно слетающее с последних страниц понимание, что ради подобных историй и стоит прочитать еще сотни и сотни книг. Милая Дина, спасибо!«Я буду петь тебе Необходимо вслух В мансардах голубей Нечаянно всю ночь, В финальных виражах, В Женеве и в Москве, Я буду петь тебе!» (из репертуара гр. Ночные снайперы)
nad1204
19 июля 2018
оценил(а) на
5.0
Я просто искренне восхищаюсь теми читателями, которые смогли написать прекрасные рецензии на всю эту трилогию, а особенно, на последнюю часть. Я могу лишь всхлипывать: "Ах, какая книга! Ах, какая книга!..." И ничего более. Нет, ещё могу раздавать хвалебные возгласы: "Великолепно! Шедеврально!" и т.д. Только вот зачем? Глупо и как-то мелко. Просто знайте: это, действительно, очень достойный роман, прекрасная трилогия, с очень необычными героями и интересной семейной историей. Будьте уверенны, она вас затянет и не отпустит, выпотрошит и заставит запомнить каждый эпизод, каждое лицо то тут, то там мелькающее на страницах. Это — больно. Это — горько. Это — захватывающе и прекрасно. Это — не история стран и городов (хотя они мелькают, как картинки в калейдоскопе). Это — история людей, таланта, музыки и любви. Очень яркая, просто поверьте!
ksu12
18 февраля 2016
оценил(а) на
5.0
"Пусть то и то причинит мне Господь!"Ах, какая книга! Какой заключительный аккорд! Третья часть истории жизни великого контртенора Леона и глухой Айи... Глухая и Голос... Какая пара... Душа плачет, на сердце тоска... Они ушли, привнеся в мою жизнь и тепло, и радость, и страдание, и боль, словом, целую жизнь других людей. Бедовые, бедовые головы... Разве таких убережешь?! Талант, во всем талант, но беречь себя талант не умеет. Они бегут, бегут, любовь их окрылила и тут же опутала сетями.. "Боже ж мой, какой жестокий надзиратель над его жизнью - там, наверху - придумал для него эту казнь. Вериги эти его редчайшего голоса, неподъемную, немыслимую эту любовь: жернов - на шею, якорь - на ноги..." Они ведь смогут это вынести, убежать, добежать, спасти свои таланты, спасти будущее... Я верила.. но головы бедовые, души чистые, хоть и грешные, искупленные. Блудный сын вернется к тому, к чему предназначен, к чему наделен даром, вернется к Дому... Блуд - "это, когда голос души тонет в мерзости и забывает сам себя." Заблудилась душа в потемках, блуд, блуждать, ходить впотьмах, на ощупь, натыкаться на все подряд, оставлять синяки на душе и идти дальше к свету, к дому, к миру в душе... Любимый Леон! Разве можно в него не влюбиться, не полюбить эту измученную душу, этот вечный источник прекрасного - Голос!Красивейший заключительный аккорд, отзывающийся болью в сердце, тоской и нежностью.Дальше...
YuliyaSilich
7 ноября 2019
оценил(а) на
4.0
… Но ты хоть приблизительно знаешь, что за штука такая – блуд? – Знаю, – серьезно отозвался мальчик. – Это когда голос души тонет в мерзости и забывает сам себя. Предчувствую, что многие со мной не согласятся, однако, не могу скрывать истинное положение вещей: «я обманута теперь и обкрадена». Чрезмерные ожиданиях и преждевременные авансы до добра не доводят. Обилие любовной патоки, сентиментальная "попса" и некоторый сюжетный абсурд, настоянный на избытке совпадений и бульварных клише, помешали мне в полной мере насладиться заключительной книгой трилогии. А он взгляда не мог отвести от сидящей фигурки, так ясно и так больно зная ее сквозь одежду, видя всю с головы до ног, с мальчишескими бедрами и грудками-выскочками, с этим ножевым шрамом на спине, всякий раз пронзавшим самого его, как впервые. Смотрел на нее и желал так мучительно, словно месяца два жил одними мечтами… Смилуйтесь! Пощадите! Сколько можно терзать читателя этими «мальчишескими бедрами и грудками-выскочками, этим ножевым шрамом на спине"? Пора и честь знать! Да поняли мы и прониклись «трепетным и нежным чувством»:)У меня сложилось стойкое ощущение, что Рубина в третьем томе и сама порядком утомилась от данной истории, а потому начала методично избавляться от персонажей: Гюнтер, Фридрих, Елена, Натан… Впрочем, это нисколько не помешало Дине Ильиничне, с присущей ей педантичностью, скрупулёзно прорабатывать отдельные сцены. Далеко не каждая из них мне приглянулась и пришлась по душе: сцена семейного торжества у Фридриха показалось излишне затянутой и порой вызывала зевоту; запоздалое раскаяние и внезапный накал страстей, адресованные Леону Габриэлой, породили недоумение; блуждание контртенора по Портофино в образе старушки, который ни единожды эксплуатировался им ранее, порядком разочаровало (на мой взгляд, любовь Кенаря к театру и маскараду, всё-таки, была несколько гиперболизированной, исходя из его поступков); «явление вдовы Калдмана с белой крысой на плече» в офис конторы выглядело несколько тривиально; предзавершающая сцена в автомобиле (поездка Айи с Шаули, во время которой читатель должен поверить, что глухой девушке для полноценного диалога вполне достаточно, чтобы рука собеседника находилась у неё на плече) меня нисколько не убедила, но изрядно сконфузила:Шаули, старый холостяк, искоса поглядывал на профиль сидящей за рулём молодой женщины, которая вдруг лихо и свободно пошла на обгон бордовой «инфинити», элегантно обошла её и плавно вернулась в правый ряд Стильная, думал он, властная, талантливая… Взяла и выучилась водить, обманув все медкомиссии. И водит классно! Вот сукин кот этот коротышка Кенарь: всю жизнь срывал лучших баб, а жену добыл вообще – пальмовую ветвь, черт его дери, золотой приз кинофестиваля!Учитывая вышеизложенное, роман «Блудный сын» показался мне откровенно слабее предыдущих книг трилогии. Быть может, наступило обычное перенасыщение, случающееся при чрезмерном злоупотреблении любимым блюдом. В любом случае, благодарна Дине Ильиничне за незабываемое приключение в волшебном, дивном мире трилогии "Русская канарейка", наполненном многоголосьем и многоцветьем его обитателей, в котором мне посчастливилось побывать. С удовольствием, спустя какое-то время, продолжу погружение в творчество Рубиной, потому что она принадлежит к тому сонму писателей, которым веришь безоговорочно и многое прощаешь, в силу слепой и всепрощающей любви, подобной любви отца к блудному сыну. Любите и будьте любимы! Всем добра и хороших книг!
С этой книгой читают Все