Калейдоскоп жизни: экзотические, драматические и комические эпизоды личной судьбы ветерана журналистики Обложка: Калейдоскоп жизни: экзотические, драматические и комические эпизоды личной судьбы ветерана журналистики

Калейдоскоп жизни: экзотические, драматические и комические эпизоды личной судьбы ветерана журналистики

Скачайте приложение:
Описание
4.3
842 стр.
2006 год
12+
Автор
Всеволод Овчинников
Издательство
АСТ
О книге
В этой книге откровений бывалого журналиста – более ста двадцати драматических, экзотических и комических эпизодов личной судьбы, собранных за полвека странствий по свету и размышлений об увиденном. Автор выжил в блокадном Ленинграде, едва не был расстрелян жителями глухого китайского села, принявшими его за диверсанта. В Тибете, где интимная близость с чужеземцем ценится превыше всего, был приглашен во временные мужья местной герцогиней, выращивал жемчуг в Японии, получил приз за вальс на балу в Венской ратуше, стоял рядом с филиппинским хилером, пока тот делал голыми руками тридцать операций. В этом потоке воспоминаний отразились и многообразие мира, и дух времени, и личность автора.
ЖанрыИнформация
ISBN
978-5-17-036575-3, 978-5-271-36012-1, 978-5-17-070226-8, 978-5-271-31050-8
Отзывы Livelib
papa_i_more
19 мая 2014
оценил(а) на
3.0
Для любого специалиста его профессия - это не просто сфера жизни, это некий определяющий момент его взаимоотношений с миром, тот фильтр информации, через который проходит вся информация извне и обратная трансляция человеком в мир.И та информация, которую Всеволод Овчинников предоставляет мне как читателю этой книги, представляется неким издевательством или насмешкой прожженного журналиста над наивным дурачком-читателем.Понятно, что книги известного журналиста-международника вызывали в свое время фурор: страна получила очередную небольшую возможность подсмотреть из-за железного занавеса, точно золушка на бал, куда был приглашен весь свет. Но эти "мемуары" (?) были написаны гораздо позже, в эру интернета, а в них все также прослеживается тональность статей советской газеты "Правда", ангажированность автора, его самолюбование и чувство превосходства над обычными людьми, полное неверие, что у читателя могут быть какие-то познания в поднятых темах.Большинство информации, которую Овчинников преподносит, как что-то неизведанное и необычное, давным давно является общеизвестным информационным минимумом для людей, интересующихся странами, о которых пишет журналист. Но Овчинников в раже от своих прошлых работ продолжает сыпать банальностями напополам с пошлыми, плоскими шутками, которые сам автор принимает за, якобы, наличие у себя тонкого английского юмора.Политическая ангажированность и советский менторский тон не позволяют автору вспомнить о том, что мы не в 70-х годах в стране Советов, а все-таки уже несколько ближе в информационном пространстве к другим странам: - Всеволод Овчинников обожает педалировать темой американской оккупации Японии, изображая американцев чуть ли не фашистскими оккупантам. Овчинников не знает о том, что именно привело к этому?: о событиях 2 мировой войны? О Перл-Харборе? О зверствах японцев в Китае? О том, что "какбэ" мы тоже воевали против японцев и т.д.? Нет. Он-то как раз все прекрасно понимает, но политическая ангажированность и вера в читателя-дурачка не позволяют журналисту даже пересмотреть свои же устаревшие тексты, написанные десятилетия назад. - Всеволод Овчинников смешливо удивляется наличию у Великобритании ("колыбели демократии") разведки, министерства иностранных дел и тайных агентов. Он мило журит Соединенное королевство по этому факту, мимоходом рассказывая читателю-дурачку о разнице между понятиями "freedom" и "liberty". - Таких моментов множество, но в самом конце Овчинников превосходит сам себя, на полном серьезе объясняя значение слова "колорит", причем с примерами! И за кого же он держит дорогого читателя сия опуса?!Для Всеволода Овчинникова все его поездки являются приятной и необычной игрой: о никогда не забудет указать о знакомстве с той-то и той-то высокопоставленной персоной; о том-то и том-то презабавном эпизоде, где журналист, естественно же, повел себя наилучшим и наиумнейшим образом, а его оппоненты окажутся в дураках; о такой-то и такой-то традиции, которую Всеволод Овчинников усвоил, может быть, и не с первого раза, но без сомнения блестяще и т.д.Самодовольные описания самодовольного гражданина, не лишенные правда определенного обаяния и мастерства фильтрации информации для советского потребителя, но гораздо менее информативные, чем даже статья из Википедии.ПС. Отдельно хочется сказать о структуре книги: вся она разделена на микроглавки - псевдостатья или псевдоочерк, что отлично для чтения в метро или...в туалете. А вот теперь представьте 2 сотни вот таких абсолютно похожих между собой главок - все как будто на подбор стилистически и идеологически вылезшие из подшивки газеты "Правда" за какой-нибудь лохматый год. Правильные-преправильные, практически без особых эмоциональных различий между, например, катаклизмами в Китае и, например, выпиванием пафосных коктелей в дорогом баре. Жуть. И напоследок, эпизод из самого конца книги, который настолько возмутил меня, что оценка была сбавлена, а сборник нещадно депортирован в туалет, где и будет доживать свой век. И напоследок, эпизод из самого конца книги, который настолько возмутил меня, что оценка была сбавлена, а сборник нещадно депортирован в туалет, где и будет доживать свой век.В июне 1986 года меня пригласили в Вену в качестве гостя-докладчика на Генеральную ассамблею Международного института прессы. Данная организация объединяет не журналистов, а владельцев средств массовой информации — газет, телекомпаний, радиостанций. Эти состоятельные люди ежегодно собираются в какой-нибудь из мировых столиц и проводят такие встречи на широкую ногу. Достаточно сказать, что венскую ассамблею открыл президент Австрии, а закрыл — федеральный канцлер.Вторым гостем-докладчиком был нобелевский лауреат, архиепископ Туту из Южной Африки. Тема встречи — «Восток глазами Запада и Запад глазами Востока» — мне весьма импонировала. А обстановку, в которой проходила дискуссия, можно было назвать моим звездным часом.Мы сидели в Редутном зале дворца Хофбург, где в 1815 году проходил Венский конгресс. Именно там Бетховен впервые исполнил для коронованных особ Европы свою кантату «Момент славы». Передо мной красовался Государственный флаг СССР, а сидевшие позади эксперты должны были при необходимости снабжать меня аргументами и фактами.Но все смазал происшедший месяцем раньше Чернобыль. Мой доклад «Восток глазами Запада» вызвал бурю эмоций. Направленность их была отнюдь не в мою пользу. Целых два дня я находился под градом упреков: почему советские средства массовой информации упорно замалчивали истинные масштабы катастрофы, хотя ее последствия стали угрозой для других стран? Почему власти медлили с эвакуацией населения из пострадавших районов и даже не отменили первомайскую демонстрацию в Киеве?Словом, досталось, как никогда в жизни. Конец дискуссии вызвал у меня вздох облегчения. Порадовало и то, что бургомистр Вены устроил для участников ассамблеи прощальный банкет с балом в городской ратуше. В величественном зале с готическими сводами, с которых свисали знамена ремесленных гильдий, играл симфонический оркестр.Бал в венской ратуше начался, разумеется, с вальсов Штрауса. И тут я взял реванш у моих самых яростных оппонентов — американцев. Никто из них не умел танцевать вальс по-настоящему под дирижера, не мог сделать по залу полный круг, вальсировать влево, выполнять фигуры (а в питерском военно-морском училище нас всему этому учили).Молодая австрийка из секретариата ассамблеи оказалась прекрасной партнершей. Когда мы после вальса станцевали еще и польку, нам аплодировал весь зал. А один известный советолог произнес по-русски: «Бесспорно, в области балета вы впереди планеты всей».После этого момента меня взяла оторопь. Если это реванш, и если Всеволод Овчинников считает правильным так описывать это событие, а главное им хвастаться, то мне остается лишь развести руками.
a_r_i_n_a
2 марта 2010
оценил(а) на
5.0
Автор – журналист-востоковед, много лет проработавший в самых разных странах земного шара. И книга - это его рассказы-воспоминания о своей жизни, начиная с детских лет в блокадном Ленинграде, потом учеба, потом работа в "Правде", а затем Китай, Япония, Англия (основная часть посвящена этим трем странам) и посещения еще многих других экзотических и не очень мест нашей планеты. Как корреспондент "Правды", по работе он встречался с очень серьезными и большими людьми, и не без гордости (а временами кажется и хвастовства) об этом пишет. При этом автор дядька юморной и находчивый, и даже о самых печальных событиях написал без показного трагизма, что так любят делать современные журналисты. Но больших людей здесь не так много, в основном книга об отличиях и особенностях разных стран и о событиях, приключившихся с автором. А жизнь у человека богатая и интересная, даже завидно.А еще - тем, кто читал другие книги автора, многое в этой книге может быть уже знакомо. Я уже читала его "Ветку сакуры" (о Японии), и главы "Калейдоскопа", посвященные Японии, содержали для меня мало нового. Ну это и понятно – один и тот же человек пишет об одних и тех же событиях, но в "Калейдоскопе" это сделано более кратко. Рекомендую книгу тем, кто любит читать о дальних странах и чужих обычаях.
Amazzzonka
27 февраля 2019
оценил(а) на
4.0
Я вот прям по-доброму завидую автору - сколько же стран он посетил, сколько народов увидел! Причем глазами не просто туриста-путешественника, а журналиста-международника, не только журналиста, но и практически местного жителя - ведь одно дело просто приехать в страну, и совсем другое - жить в ней в течение 5+ лет, постоянно сталкиваясь с местными обычаями. И кто бы мог подумать, что голодающий школьник из блокадного Ленинграда, которому приходилось возить на детских санках через весь город разрубленную на дрова мебель, отведает рыбу фугу и "битву тигра с драконом", попробует делать искусственный жемчуг и за руку здороваться с правителями огромных государств! Книга интересная, чувствуется, что все описанное автор пережил лично, и пусть в ней много размышлений на тему мировых религий и часто есть "совдеповское" послевкусие - все же автор - человек своего времени, большую часть жизни проработавший на СССР, поэтому винить его в его взглядах, пожалуй, не стоит.
Hanochka
6 августа 2014
оценил(а) на
4.0
А знаете, очень неплохо. Книга скрасила трехчасовую поездку в автобусе, но не так, лишь бы время быстрее скоротать, а искренне заинтересовало. Как человеку, который никогда не был за границей, вдвойне понравилось. Интересные очерки из жизни известного человека, который приоткрывает нам немножечко завесу тайны, как у них там все не по-нашему. После прочтения еще больше стало грустно, что в мире столько замечательных мест, а нигде не бывала( Надеюсь, все самое яркое впереди!
Arahobit
24 сентября 2013
оценил(а) на
5.0
А-книга "Калейдоскоп жизни". Эта книга классика жанра. Она написана журналистом-международником В.Овчинниковым долгое время проработавшим корреспондентом в Китае, Японии и Англии. Легкий слог, необыкновенный юмор, масса интересной и познавательной информации о культуре Китая, Японии и Англии. В конце книги представлены небольшие литературные этюды о путешествиях автора в Тайланде, Индии, Малайзии и других странах Востока. У меня возникла легкая грусть от того, что страницы путешествий автора пролетели очень быстро, а удивительное и сказочное странствие закончилось. Рекомендую всем кто интересуется культурологией и историей других стран или просто любит путешествия.
С этой книгой читают Все
Обложка: Семь дней до Мегиддо
4.2
Семь дней до Мегиддо

Сергей Лукьяненко

Обложка: Ведьмак
4.8
Ведьмак

Анджей Сапковский

Обложка: Дюна. Первая трилогия
4.5
Дюна. Первая трилогия

Фрэнк Герберт

Обложка: Дюна
4.4
Дюна

Фрэнк Герберт

Обложка: Предел
4.2
Предел

Сергей Лукьяненко

Обложка: Тот, кто ловит мотыльков
4.3
Тот, кто ловит мотыльков

Елена Михалкова

Обложка: Лавр
4.2
Лавр

Евгений Водолазкин

Обложка: Авиатор
4.2
Авиатор

Евгений Водолазкин

Обложка: Симон
4.6
Симон

Наринэ Абгарян

Обложка: Порог
3.9
Порог

Сергей Лукьяненко

Обложка: Пищеблок
4.1
Пищеблок

Алексей Иванов

Обложка: Институт
4.3
Институт

Стивен Кинг